Форум » Альков » Пути любви неисповедимы, мелодрама » Ответить

Пути любви неисповедимы, мелодрама

Klepa: Название: Пути любви неисповедимы Автор: Klepa Автор иллюстраций: Анн@ Рейтинг: R Жанр: авантюрный роман Герои: БН и еще несколько дополнительных Время написания: 2006 год Отказ: не ищу коммерческой выгоды. Размещение рассказа вне форума только с согласия автора Примечание: не претендую на историческую достоверность. Примечание 2: мужайтесь!!! Примечание 3: Дружно помним, что Клёпа добрый автор

Ответов - 55, стр: 1 2 3 All

Klepa: Часть 1. Россия, 1839-1841 год. Не спрятать грусть в чужую нежность* - Уходи. – повторил Владимир, на стук захлопнувшейся двери он обернулся. Его комната была пуста, лишь тонкий запах духов еще витал в воздухе. Анна закрыла дверь, и внезапно обессилев, добрела до кресла, устало опустилась в него. Слезы отчаяния и собственного бессилия побежали по лицу, она их вытирала, а они все капали и капали. Девушка поджала под себя ноги, и, уткнувшись лицом в ладони, горько заплакала. - Почему вы не спите? Голос Владимира прозвучал грозно, но тон совершенно не вязался с выражением его лица. - Простите, я не хотела вам мешать. – пробормотала Анна, встала и направилась к выходу. - Идите спать. Вам надо отдохнуть. – мягко проговорил барон. - Как скажете. – обронила девушка и, не оборачиваясь, ушла. Он слышал ее плач, стоя за дверью, и не смог сдержаться, чтобы не выйти из комнаты. Хотелось ее утешить, успокоить, что зря она боится за Мишу. Но вместо этого он отправил Анну спать. Потерпи, еще совсем немного осталось…. Совсем немного. День начался как обычно, Анна помогала Варе на кухне, когда пришла госпожа Болотова и сообщила, что дуэль сегодня. Анна думала, что у нее еще есть время. Вчера Владимир сказал, что дуэль состоится через два дня, как и намечалась. Почему он перенес дуэль? Она надеялась, что ей удастся остановить это безумие, но судьбы распорядилась иначе…. Анна выбежала на крыльцо. Белоснежная пустыня раскинулась пред нею. Солнце ярко светило в небе. Девушка куталась в шаль, не чувствуя холода, просто потому, что та все время норовила упасть с плеч. Она хотела пойти на конюшню, но тут заметила приближающуюся черную точку. Анна замерла на месте. Это был всадник. Но почему он один? Анна зажмурилась, чтобы не видеть кто это. Она хотела предотвратить дуэль и не смогла. Она боялась открыть глаза. Уговаривала себя, что это, скорее всего Никита везет какую-нибудь весть от Долгоруких. Миша с удивлением заметил на крыльце Анну, спешился, бросил поводья подбежавшему слуге и подошел к ней. - Анна – тихо позвал князь. Она открыла глаза и посмотрела на Мишу. Ее зрачки расширились: Не может быть?! Он не мог умереть! Но тогда почему князь приехал один? - Пойдемте в дом – мягко сказал Миша – Вы простудитесь – взял ее под локоть и увел. В гостиной девушка присела на диванчик и закрыла лицо ладонями. - Зачем вы пришли? – спросила Анна. Она словно заледенела, хотя князь ничего ей не говорил: ни плохого, ни хорошего. Но по выражению его лица она поняла, что случилось нечто ужасное. - Надо позвать слуг, и привезти Владимира домой. Он ранен – добавил Миша. Она подняла глаза и посмотрела в его лицо. - Ранен? – переспросила она. Он кивнул. - Вы убили его! Я ненавижу вас! – закричала Анна и набросилась на князя, щедро осыпая ударами. Она колотила по его плечам, груди, везде, куда попадали ее маленькие кулачки. Слезы покатились из глаз. Миша отбивался от ее рук, схватил за плечи и закричал в ответ: - Стрелял не я! Анна, послушайте меня! Стрелял не я! - Не вы? – удивленно спросила она - Но у вас была дуэль?! Первым должен был стрелять он. Миша прицелился в ветку дерева, стараясь не обращать внимания на реплики Владимира, который подначивал его. Вдруг раздался выстрел. Владимир схватился левой рукой за предплечье и непонимающе уставился на князя. Миша оторопело смотрел на своего друга. Стрелял не он. Прогремел второй выстрел и барон упал как подкошенный. Доктор Штерн бросился к нему, а Миша обернулся назад. Скорее всего, стреляли из-за того дерева. Он внимательно огляделся, но вокруг было тихо-тихо, что становилось жутко от этой тишины. Он подошел к дереву и заметил на белоснежном ковре снега следы, но они обрывались через несколько шагов. Словно убийца прилетел на крыльях. - Михаил Александрович – позвал его доктор. Князь повернулся на зов и подошел к Илье Петровичу и Владимиру. - Что с ним? – спросил Миша, склонившись над белым как снег другом. - Барон без сознания – проговорил Илья Петрович – Надо как можно скорее отвезти Владимира домой, где я смогу осмотреть его. Надо позвать людей. - Я поскачу в поместье – сказал Миша – Может перенести его на сани, чтобы не было так холодно. - Лучше не тревожить раны – ответил доктор – Надо поспешить. Он осторожно потрогал два отверстия от пуль и покачал головой. Снял тулуп и накрыл им Владимира. - Торопитесь князь. Миша бросил взгляд на своего друга и направился к привязанным лошадям. Вихрь ткнулся в его лицо своей мордой и тихо заржал. - Он будет жить – проговорил князь, успокаивающе гладя бархатную морду. Вскочил в седло и ускакал. Кто стрелял? Почему именно во Владимира? Его отца убили из ненависти. Неужели и сын погибнет из-за этого яростного чувства? - Вы нашли того, кто стрелял? – вопрос Анны вернул его к действительности. - Нет – повесив голову, ответил Миша – Но я найду! Клянусь вам! Анна покачала головой. У нее еще оставалась надежда, что, Владимир ранен несерьезно, что просто князь преувеличивает. Напрасно разум пытался возразить, что, скорее всего, Миша преуменьшил опасность. Но сердце, глупое сердце, молчавшее вчера, но заговорившее сегодня, не желало слушать рассудок. - Я сейчас позову Никиту и Григория, чтобы они… - она не смогла договорить. Справившись со слезами, она спросила – Его рана очень опасна? - Анна, я не знаю. Сначала Владимира осмотрит доктор. - Хорошо – ответила она, и ушла отдать распоряжение. ________________________________________________________________________ * строчка из песни Софии Нижарадзе «Звезды».

Klepa: Анне пришлось призвать на помощь всю свою волю, чтобы не закричать при виде окровавленного барона, которого несли Никита и Григорий. Она покачнулась, увидев смертельную бледность на красивом лице Владимира. Надежда, что рана неопасна растаяла как льдинка в бокале. - Он будет жить – повторил те же слова, что и Вихрю, Миша Анне. - Если Владимир умрет, я не знаю, как смогу жить дальше – прошептала она. - Вы любите его? – тихо спросил князь. Ответом был только мимолетный взгляд синих глаз, в уголках которых блестели слезинки. Дуэль казалось мальчишеством, ребячеством. Никто не думал, что она обернется трагедией. В спальню барона прошел Илья Петрович, Анна хотела последовать за ним, но доктор остановил ее. - Вам лучше подождать здесь. Девушка молча кивнула и, стараясь не всхлипывать, прижала платочек к глазам. Миша стоял у окна. Они долго молчали, судорожно прислушиваясь к тому, что творилось в спальне. - Причиной дуэли была я, стало быть, это моя вина в том, что произошло – прошептала Анна, и присев в кресло начала нервно раскачиваться. Князь отошел от окна и встал напротив нее. - Анна, но мы не стреляли друг в друга. Стрелял кто-то другой. - Кто? – она посмотрела на князя, и, тот невольно отшатнулся от пустого взгляда синих глаз – Да и какая теперь разница кто стрелял. Мне остается только молиться, чтобы Владимир выжил. - Анна – вскричал Миша – Вы не виноваты в том, что кто-то решил убить Корфа?! - Миша, я… – она не договорила, потому что дверь открылась, и оттуда вышел уставший Илья Петрович. Он сделал знак Анне и Мише. Они отошли подальше от дверей спальни барона. - Анна мужайтесь – просто сказал доктор. Она побледнела. - Илья Петрович, ничего нельзя сделать? – словно чужим голосом спросила она, еще не веря, что все происходит наяву. Только костяшки пальцев побелели, с такой силой она вцепилась ими в спинку кресла. - Барон потерял слишком много крови, будет чудом, если он доживет хотя бы до утра. Анна зажала рот рукой, сдерживая крик. - Я могу его видеть? - Да, он зовет вас. Михаил Александрович, а вы подождите – остановил князя Илья Петрович. - Неужели ничего нельзя сделать? – спросил Миша не в силах до конца поверить, что его лучший друг действительно при смерти. Доктор Штерн покачал головой. - Я уже сказал, что Владимир потерял очень много крови. Первая пуля угодила в старую рану, вторая попала в грудь. Я как мог, пытался остановить кровотечение, но, к сожалению, врачи не боги. Анна неслышно вошла в комнату, на кровати лежал Владимир, его глаза были закрыты, и если бы неестественная бледность, можно было бы подумать, что барон просто спит. Она подошла ближе к постели, и присела на краешек. Казалось невероятным, что еще вчера она пришла к нему, чтобы остановить дуэль. И Владимир был жив и здоров. Только сказать, что любит она так, и не смогла. Неимоверное чувство вины придавливало к земле, не давая глотнуть воздуха. - Анна – с трудом прошептал барон потрескавшимися губами. Она молча смотрела на него, и слезы катились по ее лицу. - Не плачьте – попросил Владимир и попытался изобразить улыбку, но получилась только кривая ухмылка. - Владимир – начала она, но он перебил ее – Там, на столике лежат два документа, возьмите их. Анна вытерла соленые струйки ладонями, чтобы прояснить взор, который застилали слезы. Она встала, взяла два свитка. Один был весь в кровяных пятнах. Она развернула свиток и прочитала. Это была вольная. - Я никогда не хотела получить ее такой ценой – прошептала Анна и снова присела на кровать – Простите меня – и уже не сдерживаясь, разразилась слезами. - Аня, Аня – тихо звал ее барон, с трудом пошевелил рукой и накрыл ее ладошку, теребящую краешек покрывала, своей ладонью – Мне не за что прощать вас. Вы были лучшее в моей жизни. - Вы поправитесь! – воскликнула Анна, слабо веря в свои слова, но она не хотела допускать даже мысли о том, что он может умереть. Жестокий кашель сотряс все внутренности, отзываясь огнем в ноющих ранах. Ее слезы причиняли больше мучений, чем неотвратимая смерть. - Вы прочли второй документ? – спросил Владимир, когда кашель перестал мучить его. Анна послушно развернула второй свиток. - О, Господи – вырвалось у нее – Это завещание… Она уставилась на него. - Да – еле слышно подтвердил Владимир, ему становилось все труднее и труднее говорить – Все остается вам. - Но… - прошептала пораженная Анна – Зачем? - Так хотел мой отец – просто ответил он. - Вы должны жить! И эта бумажка – она потрясла в руке завещание – Не понадобиться. - Анна, я офицер, пусть и разжалованный. Я был на войне, и мне очень хорошо знакомы признаки приближающейся старухи с клюкой. Она сидела как окаменевшая: все слова, чувства, желания замерзли, умерли, исчезли… - Если бы прошлой ночью – тихо проговорила она. Ох, как же ей хотелось теперь повернуть время вспять. - От судьбы не уйдешь – ответил Владимир. Анна молча смотрела в его глаза и с удивлением заметила в них только нежность. - Вы убиваете меня своим великодушием – прошептала она и отвернулась. Ее плечи снова сотряслись от рыданий. - Позовите Мишу – попросил барон и снова закашлялся. - Доктор! – неожиданно тонким голоском позвала Анна, в спальню вошел Илья Петрович, а за ним Миша. Владимир с трудом открыл глаза и, увидев друга, попробовал пошутить: - Дуэль не состоялась, но раненый есть. - Ты видел того, кто стрелял? – спросил князь, не обращая внимания на неуместную шутку. - Да – еле слышно отозвался барон – Это…. – договорить он не сумел, жестокий кашель снова сотряс все внутренности. - Кто это был? – повторил Миша, и подошел ближе. С одной стороны кровати стояла Анна, держась за стойку постели, с другой князь. Илья Петрович пытался прощупать пульс, но безрезультатно. Владимир еще раз кашлянул, протянул руку к Мише. - Это… - привстал и, не договорив, откинулся на подушки, его глаза закрылись, и в наступившей тишине больше не было слышно прерывистого дыхания умирающего. - Кто? Кто это был? – вскричал князь. Доктор Штерн пытался привести барона в чувство, но, увы… Не издав не звука, Анна сползла по стойке кровати на пол. Пришла в себя она, сидя в кресле, около нее стоял Миша с бокалом вина. - Выпейте – и буквально силой заставил Анну выпить обжигающую жидкость. Она поперхнулась и замахала руками. - Достаточно – прошептала она и вернула полупустой бокал князю. - Я найду того, кто это сделал! Клянусь вам. Анна прикрыла глаза и откинулась на спинку кресла. - А что изменится оттого, что вы найдете убийцу. Раньше мне казалось, что стоит поймать человека убившего дядюшку и все станет как прежде – она покачала головой – Но ничего не изменилось, более того княгиня дома, она больна. И даже если вы найдете убийцу Владимира, это не сможет вернуть его. Горе сковало все чувства и эмоции. Она ни о чем не думала, и ничего не чувствовала. Даже слез не было…. Слезы катятся тогда, когда вы еще на что-то надеетесь, но когда надежда исчезает безвозвратно, плакать бессмысленно. Анна медленно встала с кресла. - Но я не смогу жить, не наказав того, кто это сделал?! – вскричал Миша. Анна подошла к нему и положила руку ему на плечо. - Именно поэтому вы его найдете – тихо прошептала она и ушла. Приготовления к похоронам взял на себя Карл Модестович. Анна же ходила как в прострации. Ее выражали соболезнования, она что-то вежливо отвечала на слова сочувствующих, но если бы потом ее спросили что и кому она говорила. Анна ни за что бы, ни вспомнила. Во время отпевания в церкви Анна еле стояла, если бы ее не поддерживал под руку князь Репнин, девушка упала бы. Местные кумушки усердно мололи языками. Молодой Корф умер, оставив все воспитаннице отца. - А вы знаете, что если бы Владимир не умер, то они поженились бы? – горячо шептала Амалия Густавовна на ухо Василисе Никитичне. - А вы знаете, что это она его отравила? – зашептала в ответ княгиня Суворова. - Да что вы – удивилась баронесса, обозлившись, что не она первой узнала такую новость. - А состояние барон оставил ей, потому что Анна была его любовницей – присоединилась к ним Апполинария Дормидонтова. Только Амалия Густавовна открыла рот, чтобы сказать очередную гадость, как отец Павел начал обряд и баронессе пришлось прикусить язычок, как и остальным сплетницам. Они напустили на себя скорбный вид и принялись осенять крестным знаменем. Словно не они только что распространяли грязные слухи о Владимире и Анне. - Я поражаюсь, как у княгини хватило наглости явиться на похороны? – прошептала Анна Мише, показывая глазами на семейство Долгоруких. - Ей поставили ультиматум Лиза и Андрей. Марье Алексеевне пришлось согласиться, тем более она больна и вряд ли понимает, что происходит. Лиза Долгорукая прижимала платочек к глазам, не скрывая слез, около нее тихо плакала Соня. Лиза хоронила свою первую любовь, а Соне было просто жалко молодого барона, хотя она никогда не относилась к нему с симпатией за то, что он пренебрег ее старшей сестрой. В углу всхлипывала Варя, и остальные домочадцы Корфов. Полина бросала ненавидящие взгляды на Анну, но та ничего не замечала. Ее взгляд был прикован к гробу. «Господи прости меня – горячо молилась она про себя – Ты великодушен, ты простишь. И ты меня простил – обратилась она к Владимиру – Но я себя вряд ли….». Когда настала пора прощаться, и начали подходить к гробу, княгиня Долгорукая обронила: - Бедный мальчик. Анна держалась, как могла, но когда стали опускать домовину в могилу, она закричала: - Стойте. Ему же будет холодно! Миша еле удержал ее, чтобы она не упала в яму, а когда девушка вдруг обмякла в его объятиях, и потеряла сознание, местные кумушки дружно решили, что Анна беременна. В оцепенении прошло еще несколько дней. Анна не помнила, что она делала. Кажется, она лежала в кровати и ее кормила Варя с ложечки. Приходил Миша и говорил, что убийца не найден, но он ищет и не теряет надежды найти этого подлеца, кто бы он ни был. - Повезло же нашей белоручке – проговорила Полина, медленно вышагивая по кухне. Варвара шинковала капусту, изредка вытирая слезы кончиком фартука. - Чем это ей повезло? – сурово спросила кухарка. - Старый барон ее одевал как принцессу, младший оставил все состояние – и протянула руку, чтобы взять яблоко, но Варвара шлепнула Полину по руке – Ой, ты что ополоумела?! - Креста на тебе нет, – ответила Варвара – Только молодого барина похоронили – всхлипнула она – Я ж его совсем маленьким помню, а ты… все о деньгах да, о том, как Аннушке повезло?! Чем же ей повезло-то?! Иван Иваныча отравили, Владимира Иваныча застрелили. - Да проклят этот дом – припечатала Полина, ей все-таки удалось стянуть яблоко, пока Варвара вытирала слезы – Надо убираться отсюда. Анька добрая, напишет мне вольную и поминай, как звали. - Дура ты Поля! – услышала она голос Карл Модестовича, – О каком проклятье ты несешь? Девушка резко обернулась назад. - Карл Модестович, а как еще назвать, что происходит?! - Полина у тебя работы мало? – поинтересовался управляющий – Может тебе еще добавить обязанностей, чтобы языком не молола. Полина фыркнула и удалилась с кухни. Варвара снова промокнула глаза и принялась шинковать капусту. - Варя ты не переживай, все образуется – неожиданно решил поддержать Карл Модестович кухарку, и удалился. Та удивлено посмотрела ему в след. Странные речи говорит управляющий. Только недавно блаженным ходил, а теперь вроде как в себя пришел.

Klepa: Александр вошел в кабинет к отцу. Император сидел в кресле и читал бумагу. - Мальчишки! – отшвырнул от себя документ Николай, заметив сына, добавил – Вам лишь бы пулю в лоб пустить из-за какой-нибудь юбки. И совершенно не думаете к каким последствиям это может привести. - Отец, что случилось? – не понимающе спросил наследник. Бой подушками с Натали прошел замечательно, и битву с отцом Александр проигрывать не собирался. - Что случилось? – тихо переспросил император - Барона Корфа застрелили. - Что? – побледнел Александр – Кто? Когда? Николай встал из кресла и начала нервно расхаживать по кабинету. - У них была дуэль с князем Репниным – император запнулся, его глаза гневно сверкали и испытывающее смотрели на Александра, тот потупился, не выдержав взгляда отца – Хорошо, что вы понимаете, что я имею в виду – одобрил Николай – Ребячество, мальчишество! Я теряю верноподданных из-за каких-то глупостей. - Но совсем недавно вы были другого мнения о бароне – удивился наследник. Отец мотнул головой. - Каждый может передумать. Александр во время прикусил язык. Иначе ему пришлось бы напомнить отцу, что император не должен менять своих решений. - Погодите, вы говорите, что дуэль была между Корфом и Репниным, т.е. Михаил застрелил Владимира? - Нет, в докладе князя написано, что стрелял кто-то другой и Михаил не успокоиться, пока не найдет убийцу. По-хорошему я должен был бы наказать его за непослушание и пренебрежение к царским указам, но мне он нужен в уезде. Странные дела там творятся – проговорил император – Пусть ищет убийцу барона, а за одно и разузнает, что там делается. Только у Владимира нет наследника. И род Корфов угас. Кстати, он все оставил воспитаннице отца. Александр молча слушал отца, когда тот закончил и кивком головы отпустил его, наследник вышел из кабинета. Анна зашла в библиотеку. Невольно ее взгляд остановился на двери в спальню. Прошло девять дней, а она так ни раз и не зашла в эту комнату. Карл Модестович говорил ей, что это хозяйская спальня, и Анна должна переехать в нее. Но девушка не могла и не хотела жить в комнате, где умерли двое людей, играющих в ее жизни главные роли. А теперь они ушли, оставив ее одну…. Совсем одну. Миша навещал ее во время болезни, клялся, что найдет убийцу. Только Анне не становилось легче от его визитов. Наоборот, визиты князя были ей в тягость. «Хватит бояться призраков!» - сказала она себе и решительно зашла в спальню. Там ничего не изменилось. Тот же столик около кровати, те же портьеры на окнах, та же картина, за которой спрятан сейф, тот же шкаф в углу…. Но чего-то не хватает…. Или кого-то…? Девушка подошла к кровати и на миг зажмурилась. Потом открыла глаза. Белоснежное покрывало без единой морщинки, взбитые подушки лежали в идеальном порядке. Анна подошла к одной из стоек кровати, прижалась к ней лбом, и предательские слезинки побежали из глаз. Нет, она не сможет спать в этой комнате! Пусть она самая удобная в этом доме, но жить в ней Анна не станет. Раздалось деликатное покашливание, девушка испуганно обернулась. - Простите – кланяясь, проговорил юноша, теребя в руках свою шляпу – Мне бы поговорить с Иван Иванычем или Владимиром Иванычем. Анна разглядывала молодого человека, удивительным образом похожим одновременно и на дядюшку и на Владимира, хотя между собой отец и сын совсем были не похожи. - Кто вы? – глухо спросила она, не решаясь с порога сообщить посетителю, что те, кого он ищет уже в могиле. Юноша замялся. - Мое имя Иван Иванович Заморенов. Мой отец Иван Иванович Корф. - Кто? – ахнула Анна. У нее в глазах потемнело, и она едва не лишилась чувств. - Иван Иваныч мой отец – повторил он - Меня матушка назвала в его честь – простодушно пояснил юноша. - А кто ваша мать? - Вдова полковника Заморенова. Она сейчас вышла замуж за князя Потемкина. А я решил найти отца и брата. Анна не знала, что сказать Ивану. - Пойдемте в кабинет. Юноша послушно последовал за ней. Она распорядилась, чтобы принесли чай. - А Иван Ивановича и Владимира дома нет? – поинтересовался Иван, украдкой бросая взгляды на незнакомку, в глухом черном платье. Анна поставила чашку на столик и, посмотрев в карие глаза юноши, тихо произнесла: - Иван… - она запнулась – Иванович, мне очень жаль, но ваш отец и брат скончались. Она смахнула непрошенную слезинку с ресниц, и сделала вид, что разглядывает узор на паркете. Юноша заморгал. Звякнула чашка от неловкого движения. Анна подняла глаза на Ивана. Тот чуть не плакал. - Тогда мне только в омут – его губы задрожали, и нос зашмыгал. - Почему? - Я так надеялся, что они мне помогут. А когда отца и брата не стало? И кто вы? – в свою очередь спросил Иван. - Я Анна Платонова. Поместье Корфов теперь принадлежит мне. - А я подумал, что вы моя сестра – смущенно проговорил юноша. Анна невольно рассмеялась, и словно серебристый колокольчик зазвенел в воздухе. - Я воспитанница Иван Ивановича – сказала она. О том, что она была крепостной, Анна умолчала. - Я умоляю вас, позвольте мне остаться у вас. Я хотел просить отца, пожить у него – отводя взгляд, пробормотал Иван – Знаю, это вызовет пересуды и сплетни, но я больше не могу выносить упреков отчима. Девушка растерялась. Заметив ее смятение, юноша быстро проговорил: - Хорошо, я уйду. Только покажите, а где похоронен мой отец и брат. Анна тяжело вздохнула. - Я покажу вам. Она вышла, чтобы переодеться, и не видела странный взгляд, которым проводил ее Иван. На погосте было тихо. Три могилы, три надписи и три ушедшие жизни. Анна стояла в стороне, давая возможность Ивану побыть наедине со своими мыслями. Вдруг птичка весело зачирикала, и от ее беззаботного пения девушка заплакала. «Почему? Ну почему?» - шептала она тихо-тихо. Иван подошел к ней. - Простите мою настойчивость. Я только расстроил вас, попросив проводить меня сюда. Анна ничего не ответила. Они молча пошли к дому. Спустя несколько недель. Карл Модестович спешил в кабинет. Его вызвала Анна, и теперь управляющий бежал со всех ног. Немного придя в себя после тяжелой утраты, девушка стала вникать в дела поместья, и скоро Карл Модестович почувствовал, что маленькая ладошка Анны все больше и больше ограничивает его власть. В бывшей крепостной оказался талант не только к пению и музицированию, но и способность вести дела. Он вошел в кабинет и замер на месте от открывшейся картины. Совершено бессознательно Анна скопировала позу предыдущего владельца поместья. Она сидела в кресле, сложив ладони домиком и уткнувшись в них носиком, что-то шептала, изредка делая пометки на бумаге. Скорее всего, девушка что-то считала. - Карл Модестович – заметила Анна управляющего – Вы-то мне и нужны. Он тряхнул головой, прогоняя наваждение, и подобострастно склонившись, спросил: - Что угодно, барыня? Анна закусила губу, чтобы не расхохотаться, настолько комично выглядел Карл Модестович. - Мне угодно знать, куда пропали десять тысяч, которые вы взяли на покупку леса? Ни леса, ни денег нет. Как вы объясните это? Управляющий посмотрел в глаза девушки, но Анна не собиралась отворачиваться. «Решила отомстить мне за все унижения» - подумал он. - Вот деньги – протянул Карл Модестович перевязанные ленточкой ассигнации – Лес был плохой, и я его не стал покупать. А деньги вернуть не успел. Анна сделала вид, что поверила. Напоследок, когда со всеми срочными делами и вопросами было покончено, она добавила: - Карл Модестович, будете воровать, я найму другого управляющего. Станете хорошо работать, жалованье также повыситься. - А хорошо это как? – насмешливо уточнил он. Она проигнорировала его иронию. - Не воровать. - Тогда я уже хорошо работаю, и требую повышения жалованья – нагло усмехаясь, ответил Карл Модестович. Анна откинулась на спинку кресла, и снова сложила ладони домиком. - Я пока этого не замечаю. Управляющему очень хотелось, чтобы вернулось прошлое, когда эта девчонка не имела над ним никакой власти. Но, увы, прошлое не воротишь, и теперь Анна его хозяйка, а не наоборот. - Пришел Иван Иванович Заморенов – доложил Григорий. - Иду – ответила Анна и поднялась – Надеюсь, мы друг друга хорошо поняли? – спросила она управляющего. Карл Модестович кивнул, но когда девушка проходила мимо него, остановил ее, дотронувшись рукой до ее руки. - В чем дело? Что вы себе позволяете? - На вашем месте я бы не доверял этому мальчишке – тихо проговорил управляющий. - Почему? – удивилась Анна. Гадая про себя с какой целью он настраивает ее против Ивана. Карл Модестович неопределенно хмыкнул. - Он не так прост, каким кажется. - И это мне говорите вы? – насмешливо осведомилась девушка – Бросьте ваши уловки, Карл Модестович. И вышла из кабинета. Управляющий от ярости стукнул кулаком по столу. Глупая девчонка! Ивану пришлось вернуться домой. Отчим настоял на том, чтобы отправить юношу в кадетский корпус. Именно из-за этого пасынок и сбежал из дома. Надеясь получить поддержку от отца и брата, и избежать участи военного. Но, побывав в доме своего настоящего отца, вспомнив, что мать рассказывала о полковнике, и, наконец, услышав рассказы об Иване Ивановиче и Владимире от Анны, Иван перестал сопротивляться своей участи и поступил в кадетский корпус. Когда у него появлялось свободное время, он мчался в Двугорское, чтобы навестить Анну. - Анна – радостно улыбнулся он, заметив ее. Она улыбнулась в ответ. - Рада вас видеть. Они присели на диван. Юноша, захлебываясь от впечатлений, что-то рассказывал, а Анна внимательно слушала, только иногда чуть заметно вздрагивала. Потому что Иван то наклонял голову как дядюшка, то начинал смеяться как Владимир. Прошло полгода с момента смерти Владимира. Удивительные вещи произошли в уезде. Местные кумушки с удвоенной быстротой мололи языками. Уж больно много событий случилось за последний месяц. Во-первых, князь Долгорукий нашел свою незаконнорожденную дочь. Ею оказалась Анна Платонова, воспитанница барона Корфа. Во-вторых, Елизавета Петровна Забалуева развелась со своим мужем, и более того, Андрей Платонович уехал. В-третьих, все та же Елизавета Петровна вышла замуж за князя Михаила Репнина, который безуспешно пытался найти убийцу молодого барона Корфа. Да так и не нашел. - Сестрица, ты все просиживаешь за расчетными книгами – влетела в кабинет Лиза, и, чмокнув Анну в щеку, уселась в кресло, весело размахивая шляпкой. Анна улыбнулась и отложила бумагу. - А ты все такая же неугомонная – пожурила она сестру – Только вернулись из свадебного путешествия, а ты готова к новым подвигам. Мне Миша на тебя жалуется. Лиза невинно распахнула глаза. - И на что же он жалуется – притворно рассердилась она. - Что ты неуправляема, своенравна и прочее. - Тоже самое говорит и папенька – отозвалась Лиза – Я уже привыкла. А тебе надо прекращать сидеть дома. В конце концов, у тебя есть управляющий, пусть у него голова болит, что делать с поместьем. Анна рассмеялась. - Если я дам слабину Карл Модестовичу, он меня по миру пустит. Сестра, подумав, согласилась. - Только ты сегодня идешь с нами на пикник! - Хорошо – улыбнулась Анна. Лиза убежала, а она еще долго сидела и смотрела в окно. Полгода прошло, а убийцу так и не нашли. Злые языки поговаривали, что это Сычиха невесть, зачем пристрелила любимого племянника, а потом окончательно сошла с ума после его гибели. Анна не общалась со старой женщиной, но знала, что Варвара раз в месяц отправляет Сычихе продукты и дрова. На пикнике было весело. Беззаботное настроение Лизы, теперь уже Репниной, было заразительным. - Анна, я так давно вас не видел – задыхаясь от волнения, начал князь Суворов, сын Василисы Никитичны – Вы стали еще прекраснее. Девушка улыбнулась, но ничего не ответила. Алексей давно ухаживал за ней, несмотря на недовольство матери, которая постоянно повторяла: - Я не позволю единственному сыну жениться на незаконнорожденной дочери князя Долгорукого прижитой от крепостной девки. На возражения Алексея, что Петр Михайлович признал Анну своей дочерью, Василиса Никитична отвечала: - Я своего благословения не дам! Князь разрывался между почтительностью и уважением к матери, и вспыхнувшей любовью к Анне. Но больше всего Алексея расстраивала холодность возлюбленной, она с благодарностью и учтивостью принимала знаки его внимания, но ее глаза оставались холодными, словно два замерзших озера. Вот и сейчас, он дышать боится в ее присутствии, а она даже не смотрит в его сторону, а наблюдает, как брат и его невеста играют в догонялки. - Андрей, ты проиграл – весело сказала Наташа – Я первая добежала до этого дерева! Князь Долгорукий улыбнулся. - Что угодно даме? - Я хочу вон тот цветок – показала невеста на огромный красный цветок, росший посередине лужайки. - Анна, выходите за меня замуж. - Что? – девушка обернулась и с удивлением посмотрела на Алексея. - Выходите за меня замуж. Если вы согласны, я сейчас же пойду к вашему отцу – он собрался подняться с мягких подушек и встать, но Анна остановила его. - Ваше предложение слишком неожиданно для меня – проговорила она, и мягко улыбнулась – Алексей, вы замечательный, но… - Вы не любите меня – грустно закончил князь – Но я люблю вас! - Вы считаете, что этого достаточно? – спросила Анна. Алексей не смог выдержать ее прямого взгляда и отвел глаза. - Вы полюбите меня! – воскликнул он – Я сделаю для этого все возможное и невозможное. Девушка только улыбнулась, и согласно кивнула. Семья приняла ее по-разному. Петр Михайлович без конца повторял, что очень виноват пред нею, Анне приходилось постоянно убеждать папеньку, что она счастлива, быть его дочерью. С сестрами, Лизой и Соней Анна дружила с детства, даже не подозревая о родственных узах. С Андреем тоже были ровные отношения. А вот княгиня…. Марья Алексевна пришла в себя, оправилась после удара, и перестала быть или притворяться умалишенной, особенно, когда поняла, что Анна не станет мстить за смерть Иван Иваныча. Княгиня и Анна открыто не враждовали, словно заключили негласный договор о мире, который однажды Марья Алексевна нарушила, явившись в дом баронов Корфов. - Я пришла поговорить с тобою – с порога заявила мачеха. Анна оторвалась от бумаг, и поднялась со стула, чтобы поприветствовать гостью. Позвонила в колокольчик, явилась Полина. - Чай? – спросила Анна у княгини. Та кивнула. - Принеси нам чаю – распорядилась Анна и Полина ушла. Вскоре она вернулась с подносом. Подождав, пока Полина уйдет, Марья Алексевна сказала: - Петр сошел с ума, когда признал тебя. - Я счастлива оттого, что обрела семью – кротко ответила девушка – Если вы о деньгах то, как видите, я не нуждаюсь. Княгиня огляделась: портьеры на окнах поменяли, мебель перетянули, да и все вокруг стало еще богаче, чем было при прежних владельцах. - Вижу, что у тебя есть способности вести дела – одобрила Марья Алексевна, Анна ждала, когда княгиня скажет все дежурные любезности и перейдет к истинной причине своего визита. - Но я пришла не затем, чтобы расхваливать тебя. Я хочу, чтобы ты уехала отсюда. Девушка непонимающе уставилась на княгиню. - Уехать? Но куда? И зачем? - По уезду ходит слишком много сплетен, и главная героиня их ты – сурово ответила Марья Алексевна – Сонечке надо выйти замуж за достойного человека. - Простите, не понимаю при чем тут я? – искренне недоумевала Анна. - Во-первых, ты принимаешь в своем доме Ивана Заморенова, а всем известно, чей он сын – сказала, как выплюнула княгиня – Во-вторых, ты совершенно вскружила голову бедному Алексею, мне Василиса Никитична жаловалась давеча, что он не слушает ее. И мечтает жениться на тебе. - В своем доме я буду принимать того, кого захочу – твердо ответила Анна – Что же касается Алексея. Я не давала ему повода думать, что согласна стать его женой. - На чужой роток не накинешь платок – проговорила Марья Алексевна. Уже жалея, что поддалась минутной слабости и пришла просить помощи у падчерицы. Но надо было что-то делать с бесконечными сплетнями о семействе Долгоруких. Одна отрада, что Марфа умерла, так и не узнав, что ее дочь жива. - Ради будущего Сонечки – напомнила княгиня – Будь все-таки осмотрительнее. Девушка согласно кивнула, но клятв не давала. Перед тем как уйти Марья Алексевна сказала: - Или выходи как можно скорее замуж за Алексея Суворова. Анна ничего не ответила и мачеха ушла.

Gata: Ммм, какое ностальжи! Помню эту необычную и увлекательную историю, будет приятно пролистнуть, вспомнить героев и перипетии сюжета, посмотреть иллюстрации

Klepa: Gata, мурси . хотя я малек перемудрила .

Светлячок: Крутенько Что там дальше?

Klepa: Светлячок, дальше еще круче . мурси за внимание.

Klepa: Снег мягко падал на землю. Анна прятала озябшие руки в муфточку. - Ты слишком легко оделась – посетовал Иван. - Ничего – отозвалась она, и еще раз посмотрела на кресты – Неужели год прошел? Мне даже не верится…. Юноша неопределенно хмыкнул. - Я их так и не узнал – в его голосе слышалось сожаление. Анна молча посмотрела на него. - Пошли домой, ты замерзла – сказал Иван и взял ее под локоть. Девушка послушно последовала за ним, а потом сказала: - Нет. Я пойду к Сычихе. - Зачем? – напрягся юноша. Он так и не познакомился со старой ведьмой. - Так надо – ответила Анна – Иди домой один. - Но ты заблудишься – запротестовал Иван. Она улыбнулась. - Я здесь выросла и не могу заблудиться в лесу, в котором в детстве играла в прятки. Он нехотя отпустил ее, но идти вместе с ней, Ивану не хотелось. - Какие гости в моей избушке – удивилась старая женщина, увидев Анну на пороге. Девушка слегка дрожала – Да ты замерзла, дитя мое. Садись – приказала Сычиха, и протянула Анне чашку с горячим напитком – Пей, согреешься. - Спасибо – поблагодарила девушка, отпила глоток – Вкусно. Это чай? - Нет, травы – ответила Сычиха и села напротив девушки. - А почему вы так внимательно на меня смотрите? – поежилась Анна от пронизывающего взгляда старой женщины. - Пытаюсь тебя взглядом согреть – уклончиво ответила Сычиха. «Сказать – не сказать? Но что будет, если я скажу? Что от этого изменится?». Чтобы ни обращать внимание на пристальные взгляды Сычихи, Анна стала разглядывать хижину. Она не была здесь очень давно, только совсем маленькими они прибегали сюда с Лизой. Из любопытства наблюдая за Сычихой. Печка, кровать за ширмой, стол, лавки, все как раньше. Странное чувство не давало Анне покоя, оно словно гнало ее отсюда, но и удерживало здесь. Она пришла к Сычихе, потому что ее потянуло сюда. Но зачем? Они никогда не были близкими друзьями. Только однажды, во время отпевания Иван Иваныча, старая женщина сказала Анне слова, которые та никак не могла забыть…. Но смысл их помнить? Прошлое не изменишь, да и не вернешься назад. - Сегодня год как… - начала Анна и запнулась, проглотила комок в горле. «Бедная девочка» - подумала Сычиха. - У вас все хорошо? – перевела разговор девушка – Дрова, продукты все есть? - Все в порядке – успокоила ее старая женщина, и взяла за руку. Анна дернулась и испуганно посмотрела в черные глаза Сычихи – Не бойся – тихо проговорила она – Я тебе ничего плохого не сделаю. - Я знаю – ответила Анна, и страх отступил – Я пойду – она поднялась. - Ступай – сказала Сычиха. Девушка подхватила муфточку и выбежала из хижины, словно ее кто-то гнал оттуда. - Вот ты и сделала свой выбор – грустно прошептала старая женщина. После визита к Сычихе Анна заболела. Ее мучил жар. Несколько дней ей пришлось пролежать в постели. Варвара кормила ее бульоном, и причитала: - Что же это такое? Отчего не уберегли барышню – налетела кухарка на Ивана, когда вышла из спальни Анны в библиотеку. - Она хотела сходить к Сычихе – отбивался юноша – Я пытался ее отговорить, но ты же знаешь, какой она бывает упрямой. Варвара покачала головой и ушла. Иван нервно начал расхаживать по кабинету. Прошел год, а он ни на йоту не приблизился к конечной цели. Через несколько дней Анне стало лучше, и доктор разрешил ей погулять в саду. Девушка медленно шла по аллее, рядом с ней шагал Иван. - Анна, нам надо поговорить – начал он, когда они подошли к скамейке. Она уселась и, повернув к нему голову, ответила: - Хорошо. Давай поговорим. Я тебя слушаю – и внимательно посмотрела в его глаза. - Анна – начал Иван, запнулся на мгновенье, но потом взял себя в руки – Я люблю тебя! – выпалил он, с надеждой глядя на нее. Она весело рассмеялась. Заливистый девичий смех нарушил тишину зимнего сада. Если бы только Анна знала, какой болью отзывается этот смех в груди человека, который любит ее больше жизни. Качнулась ветка, это птица улетела в небо. Иван не понимал причину ее веселья, и напряженно ждал ответа. - Прости меня – извинилась Анна – Я не хотела тебя обидеть своим смехом. - Что ты мне ответишь? – допытывался юноша. - А разве ты задавал вопрос? – спросила она. - Ты меня любишь? Анна бросила на него быстрый взгляд и отвернулась. Она не знала ответа на этот вопрос. Как и тогда…. Неужели в ее жизни все повторится? Алексей тоже любит ее, но она не готова ответить на его чувство. Впрочем, как и на любовь Ивана. - Иван, ты хороший, добрый и замечательный. Он резко встал, и отошел к дереву. - Прости, что не сдержался – глухо сказал он. - Давай, оставим все, как есть – тихо попросила Анна – Я пока не могу…. – и замолчала. Иван повернулся к ней лицом, с удивлением она заметила, что его глаза сверкают от ярости. - Ты до сих пор любишь его? - Кого? – не поняла Анна. - Ты прекрасно понимаешь о ком я – резко проговорил он. - Иван Иванович! – вскричала она – Вы не имеете права задавать мне подобные вопросы и тем более требовать на них ответа! Она встала со скамейки и направилась к дому, ее щеки горели от гнева. Иван чертыхнулся, и пошел за ней. Вечером Анна пришла в церковь, чтобы помолиться. Поставила свечки, и уже собралась уйти, как в дверях столкнулась с Сычихой. Прихожане зашушукались, но старая женщина не обращала внимания на шепот, а взяла Анну за руку и отвела в угол церкви. - Тебе страшно? – тихо спросила она девушку. - Нет. А почему я должна бояться? – так же тихо спросила Анна. Черные глаза Сычихи буквально прожигали ее насквозь, но она не отводила взгляда. - Ты смелая – одобрила Сычиха – Ты справишься! Только запомни: захочешь посмотреть налево, оглянись назад. Будешь смотреть прямо, обрати внимание, что твориться справа. И, наконец, если станешь смотреть вниз, посмотри вперед. Договорив это Сычиха, быстро перекрестилась, и вышла из церкви, оставив ошеломленную странным предсказанием Анну одну. И снова пришла весна, потом лето, прошла осень, опять наступила зима. Анна скакала по снежному ковру на лошади, ей было так легко и спокойно. У Лизы и Миши родилась дочь, которую назвали Екатериной. Андрей и Наташа поженились, и тоже ждали прибавления в семействе. За Сонечкой стал ухаживать друг Алексея, Владислав Ртищев. Только Анна никак не хотела выходить замуж. Петр Михайлович сетовал, что хочет понянчить внуков, на что она отвечала, что есть Катюша и скоро будет еще один внук или внучка, ребенок Андрея и Наташи. Алексей продолжал свои ухаживания, не теряя надежды, что неприступная крепость после долгой обороны все-таки падет. Василиса Никитична смирилась с тем, что ее невесткой станет незаконнорожденная. В глубине души она надеялась, что Анна не согласиться выйти замуж за ее сына. Иван больше не говорил с ней о любви, но иногда Анна ловила на себе странные взгляды юноши, и не могла отделаться от мысли, что в чем-то виновата пред ним. Она остановила лошадь на вершине холма, и залюбовалась снегом, который сверкал во всем своем великолепии на ярком солнце. Анна немного привстала в стременах, и закричала: - Эгегегей! И рассмеялась. - А теперь пора домой – тихо прошептала девушка Звездочке на ухо, и повернула лошадь к дому. Как вдруг Звездочка недовольно фыркнула, Анна успокаивающе погладила ее по холке. - Все хорошо. - Анна – помахал ей Алексей, и направил коня к ней. Она обернулась. Звездочка снова фыркнула и вдруг понесла, Анна завизжала от ужаса, лошадь неслась, не разбирая дороги. Алексей скакал за ней, пытаясь догнать Звездочку. Анна держалась, сколько могла, но руки ее обессилили, и она свалилась в сугроб, а Звездочка поскакала дальше. - С вами все в порядке? – спросил Алексей, помогая девушке встать. В ее глазах застыл немой ужас, князь посадил ее на поваленное дерево и деловито ощупал ноги и руки. - Кости целы. От холода и страха у Анны застучали зубы. - Все, все – прошептал Алексей – Все прошло – и, осмелев, обнял ее за вздрагивающие плечи, она неожиданно прильнула к его груди и заплакала – Анечка, все хорошо. Все обошлось. - Звездочка – всхлипнула она. - Мы ее найдем – пообещал Алексей. Поздно вечером Звездочку поймали и привели в конюшню, она вела себя смирно. - Я нашел ее около ручья – рассказывал Григорий – Она спокойно стояла, и не пыталась убежать. - Но она понесла не с того, не с сего – сказала Анна, кутаясь в шаль. Варвара уже напоила ее успокаивающим чаем, да и поддержка Алексея сыграла свою роль. Девушка была искренне рада тому, что не оказалась одна в снегу, так далеко от дома. - Я ее осмотрел, и не нашел ничего особенного – ответил Григорий. - Погоди – остановил его Алексей, и подошел к Звездочке. Лошадь мирно стояла, и ткнулась в него мордой, прося что-нибудь вкусное, князь дал ей сахар, а сам встал на скамью и осмотрел спину Звездочки – Анна, взгляните. Она подошла, и, опираясь на руку Алексея, встала на скамейку. - Видите? – спросил он. - Вижу – глухо ответила Анна. Вся спина Звездочки была поцарапана. - Но чем? - Григорий принеси седло – распорядился Алексей, тот взглянул на хозяйку, Анна кивнула, и слуга ушел. - Возьмите барин – протянул Григорий седло. Князь осмотрел седло. - Вот почему Звездочка понесла – и достал огромный железный шип. - Но зачем? – спросила Анна и подняла на него глаза, полные страха и ужаса, ее губы дрожали. - Я не знаю – ответил Алексей – Возможно, хотели убить вас. - Меня? – удивилась она. Князь взял ее под локоть, и они ушли из конюшни в кабинет. Полина принесла чай. - Но кому могло понадобиться убивать меня – недоумевала Анна. Алексей не успел ответить, потому что дверь распахнулась, и вошли князь и княгиня Репнины. - Тебя хотели убить? – спросила Лиза, и поцеловала сестру в щеку. - Звездочка понесла, я упала, и если бы Алексей не оказался рядом – девушка улыбнулась, а сердце князя заколотилось. Неужели у него есть надежда? - Может она чего-то испугалась – предположил Миша и сел в кресло. - Под седлом мы нашли вот это – ответил Алексей и протянул Мише железный шип. Князь Репнин взял шип и, покрутив его в руке, нахмурился. - Человека, который стрелял во Владимира, мы так и не нашли. По лицу Анны пробежало облачко, но потом она снова улыбнулась. - Мы его обязательно найдем! – похлопала мужа по руке Лиза. - Прошло слишком много времени, – посетовал Миша. - Вы думаете, это один и тот же человек? – спросила Алексей, задумчиво поглаживая подбородок. - Я не знаю. В любом случае, Анна, соблюдайте осторожность и пока воздержитесь от прогулок верхом.

Klepa: Варвара резала овощи, и что-то изредка бормотала под нос. - Варя, доброе утро! – поздоровалась Анна. - Аннушка! – обрадовалась кухарка девушке. – Не думала, что ты так рано встанешь. Еще не рассвело, а ты уже на ногах. Али дума какая спать не дает? Или сердечко девичье в томлении бьется? – подмигнула Варвара. Ответом был тяжелый вздох. - Варечка, я запуталась! – сказала Анна. – После того случая, когда Звездочка понесла, князь Суворов от меня ни на шаг не отходит, – и смутилась от пристального взгляда кухарки. - А он тебе нравится? Девушка пожала плечами. - Он милый, добрый, но… - Но ты его не любишь, – закончила за нее Варвара. - Не знаю, – честно ответила Анна. – Потом еще Иван… - А что с ним? – удивилась кухарка, и отправила нарезанные овощи в чугунок, потом вытерла руки о фартук и села рядом с Анной. - Он теперь тоже взялся меня оберегать. Ох, Варя, мне кажется, что история повторяется, – тихо прошептала девушка. – И хотя Иван и Алексей никогда не были друзьями, они соперники. Варвара покачала головой. - Аннушка, ты должна стать счастливой, выйти замуж, родить детей. - Я знаю, – девушка резко поднялась. – То же самое мне говорит папенька. Но я не хочу выходить замуж, не любя. Стерпится – слюбится, не более чем иллюзия. - А может, ты до сих пор Мишу любишь? – спросила кухарка, и осеклась, услышав веселый смех хозяйки. - Нет, Варя. Мишу я люблю только как брата, мужа моей сестры. - Но если твое сердце свободно, почему бы не попытать счастья с Алексеем или Иваном? Анна снова присела рядом с Варварой. - Не знаю…. Может, ты и права. - Ой, девонька, совсем ты мне не нравишься, – прошептала Варвара, а когда Анна быстро отвернулась от нее, добавила. – Уехать тебе надо. Ты и тогда уехать хотела, но не могла. А теперь ты вольная, сама себе хозяйка. - Ты мне тогда сказала, что тот, кто люб, всегда со мною будет в мыслях… – тихо прошептала девушка. - Тебе в себе разобраться надо. И самое главное, не говори ни тому, ни другому, куда и зачем уехала. Анна задумалась. - Куда ж мне уехать? В Петербург, так там Иван. В Москву? Но где там жить…. - Ты с отцом поговори! – посоветовала кухарка. – У Петра Михайловича много родственников. К кому-нибудь поедешь в гости, заодно развеешься, посмотришь новые места, авось, и мысли в порядок приведешь.

Klepa: Часть 2. Англия 1842 год. А я хочу к тебе, мой прежний* Анна искренне радовалась, что ее путешествие подходит к концу. Петр Михайлович противился решению дочери уехать на некоторое время. Но неожиданно на сторону падчерицы встала Марья Алексеевна. Делала она это не без выгоды для себя. К Сонечке сватался Владислав Ртищев, друг Алексея, и княгине хотелось, чтобы Анна была подальше от дома. Хотя Василиса Никитична намекала, что было бы неплохо справить сразу две свадьбы: и Сони с Владиславом, и Анны с Алексеем. Но Марье Алексеевне хотелось, чтобы праздник был только у ее дочери. Тем более пришло письмо от дальних родственников Петра Михайловича, которые писали, что им скучно, и что они хотели бы познакомиться со своей внучатой племянницей. Все складывалось как нельзя лучше. Только Сонечка расстраивалась, что сестра уедет раньше ее свадьбы. Анне тоже хотелось присутствовать на столь знаменательном событии младшей сестренки. В конце концов, порешили на том, что Анна уедет на следующий день после венчания. Княгиня сначала разозлилась, но когда поняла, что согласия выйти замуж за Алексея падчерица не давала, успокоилась и была любезна и приветлива с Анной. В глубине души Марья Алексевна надеялась, что за время отсутствия Анны, успеет прибрать поместье Корфов к рукам. Но девушка оказалась хитрее и попросила присмотреть за поместьем и Карлом Модестовичем, который клялся, что копейки не возьмет лишней, Лизу и Мишу. Которые с радостью согласились пожить в доме сестры. Алексею и Ивану она отправила письма, в которых говорила, что уезжает на некоторое время, и просит не искать ее. А сейчас она едет в дом своих новых родственников. Петр Михайлович рассказывал, что сам еле помнит тетушку Элизабет и тетушку Поппи, которую на самом деле звали Пенелопой. Карета остановилась пред величественным и строгим зданием. Анна невольно поежилась, так мрачно выглядел дом. Дворецкий распахнул дверь, и она очутилась в огромном холле. - Сюда, мисс – сказал мажордом. Анна прошла в гостиную. - О, Энн, вы приехали – с восторгом сказала тетушка Поппи, и хотела подойти к девушке и обнять, но ее остановил холодный взгляд старшей сестры. Элизабет сухо кивнула гостье. - Не угодно ли чаю? – голос у Элизабет был словно надтреснутый, но не неприятный. - Благодарю вас – Анна присела в реверансе, немного обескураженная таким холодным приемом. Она посмотрела на тетушку Поппи, та тепло улыбнулась ей, как бы извиняясь за свою сестру. Анна села на диван. Принесли чай. Во время беседы девушка украдкой разглядывала новых родственниц. Казалось невероятным, что эти две женщины родные сестры, настолько они были не похожи между собой. Элизабет была высокой и статной, в волосах у нее уже виднелась седина. Она выглядела надменной и чопорной, как истинная англичанка. Из ее прически не выбивалось не единого локона, говорила она тихо, медленно, и казалось, взвешивала каждое слово. Пенелопа была полной противоположностью. Когда она разговаривала, кудряшки из ее прически выбивались, потому что она всегда смеялась. Было видно, что она очень хочет походить на свою старшую сестру, потому что Пенелопа обрывала свой смех, и напускала на себя вид, как ей казалось величественный и надменный. Но через несколько минут она снова начинала болтать без умолку и весело хихикать. Постепенно неловкость пропала, обе женщины старались, чтобы гостье было уютно. - Деточка, да вы засыпаете на ходу – мягко проговорила тетушка Элизабет – Сильверс – позвала она дворецкого. - Да, мэм. - Проводи нашу дорогую племянницу в ее комнату. - Благодарю вас – сказала Анна, смущенная, что ее зевки украдкой стали заметны. И она не думала, что сдержанная Элизабет проявит по отношению к ней такую чуткость – Но я действительно очень устала. - Вам надо отдохнуть. Путешествия зимой очень утомительны – добавила Пенелопа, в ее глазах светилась радость. Девушка ушла. Сестры переглянулись. - Ты тоже это заметила, да? – тихо спросила Элизабет. Пенелопа кивнула. - Она так похожа на бедняжку Дженнифер. - Одно лицо – отозвалась Элизабет – Бедная девочка теперь ломает голову, почему я так холодно приняла ее? Пенелопа похлопала сестру по руке. - Все будет в порядке. Утром Анна встала отдохнувшая. Ей что-то снилось, но что именно как девушка не пыталась, так и не смогла вспомнить. - Доброе утро! – поздоровалась она, спустившись в столовую. Тетушки уже сидели за столом. Элизабет приветливо улыбнулась. - Как вы отдохнули? - Спасибо, – поблагодарила Анна. – У вас очень уютный дом. - Мы поселили вас в комнату нашей покойной сестры – защебетала Пенелопа – Вам все понравилось? - Да. - Анна, я надеюсь, вы не очень утомлены путешествием? – заботливо поинтересовалась Элизабет – Дело в том, что сегодня у нашей очень близкой подруги, леди Черчилль, светский прием, и мы хотели бы, чтобы вы пошли с нами. Анна заверила милых тетушек, что будет счастлива, познакомиться с их друзьями и с радостью пойдет с ними. Вечером, когда Мэгги уложила ее волосы в красивую прическу, Анна, глядя в серебристую гладь зеркала, прошептала: - Я буду веселиться. И ни о чем не думать. Возможно, тогда моя душа обретет покой и умиротворение. Огромный зал, много людей в различных туалетах, драгоценные камни искрились в свете множества свечей. К концу приема Анна очень устала. Тетушки знакомили ее со всеми своими друзьями. Поначалу Анна пыталась запомнить имена и титулы людей, которым была представлена, но потом оставила эту затею, решив, что запомнить все равно не удастся. Она очень много танцевала. Кавалеры наперебой приглашали ее, очарованные русской красавицей. Двое мужчин сидели в нише и наблюдали за танцующими парами. - Какая красавица! – произнес граф Квенстон. - Вы думаете? – спросил лорд Брокстон, лениво потягивая вино. - Конечно. Вы не знаете, она чья-то любовница? - Насколько мне известно, она ни с кем не состоит в любовной связи. Но зачем она вам? - Люблю красивых женщин. - А вы видели ее глаза? Как две льдинки. - Льдинки? – удивился граф Квенстон. - Да. Чарльз задумался: - Странно, пока я встречал только одного человека с ледяными глазами. - Девушка приехала из России, и не замужем, находится под опекой сестер Уиндем. Мой друг, любовные интрижки хороши только с замужними дамами, или, в крайнем случае, с веселыми вдовушками – подмигнул лорд Брокстон. - Но так упоительно сорвать первым цветок невинности… – задумчиво произнес граф, не отводя глаз от Анны. – Я женюсь лет в сорок – заявил лорд Брокстон. Граф рассмеялся. - Ни за что не поверю в то, что вы, Джон, когда-нибудь женитесь. Да не родилась еще та женщина. - Тогда умру холостяком! – весело проговорил лорд Брокстон. ______________________________________________________________________ * строчка из песни Софии Нижарадзе «Звезды».

Klepa: - Спасибо, – поблагодарила Анна сэра Уильяма, который помог ей сесть на стул. - Вы ослепительны - глупо улыбнулся он. Она учтиво кивнула, и закрыла лицо веером, чтобы скрыть улыбку. - Не угодно ли выпить? – спросил Генри, сын леди Черчилль. - Вы очень любезны – ответила девушка. Она утомилась за время приема. Столько комплиментов Анна не слышала за всю свою жизнь. Восторги и восхищение в глазах молодых людей был приятны. Леди Черчилль, слывущая строгим нравом, очень тепло приняла ее. Анна, оглядываясь по сторонам, рассматривая наряды дам, их украшения, слушая веселую болтовню своих кавалеров, ей казалось, что она попала в сказку. Варвара была права. Ей необходимо было уехать, чтобы привести свои мысли и чувства в порядок. Кто знает, если бы ей это удалось сделать два года назад, может, и не случилось бы той ужасной трагедии? - Леди Анна, вы чем-то расстроены? – участливо спросил сэр Уильям, полностью покоренный красотой, манерами, и умом княжны Долгорукой. - Простите, мне нехорошо, – извинилась Анна и встала, поискала глазами тетушек, но Элизабет и Пенелопы нигде не было видно. Она поспешила покинуть своих кавалеров, пока они не опомнились и не вызвались ее проводить. Анна вышла из бального зала. Проходя мимо одной из дверей, она задела платьем вазу, стоящую на полу. Кружево зацепилось за вылепленный орнамент, девушка наклонилась. - Никогда! – раздался женский голос. – Слышите, никогда мужчины не бросали меня! Своих любовников всегда бросала я! - Хоть в чем-то я буду у вас первым, – насмешливо ответил мужской голос. Анна покраснела, невольно она подслушала чужой разговор. Она пыталась освободиться, но пальцы плохо ее слушались. Раздался звук пощечины. - Мерзавец! - Был рад знакомству, – беспристрастно ответил мужской голос. Анна услышала приближающиеся шаги, страшась быть застигнутой врасплох дернула платье, и освободилась из плена. Ваза угрожающе накренилась, девушка протянула руку, чтобы удержать вазу на месте. Анна отступила на один шаг назад, распахнулась дверь, и кто-то налетел на нее, едва не сбив с ног. - Простите, сударыня! – извинился незнакомец. Анна, приподняв вуаль, не сдержала вскрика: - Владимир?! Его брови поползли вверх. - Мы знакомы? – поинтересовался он, с интересом разглядывая девушку. Анна смешалась. - Но… - Вы ошиблись, сударыня, – мягко проговорил незнакомец, поцеловал ее руку, поклонился и стремительным шагом направился в зал. - Что б тебе провалиться, негодяй! – из комнаты выскочила эффектная брюнетка. Ее глаза сверкали от ярости, черные локоны, уложенные в замысловатую прическу, отливали синим, как вороново крыло. Она сделала вид, что не замечает Анну, и направилась за незнакомцем. Анна стояла на месте, прижимая руки к горящим щекам. Первым ее желанием было броситься за незнакомцем и узнать его имя, но это было неприлично. - Энн, вот вы где. - Тетушка, – обернулась Анна. - А мы везде вас ищем. Мы уже едем домой. Пойдемте, попрощаемся с радушными хозяевами. Леди Черчилль мило улыбнулась Анне. - Леди Анна, надеюсь, вам понравилось у нас? - Мама, вы смущаете нашу гостью, – ответил за девушку Генри. – С нетерпением буду ждать новой встречи, – тихо проговорил он, целуя ей руку. Анна смутилась и кивнула. Тетушки были довольны. Дебют их подопечной был блестящим. Когда Анна ушла спать, Элизабет и Пенелопа не смогли отказать себе в удовольствии поговорить о прошедшем бале. - Может девочка встретит здесь свое счастье? – мечтательно проговорила Пенелопа. - Тебе охота заниматься свадебными хлопотами, – пожурила ее сестра. Пенелопа смутилась. - Я была бы рада, если бы Анна осталась в Англии, – призналась Элизабет. - А тебе не кажется, что мы должны отписать Петру Михайловичу, если кто-нибудь будет просить руки его дочери? Элизабет не удержалась и фыркнула. - Пока это не случилось, мы ни о чем не должны писать. - Мне кажется, что Генри очень заинтересовался Анной, – осторожно сказала Пенелопа. - Мне это не нравится, – скривила губы сестра. – У него такая ужасная репутация, и только уважение к его матери позволяет ему бывать в приличных домах. Иначе бы все отказались его принимать. А ее дочь? Вот не позавидуешь Беатрисе с таким выводком. Пенелопа согласна закивала. Ночью Анна долго не могла уснуть. Ее сердце начинало, бешено колотиться, стоило вспомнить, как она столкнулась с двойником Владимира Корфа. Сейчас ей казалось, что она придумала, что они похожи. Ворочаясь с боку на бок, Анна мучилась вопросами, на которых пока не было ответа. У Ивана Иваныча были еще дети, кроме Владимира и Ивана? У Владимира был брат-близнец? Но почему она ни разу о нем ничего не слышала? Кто же этот человек, едва не сбивший ее с ног, всячески отрицающий факт, что они знакомы? Заснула девушка только под самое утро, и спустилась к завтраку позже остальных.

Светлячок: Про Англию не слабо. Там еще нашу кралю не видали Первый фик у Клепы, где мне Анна не нравится. Т.е. она не плохая-хорошая, а - никакая. Обычная. Нет в ней изюму. Физиономия на коллажах у нее к тому же унылая. Прости, Клепик, но я говорю, что думаю. Klepa пишет: А тебе не кажется, что мы должны отписать Петру Михайловичу, если кто-нибудь будет просить руки его дочери? Кому она нужна-то кроме Вовки

Klepa: Светлячок пишет: Первый фик у Клепы, где мне Анна не нравится. Т.е. она не плохая-хорошая, а - никакая. Обычная. Нет в ней изюму. Физиономия на коллажах у нее к тому же унылая. Прости, Клепик, но я говорю, что думаю. навен тада последний, потому что всю ВА дописанную уже выложила а чего прости? говоришь, что думаешь, это хорошо . я перемудрила в этом фф, как-то не айс самой .

Светлячок: Klepa пишет: говоришь, что думаешь, это хорошо Спасиб за понимание Я пороюсь в твоих фиках, может чего еще откопаю. Не сразу, т.к. столько вованны в меня не лезет. Буду чередовать

Klepa: Светлячок пишет: Я пороюсь в твоих фиках, может чего еще откопаю. Не сразу, т.к. столько вованны в меня не лезет. Буду чередовать после ВА выложу Саш-Нату в современности .

Klepa: это я такой свинтус??????? или это глюк борды??? начала выкладывать давно законченный фик и остановилась на полпути????? м-дя... отмаза про девичью память кажется, уже не пройдет а почему у меня текст съезжает на кайму по бокам? картинки все уменьшенные, тогда почему такой фокус

Klepa: - Энн, вы бледны сегодня, – обеспокоилась Элизабет. – Вас утомил вчерашний вечер? - Нет, тетушка, – улыбнулась девушка. – Не спалось. Мысли не давали покоя. Сестры переглянулись. - Какие мысли? – осторожно поинтересовалась Пенелопа, кудряшки снова выбились из прически, но она не обратила на это никакого внимания. - Думала о доме, все ли в порядке, – солгала Анна и, чтобы больше не отвечать на вопросы тетушек, принялась за завтрак. - Ни о чем не думайте! – сказала ей Элизабет. – Вы приехали отдохнуть. Если что-то случится, родные пришлют вам весточку. - Жаль, что остальные не смогли приехать с вами, – посетовала Пенелопа, и ее лицо омрачилось печалью. – С тех пор как Дженнифер – это наша младшая сестра, – вышла замуж за двоюродного брата вашего отца, мы никого не видели из семейства князей Долгоруких. - Она приезжала сюда спустя три года после свадьбы, – добавила Элизабет. – Но это было так давно. - А потом они погибли, – с горечью проговорила Пенелопа. – И Дженнифер, и Сергей, и малыши, – ее глаза наполнились слезами. - Мне жаль, – Анна дотронулась до руки тетушки. - Энн, вы так на нее похожи, – сказала Элизабет, промокнув слезы платочком. – Мы поддерживали отношения с вашей прабабушкой, но когда она умерла, связь оборвалась. Ваш отец писал крайне редко, а последние несколько лет не писал вовсе. - Он написал нам полгода назад, – оживилась Пенелопа, и кудряшки весело закачались в такт движению ее головы. - И нам захотелось познакомиться с вами, – добавила Элизабет. - Я счастлива, что у меня есть такие тетушки, – растроганно сказала Анна, смахнув слезинку с ресниц. Поначалу она испугалась строгих манер Элизабет, но сейчас она знала, что за показной строгостью скрывается доброе и отзывчивое сердце. Весь день прошел в беседах о прошлом, о настоящем. Обе тетушки интересовались жизнью новой родственницы. Анна рассказывала обо всем, о чем могла поведать. О некоторых эпизодах она умолчала: о танце Саломеи, о том, как приходила ночью в спальню к Владимиру, боясь, что тетушки не поймут и осудят ее. Узнав о ее крепостном прошлом племянницы, сестры заохали, заахали. И наперебой стали осуждать старого барона за то, что он осмелился сделать крепостной девкой княжескую дочь. Анна защищала Ивана Иваныч, говоря, что ни в чем не нуждалась: ни в любви, ни в ласке, но Элизабет и Пенелопа остались при своем мнении. Они живо интересовались обстоятельствами, при которых выяснилось, что Анна дочь Петра Михалыча. Рассказывая о смерти Владимира и последующих событиях, девушка не совладала со своими чувствами и разрыдалась. Перепуганные старые леди начали утешать девушку. - Энн, вы еще встретите настоящую любовь, – увещевала ее Пенелопа. - Тетушка, я вчера на приеме встретила человека, очень похожего на Владимира, – Анна подняла глаза, полные слез. Элизабет нахмурилась. - Если вы не представлены друг другу, то вы не должны с ним разговаривать. Анна замолчала. «Сударыня, вы ошиблись». Но она не могла ошибиться…. Голос? Девушка встрепенулась. Голос тот же, тогда она просто не обратила внимания смущенная оттого, что подслушала чужой разговор, и взбудораженная множеством впечатлений от поездки и прошедшего вечера. Сейчас, когда волнение улеглось, любопытство не давало покоя. Тетушки, обеспокоенные бледностью Анны, сказали, что сегодняшний вечер проведут дома. И хотя гостья уверяла, что чувствует себя хорошо, старые леди были непреклонны. За неторопливой беседой и чаем время пролетело незаметно. Едва щека Анны коснулась подушки, как девушка сразу заснула. Вечер в доме леди Черчилль проходил не так мирно, как у старых леди Уиндем. - Как он смеет так со мной обращаться! – бушевала маркиза Джулия де Ламбаль, в девичестве Джулия Черчилль. - Успокойся, сестрица – лениво проговорил Генри – Ты знала, что интрижка с лордом Ричардом Ардингли продлиться недолго. Молодая женщина фыркнула. - Я тебя предупреждал – назидательно сказал брат. - Да пошел ты к черту со своими предупреждениями! – окончательно разозлилась Джулия – Он посмел бросить меня!!! А когда я влепила ему пощечину, заявил, что был рад знакомству. Ужасный человек! Она повернулась к брату, ища у него поддержки, но Генри запрокинув голову, захохотал так, что стеклянная посуда в буфете начала слегка позвякивать. - Надо будет запомнить – отсмеявшись, сказал брат – Как избавиться от надоевшей любовницы. - Лучше помоги мне заполучить его обратно – Джулия грациозно присела на диван рядом с братом, и заискивающе глядя в карие глаза, добавила – А я тебе тоже чем-нибудь помогу. - Ох, Джулия, ты никогда не смиришься с отказом – подразнил сестру Генри. - Я не из тех женщин, которых можно бросить, ничего не объяснив! – ее глаза снова начали метать молнии. - Рискну предположить, что ваши отношения просто исчерпали себя – заметил брат. - Что? – Джулия резко встала с дивана и начала нервно расхаживать по комнате. – Я хочу за него замуж! – выпалила она. - Джули, за кого ты хочешь замуж? – спросила леди Черчилль, она подошла к сыну, тот послушно поцеловал ее в щеку, и присела рядом. - За Ричарда Ардингли. Беатриса наморщила носик. - Дорогая, он менее знатен, чем ты. Его дядя странный человек. - Мне все равно – отмахнулась дочь – Я хочу за него замуж. Мать беспомощно посмотрела на Генри. - Оставьте, матушка – ответил сын – Все равно вы не переубедите Джулию. Она так упряма. - Я настойчива – возразила сестра – Наш роман продлился гораздо дольше, чем с остальными, и это давало мне возможность надеяться – заметив внимательный взгляд матери, Джулия прикусила язык. - Я никогда не дам своего согласия на этот брак. - Мне все равно – ответила дочь – После смерти Жана мне досталось огромное состояние, да и сам Ричард не беден. Его дядя, лорд Горинг, поможет племяннику, своему единственному наследнику. - Джулия, это не прилично бегать за мужчиной – назидательно сказала мать. - Я хочу за него замуж! – упрямо повторила дочь, и топнула ножкой обутой в изящную атласную туфельку – И без вашей помощи или с нею, я добьюсь своего! – и, подхватив юбки, убежала. - Бедняжка до сих пор не может оправиться после гибели Жана – с сочувствием прошептала мать. Генри во время прикусил язык. Когда маркиз Жан де Ламбаль умер, его молодая вдова отправила письмо в Англию матери, в котором писала, как она несчастна, что горе ее безмерно. Беатриса жалела дочь, и чтобы помочь ей пережить утрату, написала Джулии, что та может вернуться домой, где близкие и родные люди поддержат ее. С родственниками со стороны мужа Джулия была не в ладах. Но леди Черчилль не знала, что писем было два. Второе было на имя Генри. Это письмо до сих пор лежит в его секретере, Генри Черчилль никогда ничего не выбрасывал, даже крохотные записочки. В том письме Джулия писала, что рада избавиться от семейных уз, что муж настолько надоел ей, что она решила завести любовника. Но увы, с ними жила мать Жана, Жозефина, которая пристально следила за невесткой. Поэтому когда Жан погиб на охоте, это была трагическая случайность, Джулия с облегчением вздохнула. Этот брак устроила ее мать, и хотя первые несколько месяцев Джулия тепло относилась к мужу, то в последнее время он ее начал безумно раздражать. Она вернулась домой. После положенного срока траура, молодая вдова с удовольствием окунулась в развлечения, и суматоху балов. Генри задумчиво погладил подбородок. Теперь его неугомонной сестрице снова захотелось замуж. «Это будет непросто» - подумал Генри и самодовольно улыбнулся своим мыслям, вполуха слушая болтовню матери. Он любил сложные задачи. Если Джулия хочет заполучить Ричарда, брат с удовольствием ей в этом поможет.

Gata: Klepa пишет: а почему у меня текст съезжает на кайму по бокам? картинки все уменьшенные, тогда почему такой фокус Над ссылочкой на песню Нижарадзе в первом посте была слишком длинная черта. Счас всё окей

Klepa: Вечерело. В огромном кабинете за массивным столом, весь заваленным бумагами сидел молодой мужчина и пристально смотрел на огонь в камине. - Ричи, ты еще не спишь? – спросил лорд Горинг, заглянув в кабинет. - Нет, дядя. Очнулся от своих грез молодой человек. - Ты сегодня рано вернулся – проговорил Адам. Ричард улыбнулся. - Вам не нравится, когда я возвращаюсь под утро, вам не нравится, когда я прихожу рано. На вас не угодишь. Дядя сел напротив него, и задумчиво посмотрел на племянника. - Что-то случилось? - Нет – отмахнулся молодой человек. Лорд Горинг неопределенно хмыкнул. - Ясность появилась? – спросил Адам, глядя на бумаги. Племянник тяжело вздохнул и глухо ответил: - Нет. Все как раньше. Никакой определенности. Лорд Горинг похлопал его по плечу. - Все наладится – и вышел. - Конечно – согласился Ричард, и он снова уставился на огонь в камине, словно тот мог ему подсказать, что делать и как быть дальше. Следующий день прошел, как и предыдущий, с той лишь разницей, что Элизабет и Пенелопа отправились в магазин и взяли с собой Анну. Старые леди были искренни и милы, гостье было приятно в их обществе. На следующий день Анна с тетушками снова пошли в гости. На этот раз к леди Брокколи, которая отличалась веселым и беззаботным нравом. Светские приемы в ее доме проходили шумно и весело. В отличие от строгих правил в доме леди Черчилль, которая потворствовала желаниям своих детей, но об остальных судила со всей строгостью. Напрасно старалась Анна найти в толпе мужчин высокую фигуру незнакомца, его нигде не было видно. Девушка приуныла. Она очень хотела снова увидеть этого человека, чтобы окончательно понять, что просто перепутала. За эти два дня Анна беспрестанно себе твердила, что незнакомец похож на Владимира, и то самую малость. - Леди Анна, вас что-то беспокоит? – спросил Генри, вальсируя с русской красавицей и недовольный тем, что Анна украдкой смотрит по сторонам, а не на него. Она мило улыбнулась, и кокетливо наклонив голову, ответила: - Нет, сэр Генри. Он сделал вид, что поверил в искренность ее слов. Тем более что после его замечания девушка больше не отводила глаз и смотрела только на него. Генри сыпал комплиментами, ему нравилась Анна, в какой-то момент в голове молодого лорда мелькнула мысль, а не пора ли ему жениться. Мысль была настолько странной и несвойственной для его характера, что Генри на мгновение остановился. Анна не заметила странного выражения на лице молодого лорда. - Я устала, проводите меня к тетушкам – попросила она, когда танец уже закончился. Они подошли к небольшой нише, в которой сидели сестры Уиндем. - Благодарю вас за танец – Генри поклонился, поцеловал руку девушки, поздоровался с тетушками Анны, и поспешил откланяться, сославшись на необходимость разговора с лордом Брокстоном. - Энн, лорд Черчилль проявляет к вам интерес – начала Элизабет, но ее прервал веселый смех девушки, старая леди поджала губы, но в ее глазах были смешинки. Пенелопа посмотрела на сестру, и подмигнула ей. - Простите, простите, тетушка Элизабет – справившись со смехом, попросила Анна – Только напрасно сэр Генри сыплет комплиментами и пытается ухаживать за мной. - Дорогая, вы приехали в Англию не затем, чтобы выйти замуж – напомнила Пенелопа. Девушка кивнула. - Я приехала, чтобы разобраться в своих чувствах – тихо прошептала Анна и в ее глазах появилась грусть. - Энн, нельзя грустить на балу – назидательно проговорила Элизабет. Анна еще раз кивнула. Она настолько задумалась, что даже не заметила, как к ним подошел представительный седоватый мужчина, тетушки стали, оживлено беседовать с ним. Спохватившись, что Анна давно молчит, Пенелопа тронула девушку за руку, и когда та повернулась к ней, сказала: - Позвольте представить вам нашего старого друга, лорда Адама Горинга. Анна присела в реверансе, и, подняв глаза, онемела. Рядом с лордом Горингом стоял незнакомец, и улыбался одними уголками губ. - Рад знакомству – лорд Горинг поклонился – А это мой племянник, лорд Ричард Ардингли. Старые леди поджали губы. Они не жаловали племянника Адама, но держались с ним вежливо и учтиво. - Княжна Анна Долгорукая, наша родственница – представила Анну Элизабет. Девушка не сводила глаз с Ричарда, и молча подала ему руку для поцелуя. Узкая ладонь слегка дрожала, выдавая волнение, молодой человек с удивлением посмотрел на Анну. Та робко улыбнулась. - Позвольте пригласить вас? – спросил Ричард ее. У нее хватило сил только кивнуть. - Дядя, леди Элизабет, леди Пенелопа – учтиво поклонился Ричард, и увлек Анну в центр зала. - Красивая пара – невольно восхитится лорд Горинг. - Адам, как бы мы хорошо не относились к вам. Вашему племяннику никогда не жениться на нашей родственнице – резко ответила Элизабет. Ее обеспокоила странная немота Анны, та словно окаменела, когда увидела Ричарда. Неужели и она станет очередной жертвой попавшей в когти этому хищнику. Пенелопа ободряюще сжала руку сестры. - Мы этого не допустим – уверено заявила она, словно прочитала мысли Элизабет. - Дай-то Бог – прошептала сестра – Лорд Черчилль проявляет к нашей подопечной интерес, теперь еще племянник Адама. Анна девушка благоразумная, но все может случиться. - Все будет в порядке – прошептала Пенелопа. Лорд Горинг ничего не слышал. Он только смотрел на вальсирующих Ричарда и Анну, и не мог унять странное волнение. «Будь счастлив, мой мальчик – подумал он – Ты это заслужил как никто». - Досадная ошибка исправлена – тихо прошептал Ричард. - Какая же? – не поняла Анна, с трудом унимая бешено колотящееся сердце. - Теперь мы знакомы – ответил он, не сводя с нее глаз. Девушка смутилась от такого пристального внимания с его стороны, и залилась краской. - Я вас смутил? – насмешливо спросил Ричард. Анна бросила на него изумленный взгляд и снова отвела глаза. Все ее надежды, что Ричард и Владимир немного похожи, растаяли как льдинка в бокале. Они были не просто похожи, а очень похожи! Даже тембр голоса был таким же. - Я не привыкла к такому вниманию со стороны мужчин – вышла она из неловкого положения, не желая выдавать свои истинные чувства. Она решила незаметно все разузнать о Ричарде. Он удивленно приподнял бровь. - В России живут слепцы? - Отчего же? – к ней вернулась, утраченная было уверенность. - Они не оценили вашу красоту? Он уверенно вел ее в танце, и не старался невзначай прижать к себе крепче, чем полагалось, в отличие от лорда Черчилля. - Если это так, то они были слепы. Анна внимательно посмотрела на него. Ричард снова улыбался одними уголками губ, и не сводил с нее взгляда. - А ваш дядя, лорд Горинг давно знаком с тетушками? – перевела она разговор на безопасную тему. - Не знаю – честно ответил Ричард. Не в силах вынести его насмешливый взгляд, Анна отвернулась. У нее сложилось впечатление, что он видит ее насквозь. Тем временем как сам остается для нее тайной. - А кто были ваши родители? – спросила она, надеясь найти в его словах хоть что-то, что могло бы ее натолкнуть на разгадку. Лорд Ардингли ответил не сразу. - Адам и моя мать были братом и сестрой. Я их совсем не помню. Родители умерли, когда я был совсем маленьким. Меня воспитывал дядя, его жена к тому времени тоже скончалась – добавил он совсем тихо. Анна вздрогнула, заметив, как в зал входит маркиза Джулия де Ламбаль. Теперь она знала как зовут эффектную брюнетку, с которой она столкнулась в коридоре. Вчера леди Черчилль и ее дочь навещали тетушек, и Анна познакомилась с дочерью Беатрисы. Ревность сжала сердце. Ричард так же заметил Джулию, но никак не отреагировал на ее появление. - Вы устали? – заботливо спросил он у Анны, когда та несколько раз сбивалась с такта. - Немного – смущенно ответила она. Он отвел ее к тетушкам, и ушел к дяде, который разговаривал с графом Квенстоном.

Klepa: Анна пыталась привести мысли в порядок, но они словно испуганные птички метались в ее голове. «Это просто совпадение – твердила она про себя – Бывает же, что люди просто похожи между собой». Почему она не спросила во время танца? Теперь Анна корила себя за то, что постеснялась задать мучающий ее вопрос. Тетушки оживлено беседовали с леди Брокколи и не замечали, что их родственница чем-то озабочена. Зато это заметил Генри и поспешил к Анне. - Он ветреный. - Кто? – не поняла девушка и удивлено посмотрела на лорда Черчилля. - Ричард Ардингли – пояснил Генри и присел рядом с ней – Скажу вам по секрету, что он и моя сестра собираются объявить о помолвке. Но пока это тайна – и заговорщически подмигнул ошеломленной Анне. Генри решил одним выстрелом убить двух зайцев: подготовить сплетню, что Джулия и Ричард собираются пожениться, и уничтожить соперника в глазах Анны. Он нутром чувствовал, что девушка проявляет симпатию к лорду Ардингли, и что она ему тоже понравилась, а Генри не терпел соперников. И чтобы уничтожить их: морально или физически был готов на все. - Простите, мне надо выйти – Анна поднялась и исчезла в толпе танцующих пар, прежде чем Генри успел что-либо возразить. Напрасно девушка искала Ричарда среди гостей в зале. Его нигде не было, и лорда Горинга она тоже не видела. Джулия де Ламбаль весело смеялась над шутками графа Квенстона. Увидев ее Анна замедлила шаг. И уже хотела оставить свою затею, но потом пересилила себя и решительно направилась к выходу. Тем более ей показалось, что в проеме дверей мелькнула знакомая фигура. Она выбежала в коридор. - Подождите – закричала Анна Ричарду, который уже поворачивал за угол, но он не услышал ее просьбы, и исчез за поворотом. На миг Анна растерялась. Она и так пренебрегла всеми приличиями, но ждать больше не было сил. Она хотела все разузнать сегодня. Поэтому она глубоко вздохнула, и направилась следом за Ричардом. Она заметила, как он вошел в какую-то комнату. Она постучала в дверь. - Войдите. Анна робко вошла в комнату. - Не закрывайте дверь – насмешливо предупредил ее Ричард – Это хоть как-то спасет вашу репутацию. Девушка вспыхнула, но не ушла. - Простите мою настойчивость, но вы так похожи на одного… - Анна запнулась, лорд внимательно смотрел на нее – Очень близкого и дорогого мне человека. Я… Она что-то еще говорила, но Ричард не слушал ее слов, он только слышал нежный голос, который журчал как ручеек, смотрел, как двигаются ее губы, как сияют ее глаза. Прежде чем Анна успела опомниться, мужские руки властно притянули ее к себе, а горячий рот накрыл ее губы требовательным поцелуем. Она хотела оттолкнуть лорда, смущенная и возмущенная его поведением. Анна пыталась вырваться, но у нее ничего не получалось. Ричард жадно целовал ее, словно измученный путник, припавший к живительному источнику. У нее не оставалось сил на сопротивление, и она взбудораженная его поцелуем, поцеловала его в ответ. - Что здесь происходит? Голос леди Черчилль прозвучал, как гром среди ясного неба. Ничуть не смущаясь, Ричард ответил вопросом на вопрос: - А что случилось? Он загородил собой Анну, давая ей возможность прийти в себя. Девушка испуганно выглядывала из-за его плеча, и содрогнулась, заметив гневный взгляд леди Черчилль, и недоуменный - леди Брокколи. - Это же… - Беатриса задохнулась – Неприлично целовать девушку, если…. - Целовать невесту позволительно – возразил Ричард – Хотя, согласен, что перешел некие границы. Надеюсь, что моя невеста будет благосклонна к своему совершенно потерявшему голову жениху? – спросил он у Анны, и очаровательно улыбаясь, поднес ее руку к своим губам, глядя в глаза. Анна с удивлением взглянула на него, но руки не отняла. - Как? – еле слышно спросила Беатриса – Вы женитесь на ней? – и посмотрела на Анну, словно видела ее впервые. - Буду рад видеть вас на свадьбе – сухо ответил Ричард, и, взяв Анну под локоть, увел ее, оставив леди вдвоем. Мадлен так и не смогла вымолвить ни слова. - Зачем вы представились моим женихом? - А вы хотите стать главной героиней сплетен? – насмешливо спросил Ричард. От его пронизывающего взгляда она поежилась. - Сколько вы пробыли в Лондоне? Неделю? Две? - Четыре дня – смущенно ответила Анна. Он приподнял бровь, девушка окончательно смешалась. - Всегда можно пустить слух, что вы приехали ко мне, своему жениху – подбодрил Ричард девушку. - И поэтому накануне вы порвали со своей …. – Анна запнулась, подбирая слово – Любовницей – выпалила она и прикусила язык. - О! – восхитился он – Из вас выйдет талантливейшая сочинительница сплетен. - Распускать слухи – это дурной тон – нравоучительно ответила девушка. - Но иногда они крайне полезны – проговорил Ричард. - И все же зачем вам играть роль моего жениха? - Играть? – переспросил он, - Я собираюсь жениться на вас по-настоящему. Когда-то жениться мне придется все равно. Вы мне кажетесь самой подходящей партией. Он вел ее по коридору в зал, Анна едва поспевала за широким шагом лорда. - Я? Чем же? - Вы красивы, умны, и очень упрямы – добавил он, около входа в бальный зал. - Никогда не считала, что упрямство можно отнести к достоинствам – пробормотала Анна. - Леди Анна – поклонился он и, увидев ее кивок, закружил в вальсе. - И все-таки, зачем вам жениться на мне? – недоумевала Анна. Казалось, она летит над паркетом, рука Ричарда крепко сжимала ее талию, а вторая держала ее ладонь.

Klepa: - Я вам уже ответил – сухо сказала лорд – Это отличный способ избавиться разом от надоедливых вдовушек и мамаш, мечтающих выдать своих дочерей замуж. Почему-то моя персона интересует их больше всего. Анна во время прикусила язык, чтобы не сказать какую-нибудь глупость и не вызвать новый поток насмешек со стороны лорда Ардингли. - В этом браке выгода только для вас. - Вы забыли о своей репутации – безжалостно напомнил Ричард – Представьте, что станет с вашими тетушками, когда до них дойдут слухи. Она побледнела и едва не толкнула рядом танцующую пару, но Ричард во время повернулся и увлек ее за собой, избегая столкновения. - Кто тянул вас за язык! – воскликнула Анна - Если бы вы не сказали леди Черчилль… - Во всем виноваты вы! – отрезал он и отвел ее к небольшой нише, чтобы передохнуть после танца. - Я?! – от возмущения Анна едва не задохнулась. - Да вы! Вы так упрямы, как… - Кто? – живо спросила она. Но лорд осекся. - Не важно. Ее сердце кольнула ревность. О ком он не хочет вспоминать? - Но я совсем не знаю вас, а вы меня? – она все еще надеялась, что можно все уладить без заключения брака. - Для этого будет время до свадьбы. Месяца как раз хватит – невозмутимо ответил Ричард, Анна отвернулась, и не заметила его взгляда полного тоски и боли. Когда девушка снова посмотрела на него, Ричард уже улыбался. - Но леди Черчилль производит впечатление благоразумной и сдержанной дамы. Я не поверю, что она сплетница. Он усмехнулся. - Анна, как вы наивны. «Производить впечатление» и «быть» не одно и тоже. Девушка кокетливо улыбнулась, и проговорила: - Вы правы. К примеру, вы сами. - Я? – удивился лорд Ардингли. - Вы не тот, кем являетесь. - И кто же я? – тихо спросил Ричард, наклонившись к ее уху, Анна чувствовала его дыхание на своей щеке. - Вам это лучше знать – уклончиво ответила девушка. Он расхохотался. - Тогда смею вас уверить, что я – это я – доверительно сказал Ричард. Анна неопределенно качнула головой. - Погодите – опомнилась она – Но лорд Черчилль мне сказал, что вы тайно помолвлены с его сестрой. Ричард недоуменно посмотрел на нее. - Впервые об этом слышу – сухо ответил он. - Так это ложь! – искренняя радость в ее голосе заставила его улыбнуться. Анна собиралась все объяснить тетушкам, но Ричард отговорил ее. - Я сам все улажу. Девушка подчинилась, тем более ей не хотелось рассказывать, по какой именно причине она вынуждена принять предложение лорда Ардингли. На следующий день Ричард и лорд Горинг нанесли визит сестрам Уиндем. - Мисс, леди Элизабет просила вас спуститься, – сказала Мэгги. - Хорошо, – отозвалась Анна. Она всю ночь не спала, размышляя о случившемся на балу. Ее охватывало странное чувство, стоило вспомнить о том, как Ричард целовал ее. Девушка тряхнула головой. Она приехала в Англию, надеясь привести свои мысли и чувства в порядок, а в итоге еще больше запуталась. И скоро путы станут брачными оковами. Анна спустилась вниз. В гостиной были тетушки, Ричард и лорд Горинг. - Энн, лорд Ардингли просит вашей руки, – сухо сказала Элизабет. – Мы ответили согласием в силу обстоятельств, не зависящих от нас, и потому, что ваш отец далеко отсюда. Но окончательное решение за вами. Элизабет надеялась, что девушка откажет. Анна беспомощно смотрела на Ричарда. Тот подошел к ней и, взяв за руку, тихо прошептал: - Скажите «да». - Да, – сорвалось с ее губ, прежде чем Анна поняла, что говорит. - Я счастлив, – проговорил он, и прижался губами к ее руке. Радостная улыбка на его лице была искренней. Сестры Уиндем недовольно переглянулись, но они ничего не могли сделать. Необходимо было спасти репутацию Анны. - Надо написать князю Долгорукому, – сказала Пенелопа. Анна и Ричард не обратили никакого внимания на ее слова. - Их надо оставить вдвоем, – прошептал Адам. - Но это неприлично! – возмутилась Элизабет. – Довольно того, что мы вынуждены были ответить согласием на предложение вашего племянника. Если бы не репутация нашей любимой родственницы! – в голосе старой леди появились нотки отчаяния. – Признайтесь, Адам, что Ричард нарочно скомпрометировал Энн? - Им надо поговорить. А на ваш вопрос, дорогая леди Элизабет, я отвечу не здесь, – лукаво сказал лорд Горинг. – Не сердитесь, мой племянник верен своему слову, – вступился он за Ричарда, видя, что Пенелопа и Элизабет продолжают хмуриться и недовольно поглядывают в угол гостиной, где стояли Анна и Ричард. Не дожидаясь согласия старых леди, Адам взял обеих под локоть и увел из комнаты, оставив жениха и невесту вдвоем. Анна молча села на диванчик. - Вы ошеломлены? - Да. Я не готова к такому быстрому повороту событий. И…. Ричард стоял рядом с ней, слегка наклонив голову. - Самые лучшие события в жизни приходят и проходят стремительно, – ответил он. Она жестом пригласила его сесть. - Возможно, вы правы, но…. - Что вас беспокоит? – спросил Ричард и внимательно посмотрел на нее. Анна не отвела взгляда. - Я не люблю вас. - Это все? - Я не знаю вас. - Все? – уточнил Ричард. - Да-а… – протянула она. - Любовь в браке не главное, – ответил он. – То, что вы меня не знаете… – он лениво улыбнулся. – Так это поправимо. Месяц до свадьбы – достаточный срок.

Klepa: - Вы думаете? – спросила Анна. Она невольно улыбнулась, перед таким натиском было сложно устоять. – Иногда знаешь человека всю жизнь, и не догадываешься, каков он на самом деле. - В вашей жизни так бывало? – поинтересовался Ричард, задумчиво поглаживая подбородок. Она кивнула. - Что ж… спрашивайте, я отвечу. Но так же расскажите о себе. Ведь я вас тоже не знаю, – от его улыбки сердце сладко вздрогнуло. Позже в своей комнате, перед тем как отойти ко сну, Анна вспоминала недавнюю беседу с Ричардом. И никак не могла припомнить ничего конкретного из его слов. - Не может быть, чтобы он ничего не рассказал! – в отчаянии воскликнула девушка. Мэгги удивлено посмотрела на свою хозяйку, которая расчесывала волосы, сидя перед зеркалом и изредка бормотала себе под нос. - Мисс, ваша постель готова, – сказала горничная. Анна обернулась. - Спасибо, ты свободна. Мэгги сделала книксен и ушла. Анна отложила расческу и стала всматриваться в серебристую гладь зеркала. - Что же это получается? – размышляла она вслух. – Ричард выведал обо мне почти все, кроме самого тайного, а я о нем узнала только общие сведения. Ничего такого, что могло бы натолкнуть на разгадку: почему они с Владимиром так похожи? Девушка грустно вздохнула. Она рассказала жениху правду о своем происхождении, о том, что бывшая крепостная и незаконнорожденная дочь князя, но на Ричарда это не произвело никакого впечатления. Анна все еще надеялась, что свадьба не состоится. - Анна! – он называл ее русским именем, а не на английский манер, как тетушки. – Для высшего света Англии вы княжеская дочь и родственница сестер Уиндем, а то, что было в вашем прошлом… – он хмыкнул. – Это конечно, любопытно, но зачем об этом сообщать всем остальным? - Если вы собрались жениться на мне, я посчитала, что вы имеете право знать некоторые подробности, – вспыхнула Анна. Ричард грустно улыбнулся. - Вы надеялись, что меня это остановит? – насмешливо спросил он. Ее щеки заалели, подтверждая его предположение. - Я так и подумал! – хохотнул Ричард. – Неужели вам ничуть не дорога ваша репутация? - Я могу вернуться домой, и… - торопливо заговорила Анна. - У сплетен длинные ноги и быстрые крылья, – возразил жених. Она смутилась. - Вам так не терпится расстаться со свободой? – не удержалась она от ехидного вопроса. Ричард расхохотался. - Браво! – он зааплодировал, Анна невольно улыбнулась. - Но вы не любите меня, – сказала она. – И я не люблю вас. Он нахмурился. - Довольно разговоров о любви! Девушка поморщилась, вспомнив, что рассказала почти все, хотя поначалу не собиралась этого делать. А Ричард отделывался лишь простыми, ничего не значащими фразами: что родителей не помнит, что воспитывался дядей, окончил Кембридж. У него есть конезавод, который приносит неплохие барыши. С тяжким камнем на сердце Анна легла спать, долго ворочалась, прежде чем забыться в объятиях Морфея. Элизабет и Пенелопа написали письмо Петру Михайловичу. Анна так же отписала отцу и сестрам Спустя некоторое время они получили ответ. Анна пришла в отчаяние, что никого из родных на свадьбе не будет. К тетушкам она очень привязалась, но ей также хотелось, чтобы и Лиза, и Соня, и отец были на венчании. А Варя? Ее добрая заступница и утешительница. Как же она пропустит такое событие? Но Варвара тоже не могла приехать. Зима была студеной, и кухарка простудилась. Какое уж тут путешествие. Ричард был англиканцем, и венчание должно было состояться и по англиканскому и по православному обряду. У лорда Горинга оказался далекий родственник, православный священник, который был проездом в Англии. Он согласился задержаться, чтобы обвенчать Ричарда и Анну по православному обряду. Лиза писала, что отцу не здоровится, Марье Алексеевне стало хуже, а Соня с мужем уехали в Италию, и заботы по уходу за родителями легли на плечи одной Лизы. Читая написанные ровным почерком сестры строчки, Анна чуть не расплакалась. Сестра также написала, что и Иван Корф, и Алексей Суворов были крайне расстроены ее внезапным отъездом. И умоляли Лизу и Мишу открыть куда она уехала. Анна с волнением дочитывала письмо. И облегчено вздохнула, когда поняла, что сестра и зять не выдали ее. - Лорд Ричард Ардингли! – доложил дворецкий. - Проси! – Анна убрала письмо в конверт и смахнула непрошеную слезинку с ресниц. - Вы чем-то расстроены? – спросил Ричард, заметив удрученное лицо невесты. - Мои родные не смогут приехать на свадьбу, – тихо ответила она. - Поэтому вы так грустны? - Да. - Анна, отложить свадьбу нельзя. Это вызовет толки, – ответил он на ее удивленный взгляд. - Спасибо, – прошептала она. - За что вы меня благодарите? – удивился жених. - Что подумали о моих чувствах. - А вам показалось, что я бесчувственный? – насмешливо спросил Ричард. Анна смешалась. Он постоянно играл с ней, как кот с мышкой. То становился ласковым и внимательным, то просто изводил насмешками. Совсем как Владимир. Она окончательно запуталась в своих чувствах. Была ли это новая, или воскресшая и не до конца выстраданная любовь? А что она испытывала к барону Корфу? Любила ли она его? Анна не знала ответа на этот вопрос. И любит ли Ричарда? Снова вопрос без ответа. http://foto.radikal.ru/f.aspx?a06053bb4025855e9jpg И как относится к ней сам Ричард? Иногда она ловила на себе его странный взгляд. Сочетание грусти и нежности в его глазах приводило ее в замешательство. Но стоило ей повернуть голову, чтобы лучше присмотреться к нему, как на его лице сразу же появлялась вежливая улыбка, и глаза становились холодными. Однажды, задумавшись, Анна назвала Ричарда другим именем. Он пришел в ярость. - Сударыня, я прошу вас называть меня моим именем, либо лучше не обращайтесь ко мне вовсе! – сквозь зубы проговорил Ричард. Анна уже знала, что когда он называет ее сударыней, то либо очень зол, либо просто насмехается над нею. - Простите. Я задумалась, а вы так похожи, что я…. Простите. - Вы мне уже говорили об этом, но братьев-близнецов у меня не было. - Но если вы не помните своих родителей, то о братьях и подавно, – удивилась девушка. - О нем знал бы мой дядя! – ответил Ричард. Ссора была исчерпана, и они продолжили прогулку по парку. - Я жду ответа – напомнил он, заметив, что невеста сильно задумалась. Слова Ричарда вернули Анну в действительность. - Отнюдь, – ответила она на его вопрос. – Только… – Анна наморщила носик. – Брак по расчету – это не романтично. - А вам хочется романтики? Она засмеялась. - Конечно, как и любой девушке. - Анна, – он взял ее ладонь и поднес к губам, она внимательно смотрела на него. – Я обещаю вам, что сделаю вас счастливой, и буду вам хорошим мужем. - Я тоже постараюсь стать вам хорошей женой, – Анна вырвала свою руку из его ладони. – Только счастливым сделать нельзя. Счастье либо есть, либо его нет. Простите, у меня заболела голова. И вышла из гостиной. - Как вы правы, Анна, как вы правы, – прошептал Ричард.

Светлячок: Klepa , вот неожиданный сюрприз! Я уже думала, что проды не будет. Сенкс. Klepa пишет: - Сударыня, я прошу вас называть меня моим именем, либо лучше не обращайтесь ко мне вовсе! – сквозь зубы проговорил Ричард. Как взбеленился-то. Не любит тебя наша Аннушка. Но, как и сериальная, полна упрямства и бредёт на грабли.

Klepa: Светлячок, вот так сюрприз в виде отзыва . Светлячок пишет: Я уже думала, что проды не будет. Сенкс. пжлст. я со своими заморочками совсем забыла обновить тему. рассказ-то даааавно дописан. Светлячок пишет: Не любит тебя наша Аннушка. так это пока

Klepa: Джулия была в ярости. - Этот наглец избегает меня! – с порога заявила она, войдя в комнату к брату. Генри грыз кончик гусиного пера, и что-то рисовал на картоне. - Я никак не могу застать Ричарда одного! – бушевала Джулия. – Я хочу потребовать от него объяснений за свое поведение! Брат не обращал на нее никакого внимания, лишь аккуратно обмакивал перо в чернильницу и продолжал рисовать. - Да ты меня слышишь?! – взорвалась она и подскочила к брату. - Ой! – от неожиданности вырвалось у Генри. – Джули, не надо драться. Ты уже взрослая! - Оставь этот нравоучительный тон! – в ее голосе появились истерические нотки. Генри нехотя положил картон на столик возле дивана и сел поближе к сестре. - Что еще случилось? – обнял ее за плечи, она уткнулась ему в грудь и заплакала. - Если бы ты не был таким бесчувственным, и глухим к моим страданиям, то ты… – всхлипывала Джулия. Брат расхохотался. - Страданиям? Джули, да ты о чем? - Ты мне обещал помочь с Ричардом, – напомнила Джулия, вытирая слезы кружевным платочком. - А что теперь можно сделать? Он помолвлен, скоро свадьба. - О! Как ты жесток! – она вскочила на ноги. – Зачем ты мне напоминаешь об этой пигалице, которая стала невестой Ричарда?! Я ни за что в жизни не поверю, что они давно помолвлены, и она специально приехала в Англию, чтобы обвенчаться с ним. - Откуда такая подозрительность? – осторожно спросил Генри, он снова развалился на диване, и, взяв в руки картон, тихонько напевая, продолжил рисование. - А где ее родители? Я слышала, что мать… – Джулия поморщилась, она даже имя соперницы ненавидела, – …мать пигалицы уже умерла, а отец болен. И никто из ее родных не будет присутствовать на свадьбе, за исключением старых перечниц. Если ее отец болен, то почему Ричард не поехал в Россию? - Почему? Почему? – проворчал брат. – Спроси об этом у него самого! Она резко обернулась. - Так я тебе с самого начала сказала, что он избегает меня! - Учитывая твою навязчивость, это неудивительно. - Что?! – окончательно разозлилась Джулия. – Да ты же сам хотел развлечься с этой пигалицей! Она никак не могла заставить себя называть Анну по имени. - Хотел, – согласился Генри, он закончил рисовать и теперь с удовлетворением смотрел на картон. – Даже подумывал жениться на ней. - Что?! – подскочила на месте сестра. – Всю жизнь мечтала о такой родственнице! – фыркнула она. - Но потом нашел еще лучший выход. - Какой? – живо поинтересовалась Джулия. - Вот какой, – ответил брат и показал ей рисунок. С минуту Джулия молчала, а потом начала смеяться. - Надо же, как похож! И какие ветвистые рога ты нарисовал Ричарду. - Которыми я его обеспечу, – гадко улыбнулся Генри. - Если он узнает, он тебя убьет, – серьезно сказала сестра. - Не узнает. - Значит, ты не собираешься мне помогать? – спросила Джулия. - Джули, ты избалована и капризна. Через месяц ты захочешь другого мужа, и что прикажешь делать с нынешним? - Всегда можно стать вдовой, – быстро проговорила сестра и смутилась от изумленного взгляда Генри. – К смерти Жана я не имею никакого отношения. - Конечно, конечно, – ответил брат. - Если бы я знала, что надо устроить так, чтобы Ричард меня скомпрометировал, чтобы стать его невестой! – от отчаяния Джулия закусила губу. Генри расхохотался. - Джули, ты забыла, что была замужем! И бедняге Ричарду пришлось бы искать твою невинность в постелях всей английской и французской знати. Сестра поморщилась и резко встала. - Тогда я найду другой выход! И вышла из комнаты. - Бог в помощь! – пожелал ей Генри. – Но как чудесно получилось! – восхитился он результатом своей работы. – Больше всего удались рога, и ему они так к лицу. А соблазнить его маленькую жену не составит никакого труда. Она из России, из какого-то захолустья, я быстро смогу ее завоевать. А учитывая, что Ричард быстро рвет связи, думаю, месяца, чтобы натешиться с женой, ему хватит. Потом миледи заскучает, а я тут как тут. Верный и преданный, милый друг! – он расхохотался. Карета мерно покачивалась. - Ричард, спасибо. Это было великолепно, – благодарила Анна жениха, а тот лишь улыбался. - Вы меня так благодарите, словно я совершил что-то действительно заслуживающее благодарности. - Но как же? – возразила девушка – Вечер был замечательным. Они были в театре «Олд Вик». Ричард запомнил, что невеста хочет романтики, и решил отвезти ее в театр. Девушка пришла в такой восторг, что он почувствовал себя, чуть ли не волшебником. - Да, замечательный вечер, – согласился он, с нежностью глядя на Анну. Она робко улыбнулась. До свадьбы осталась всего неделя. Но девушка уже не страшилась этого, как прежде. Теперь она все чаще и чаще ловила на себя странные взгляды жениха, и он не отводил глаз. Ее сердечко начинало трепетать от осознания того, что она хотя бы нравится ему. Возможно, потом Ричард и полюбит ее, и она будет счастлива. «Люблю я его»?» - спросила Анна себя, бросая украдкой взгляды на него из-под ресниц, пока жених смотрел в окно. Карету тряхнуло на ухабе, и Анна очутилась в его объятиях. - Вы не ушиблись? – заботливо спросил Ричард, обнимая ее за плечи и помогая сесть удобнее. Теперь они сидели рядом, а не друг против друга. - Нет. Спасибо. А вы? – спросила она и повернула к нему голову. Ричард опустил глаза и, не отрываясь, смотрел на ее губы. Анна замерла в его руках. Он больше не целовал ее. И девушка сама не понимала, хочет ли она его поцелуев. Впрочем, от нее уже ничего не зависело, скоро Ричард станет ее мужем, и будет иметь право не только на поцелуи. Карету снова тряхнуло. - Со мной все в порядке, – прошептал Ричард. Анна чувствовала его дыхание на своей щеке, как он поправил выбившейся локон из ее прически. Она посмотрела на него, и затаила дыхание. Он все еще не сводил глаз с ее губ. - Я рада, что с вами все в порядке, – прошептала в ответ Анна, чтобы нарушить неловкое молчание. - Вы так заботливы, – тихо проговорил он и, наконец, поцеловал ее. Ричард целовал невесту трепетно, нежно, не давая выхода страсти. «Еще совсем немного, и ты будешь моей, - часто думал он, глядя на Анну. – Только моей». Она ответила на его поцелуй робко, потом смелее. Карета остановилась, и он оторвался от ее губ. Анна не смела поднять на жениха глаза. «Как я себя веду! – сокрушалась она. – Он мой жених, но я позволяю ему целовать себя. Или это прилично?» Окончательно запутавшись в своих чувствах и правилах хорошего тона, девушка не заметила, что Ричард уже вышел, и подал ей руку, чтобы помочь выйти из кареты. - Благодарю вас – сказала Анна и покраснела, встретившись глазами с женихом. - Вы очаровательно краснеете, – мягко проговорил Ричард, ласково глядя на нее.

Klepa: - Правда? – кокетливо спросила она, и рассмеялась, заметив его недоуменный взгляд. Ричард тоже засмеялся, когда понял, что невеста просто дразнит его. - Анна, вы невозможны! – покачал он головой и вошел вслед за ней в особняк сестер Уиндем. - Неугодно ли чаю? – спросила Анна. - С удовольствием, – отозвался Ричард, и, взяв ее за руку, добавил: – Анна, мне надо с вами очень серьезно поговорить. - Я слушаю вас, – с тревогой сказала невеста. – Пройдемте в гостиную. Но не успели они присесть, как вошел дворецкий и доложил: - Мисс, вас ожидает человек, назвавшийся вашим женихом. - Что? – изумление Анны было искренним, но все же ревность неприятно кольнула сердце Ричарда. Он недовольно посмотрел на дворецкого, тот едва заметно поежился от взгляда лорда Ардингли. - Разумеется, приехал. Я же здесь, – холодно сказал Ричард. - Ричард, прошу вас, – она сжала его ладонь и умоляюще посмотрела на него. Девушка была в отчаянии. Все только начало складываться удачно, и снова какие-то сложности. Она устала от этого. - Но с чего вы взяли, что тот человек мой жених? – обратилась она к Джекобсону. - Мисс, он так представился. Он приехал два часа назад, сейчас ждет в кабинете вашего возвращения. - А где тетушки? - Они уехали до его появления, – на лице дворецкого была такая мука. Старик не знал, как ему поступить. С одной стороны, он очень не хотел пускать в дом настырного молодого человека, с другой стороны, старые леди не отдавали распоряжений не принимать гостей. Джекобсон справедливо рассудил, что выставить назойливого гостя он всегда успеет, и потому впустил его. - Позовите его! – распорядилась Анна. Дворецкий ушел. - Какие еще сюрпризы вы мне приготовили? – зло спросил Ричард. - О чем вы? - Оказывается, у вас уже есть жених. Тогда позвольте спросить, кем являюсь я? Он встал и теперь нависал над нею, как скала. Анна тоже поднялась на ноги. - Я думаю, что произошло недоразумение. - Если это так, то оно сейчас выяснится. - Вы хотели о чем-то со мной поговорить, – напомнила она. - Поговорим после, – ответил Ричард. - Князь Алексей Суворов! – провозгласил Джекобсон. - Анна, как я рад вас видеть! – приветливо улыбнулся Алексей, он подошел к ней, и, поцеловав ей руку, продолжал удерживать ее ладонь в своей руке. – Почему вы так быстро уехали? И ничего мне не сказали? Я так скучал без вас. Князь смотрел только на Анну. - Алексей, мне право неловко, – смутилась Анна. – Позвольте вам представить моего жениха. Алексей удивленно огляделся и заметил высокого мужчину, который с плохо скрываемой неприязнью смотрел на него. - Лорд Ричард Ардингли, – представился он. - Князь Алексей Суворов. Анна, он ваш жених? – изумлено спросил Алексей. Девушка смешалась, и беспомощно посмотрела на Ричарда. - Да, и через неделю будет свадьба. И еще столько всего нужно сделать. Простите меня, моя дорогая, но я вынужден покинуть вас, – Ричард поцеловал невесте руку, а князю отвесил поклон: – Был рад знакомству! – и вышел стремительным шагом. - Простите, Алексей, я сейчас вернусь, – быстро сказала Анна и бросилась вслед за женихом. – Но вы даже не выслушали меня! – воскликнула она в отчаянии, видя, как он надевает пальто. - Не нужно так волноваться, Анна, – обманчиво спокойным голосом проговорил Ричард. – До свадьбы еще целая неделя, вы успеете разобраться, кто же ваш жених. И повернулся к открытой Джекобсоном двери. - Да вы трус! - Что? – он захлопнул дверь, и резко обернулся к Анне. Дворецкий счел за благо ретироваться. - А разве не так? – насмешливо спросила Анна и подошла ближе к нему. Она едва доставала ему до плеча и ей все время приходилось высоко задирать голову, чтобы смотреть прямо в его глаза. - Будь вы мужчиной, я вызвал бы вас на дуэль! – тихо прорычал Ричард. - Но я женщина, которая скоро, к несчастью, станет вашей женой, – проговорила Анна, и с некоторым удовлетворением заметила, как в его глазах мелькнула боль и обида. – Вы сами неоднократно говорили, по какой именно причине женитесь на мне. А Алексей меня любит. - Что ж… – протянул Ричард. – Коней на переправе не меняют, но женихов накануне свадьбы – вполне возможно. Она отшатнулась от холодности в его голосе. «Какая я глупая! – в отчаянии подумала Анна. – Зачем я только разозлила его. Мне безразличен Алексей, а Ричард…» Она оборвала мысль, не додумав ее, чтобы не стало еще больнее, чем уже было. - Вы сами понимаете, что это невозможно – сухо ответила Анна. - Тогда к чему весь этот спектакль? – зло спросил он. – Вам мало было представления на сцене «Олд Вик», и вы решили сыграть еще и дома? Ах, да, вы же какое-то время обучались искусству лицедейства. Что ж, роль вам удалась, мои поздравления. Прощайте! И не оборачиваясь, ушел. Анна прижала ладонь к губам, чувствуя, как по щекам побежали слезы. Что она наделала?! Кто тянул ее за язык? Он хотел признаться ей в чем-то важном. В чем? Не в силах совладать с чувствами Анна, прислонилась к косяку и заплакала. - Анна, он обидел вас? – обеспокоено спросил Алексей, которому надоело ждать в гостиной. Он слышал, как Анна и Ричард ссорились, но слов было не разобрать. - Нет, – всхлипнула она. – Господи, да зачем вы сюда приехали? Что вам здесь понадобилось? Да еще и назвались моим женихом! - Но я… – промямлил князь, виновато опустив голову. Анна с неприязнью посмотрела на него. - Но я не знал, что у вас появился жених! – нашел себе оправдание Алексей. - И что заставило вас назваться им? – от удивления Анна перестала плакать, и не сводила глаз с князя. - Анна, простите мою несдержанность, но я люблю вас! – горячо заговорил он, схватил ее за руки, и поцеловал сначала левую руку, потом правую, и снова левую, пока ошеломленная девушка не пришла в себя. - Оставьте меня в покое! – взвизгнула Анна и вырвала свои ладони из его цепких рук. – Вы утверждаете, что любите меня, а поступаете так, словно ненавидите! - Сжальтесь над бедным влюбленным! – Алексей был готов на коленях просить прощения, но, заметив его попытки, девушка остановила его. – Выходите за меня замуж! Я сделаю вас счастливой, клянусь вам! Анна сквозь слезы смотрела на князя, даже не зная, что предпринять или ответить ему. - Но меня скомпрометировал лорд Ардингли, – только и смогла вымолвить она и тут же пожалела о своих словах. Можно было сказать Алексею о том, что она выходит замуж по любви, а сейчас, узнав, что только для того, чтобы спасти свою репутацию, князь возобновит ухаживание. - Анна, мне все равно! – лицо Алексея просияло. – Я слишком люблю вас, ангел мой, чтобы сомневаться в вас. Она грустно улыбнулась. Один твердит о любви, не переставая, а другой не говорит, даже нравится ли она ему, или он женится только вынужденно. Анна вздохнула. - Тем не менее, замуж я выйду за Ричарда! – ответила она. Князь поник. - Но вы не любите его! - Вас я тоже не люблю, – возразила девушка. – Простите, Алексей, у меня был тяжелый день. Я очень устала. Где вы остановились? Этим вопросом она ясно давала понять, что его присутствие в этом доме нежелательно. - В отеле «У Брауна» в центре Лондона, – грустно ответил Алексей. – Я навещу вас завтра. - Не знаю, будет ли у меня время принять вас, – покачала головой Анна. – Скоро моя свадьба. Она попробовала улыбнуться, но улыбка вышла слишком грустной и неестественной. - Вы не рады венчанию? – тихо спросил князь. - Алексей, вы задаете слишком личный вопрос. - Но мы с вами друзья. В любом случае, я хочу, чтобы вы знали, я - ваш друг, – он поцеловал ей руку. – И всегда приду вам на помощь, чтобы не случилось. Помните это. И ушел. - Господи, помоги мне! – тихо прошептала Анна и снова расплакалась.

Klepa: - Сэр, вас ждет молодая леди. - Кто она? – спросил Ричард. Он был страшно зол. Появившийся жених Анны заставил его бешено ревновать. Но она не разу ни словом не обмолвилась об этом человеке. Неужели она любит его? Ричард скрипнул зубами. Как бы там ни было, она станет его женой. - Бригфилд, я же приказал, чтобы никого не пускали в мое отсутствие! – вспомнил он. - Простите, сэр, – виновато повесил голову дворецкий. – Но леди была так настойчива и уверяла меня, что вы будете счастливы ее видеть. У Бригфилда было такое удрученное лицо, что Ричарду стало жалко слугу. - Не волнуйся, старина! – похлопал он дворецкого по плечу. – Сейчас все выясним. Распорядись, чтобы принесли леди чаю, а мне виски. Дядя дома? - Нет, сэр. - Жаль… – пробормотал Ричард. Ему сейчас очень хотелось поговорить с дядей. Он прошел в гостиную. - Ричи! Леди откинула вуаль на шляпке, и очаровательно улыбнулась. - Джулия? – удивленно приподнял брови Ричард. - Ты рад мне? – спросила она и подошла ближе к нему, обвила его шею руками и подставила губы для поцелуя. - Здравствуй. - И это все? – кокетливо надула она губки. – Раньше ты здоровался со мной совсем иначе, – тихо прошептала она и потянулась, чтобы поцеловать его, но Ричард остановил ее. - Джулия, это «раньше» было так давно. Кроме того, я теперь почти женатый человек. - Ни за что не поверю, что Ричард Ардингли станет степенным мужем! – фыркнула Джулия. – Тем более ты еще не муж, – промурлыкала она и снова обняла его. - Прекрати! – он сбросил ее руки со своих плеч. – Джулия, я никогда не был груб с женщинами, поэтому просто прошу тебя, оставь меня в покое! «Мне надо о многом подумать», – добавил он про себя. - В покое? – в ее голосе появились истерические нотки. – После того, как ты меня цинично бросил? - Джулия, – Ричард поднял глаза к потолку. В этот момент вошла горничная с подносом. - Спасибо, Жанна. Девушка сделала книксен и ушла. - Я никогда не поверю, что ты давно помолвлен с этой пигалицей! – прошипела Джулия. - Я прошу тебя отзываться о моей невесте с уважением, – сквозь зубы проговорил Ричард. «Господи, сегодня женщины переполнили чашу моего терпения!» Он щедро плеснул себе в бокал виски и залпом выпил. - Дорогой, неужели ты забыл, как нам было хорошо вместе? – томно спросила Джулия и положила руку на его колено. - Джулия, прекрати! - Но если ты так хочешь жениться, почему ты не сделал мне предложение? Ричард расхохотался. - Чтобы потом носить ветвистые рога? Боюсь, моя голова просто раскололась бы под такой тяжестью! - Я бы никогда не изменила тебя! – горячо возразила она. - Обещай это кому-нибудь другому, – устало проговорил Ричард. Теперь его охватила апатия и огромное желание послать все к черту, но, вспомнив о свадьбе, а самое главное о своей невесте, он снова начал злиться. Что себе позволяет эта маленькая русская княжна? Да, он скомпрометировал ее, и даже готов спасти ее репутацию, чтобы жениться на ней. «Какой же я все-таки осел!» - решил он. - Но ты не можешь так просто отказаться от меня, – прошептала Джулия, все еще не веря, что он говорит серьезно. Ее, Джулию де Ламбаль, никогда не бросали мужчины. Это был страшный удар по ее самолюбию, и простить этого она не могла. - И все же тебе придется смириться с этим фактом. Она подошла к нему, и положила руки ему на грудь, Ричард устало смотрел на бывшую любовницу. - Через месяц ты еще прибежишь ко мне! А я подожду, пока ты наиграешься в примерного мужа. Но учти сидеть, сложа руки, я не намерена, – проговорила Джулия, быстро поцеловала его в губы и ушла. - Черт побери! – выругался Ричард и швырнул бокал об стену. На звук разбившегося стекла прибежал Бригфилд. - Что-то случилось, сэр? – спросил он. - Случилось, старина, случилось, – прошептал Ричард. – И теперь надо начинать все сначала. Чтоб этому Алексею Суворову провалиться в преисподнюю! Дворецкий счел за благо промолчать. Он знал, когда молодой лорд начинал бушевать, лучше просто поддакивать, и ни в коем случае не возражать. - Да, сэр. - Ох, Бригфилд, я такой осел. Дворецкий молчал. Ричард взъерошил свои волосы, и добавил: - Эту леди больше не пускать! Ни под каким предлогом. - Слушаюсь, сэр.

Тоффи: Не могу вспомнить, читала или нет я этот фик раньше. Сюжет, при беглом взгляде на иллюстрации и отдельные фразы, настолько необычен, что едва ли я могла забыть. Наверно, все-таки не читала. К сожалению, уже пора отключаться. Копирую себе на диск, чтобы почитать в свое удовольствие. Спасибо, Klepa!

Светлячок: Klepa пишет: «Какой же я все-таки осел!» - решил он. Становится всё интереснее.

Klepa: Тоффи, какой сюрприз. спасибо за теплые слова. Светлячок, то ли еще будет, оёёй

Klepa: Само венчание Анна помнила плохо. Все было словно в тумане. Свадебные хлопоты взяли на себя Ричард и тетушки. Анне приходилось только примерять свадебное платье и слушать болтовню портнихи, которая умудрялась говорить даже, когда рот был полон булавок. После ужасной ссоры Анна не находила себе места. Но сделать первый шаг она тоже не могла. Что-то удерживало ее от этого. На следующий день Ричард прислал ей цветы, но сам не приехал. Хотя невеста прождала его весь вечер, отказавшись идти с тетушками на прием к леди Брокколи. Старые леди, обеспокоенные бледностью Анны, пытались расспросить ее. - Энн, вы хорошо себя чувствуете? - Да, тетушка Элизабет, – подтвердила девушка. – Немного голова разболелась. - А как вам вчерашнее представление в театре? – робко поинтересовалась Пенелопа. - Замечательно, – ответила Анна. – Простите, я пойду к себе. Наверное, сказывается волнение перед свадьбой. Передайте мои извинения леди Брокколи. - Разумеется, – рассеянно глядя девушке вслед, пообещала Элизабет. Алексей приходил каждый день, но Анна отказывалась его принимать. Она никак не могла забыть его ложь, из-за которой они с Ричардом и поссорились. «Кто тянул меня за язык?» - в отчаянии кусала губы Анна и нервно расхаживала по комнате. Когда она слышала, что кто-то пришел с визитом, ее сердце замирало. Но появлялся Джекобсон и докладывал, что князь Суворов просит принять его. - Меня нет дома, – неизменно отвечала Анна. Ричард больше не присылал ей ни цветов, ни даже записки. Девушке в какой-то момент стало казаться, что она выходит замуж за призрак. Тем не менее, когда священник произнес: «Поцелуйте невесту!» - Анна очнулась ото сна. Горячие губы на миг прижались к ее рту, и тут же отпустили, заставив сердце сиротливо вздрогнуть. Она подняла глаза на Ричарда, тот лишь грустно улыбался. Он словно не замечал ее отчужденности и холодности. Свадьбу праздновали в доме лорда Горинга. Прием был долгим и утомительным. Анна устала улыбаться, принимать поздравления. Изредка она бросала робкие взгляды на человека, ставшего ее мужем. Ричард был спокоен и уверен в себе. Он вежливо отвечал на поздравления. Они не обменялись даже парой слов, хотя стояли все время рядом. Когда они танцевали, то оба молчали, избегали смотреть друг на друга. Они изображали счастливую пару, мило улыбались, приветствовали гостей держась за руки. Месяц был достаточный срок от помолвки до свадьбы, и все же некоторые леди решили, что все слишком поспешно. Уже в спальне Анну охватила паника. Тетушки не смогли ни о чем ей рассказать, так как обе были старыми девами. Элизабет посоветовала девушке думать об Англии. - Энн родилась в России, – возразила Пенелопа. «Думать об Англии и России» - в смятении вспомнилось Анне, когда Мэгги уже расшнуровала ее платье. После ванны, помогла надеть ночную сорочку и халат. - Какая вы счастливая, мисс, – проговорила Мэгги, расчесывая локоны Анны. - Почему? - Вам завидуют все девушки. «Это отличный способ избавиться разом от надоедливых вдовушек и мамаш, мечтающих выдать своих дочерей замуж», - пронеслись в ее голове слова Ричарда. «До свадьбы еще неделя, успеете разобраться, кто же ваш жених». - Ваш муж такой красавец. Анна прикусила губу, чтобы не закричать, что она не любит мужа! Или любит? Как же ей надоели собственные терзания и метания! Он хотел сказать ей что-то важное, но приехал Алексей. Потом эта ссора. Глупая, ненужная, она увеличила пропасть меж ними, которая только-только начала уменьшаться. «Ты сама виновата в том, что случилось, – назойливо прогнусавил внутренний голос. – Ты хотела выяснить правду? Выяснила?». Анна поежилась, на эти вопросы не хотелось отвечать. Дверь распахнулась, и вошел Ричард. - Мэгги, ты свободна. Служанка поспешила удалиться. Анна повернулась обратно к зеркалу и продолжила расчесывать волосы. - Приемы утомительная штука, – пожаловался муж, развязывал галстук, и небрежно бросил его на кресло. – А свадьба еще утомительнее, – подошел он ближе к ней. Анна старалась не смотреть на него. - Вы боитесь меня? – в его голосе не было насмешки. Ричард взял ее руку, и, поглаживая тонкое запястье, пристально посмотрел на нее. – Анна, вы боитесь меня? – повторил он свой вопрос. Девушка подняла глаза. - Я не боюсь вас. Но наша последняя встреча закончилась так печально, – вымолвила она. - Анна, простите меня – прошептал Ричард и прижался к ее руке губами. – Я сожалею о происшедшем. - Я тоже, – искренне ответила она, и улыбнулась, поднимая на него взгляд. – Прием был действительно очень утомительным. Я устала и хочу спать, – она встала с кресла. - Не торопитесь! – прошептал в розовое ушко Ричард. Анна почувствовала, как его руки обвились вокруг ее талии, и он прижал ее к себе. Девушка прикрыла глаза. «Думать об Англии и России. Господи, да я ни о чем думать не могу!» Анна обняла его за шею, тонкие пальчики нырнули в темные волосы. Ричард протягивал дорожку из поцелуев от розового ушка по нежной щеке к полуоткрытому рту. - Милая, прости меня.… Я ревновал…. Прости… – шептал он, целуя ее шею. Она облизала пересохшие губы, от его ласк и поцелуев подламывались колени. Она ухватилась за его плечи, чтобы не упасть. Услышав его шепот, ответила: - Я прощаю тебя… Владимир… Она даже не сразу поняла, что случилось. Только что Ричард был нежным и ласковым, а сейчас смотрел на нее с ненавистью. - Я же просил вас! – с горечью произнес он, и тряхнул ее за плечи. Сначала Анна испугалась, встретившись глазами с безумным взглядом мужа. Почему-то она вспомнила Саломею. Как она вернулась, чтобы отомстить за свое унижение. И когда месть свершилась, Владимир точно так же смотрел на нее, как смотрел сейчас Ричард. Зачем она снова все разрушила? Анна была готова расплакаться от обиды и отчаяния. Если бы они не были так похожи.… Она отвернулась, чтобы перевести дух, видеть его взгляд, полный ненависти и боли, было выше ее сил. Но потом взяла себя в руки. - Или вы сейчас же расскажете мне обо всем или… - Или что? – Ричард прищурился, лениво разглядывая ее. Было невероятным, что всего несколько минут назад от него исходила такая страсть, что она была готова сгореть вместе с ним. Что он искренне просил прощения за свою ревность и недоверие. А сейчас от него веяло могильным холодом. - Или вы проведете брачную ночь в гостевой! – выпалила она. Муж усмехнулся. Подошел к изящному столику, взял нож. Анна с волнением наблюдала за его действиями. Ричард порезал себе ладонь, откинул одеяло на кровати, и провел рукой по белоснежной простыне, на которой остались бурые пятна. - Чтобы слуги не сплетничали, – ответил он на немой вопрос Анны, которая не сводила с него глаз. - Доброй ночи, сударыня. И ушел. Анна бросилась за ним, но дверь закрылась перед самым ее носом. Она уткнулась лицом в гладкую поверхность и зашептала: - Зачем ты так меня мучаешь? Зачем? Ты это или не ты? Обессилев, она опустилась на пол и, прислонившись спиной к двери, заплакала. Он слышал ее плач, и просто стоял, прислонившись лбом к двери. Нет, не так. Все не так. Совсем не так….

Klepa: Во время церемонии и приема, Ричард думал о том, что должен рассказать обо все жене. Но что-то удержало его. Какая-то странная тревога. Он постоял еще немного, и резко развернувшись, ушел. Анна перестала плакать, услышав удаляющиеся шаги. Она, всхлипнув, поднялась на ноги, распахнула дверь – мужа в коридоре уже не было. Она хотела пойти к нему, но не знала расположения комнат в доме. - Боже помоги мне! – прошептала Анна. Анна плохо спала этой ночью, часто просыпалась, не сразу понимая, где находится. А, вспомнив, не могла сдержать слез. Утром она встала позже обычного. Мэгги пришла помочь ей одеться, и Анна заметила, как озорно блеснули глаза горничной, когда та убирала постель и увидела кровяное пятно на простыне. Анне стало не по себе от этого понимающего взгляда Мэгги. «Ничего не было, – грустно подумала она про себя. – Меня оттолкнул Владимир, меня не захотел Ричард». И прикусила губу, чтобы не расплакаться. - Не затягивай так сильно корсет! – прикрикнула она на горничную, и сразу же раскаялась в своем гневе, увидев помрачневшее лицо Мэгги. «Я злюсь не на нее, а на мужа. Боже, как они ходят в этих корсетах. Уже месяц в них хожу, а никак не могу привыкнуть». Анна поморщилась, корсет больно сдавил ребра. - Ослабь немного, – попросила она Мэгги. Горничная подчинилась. - Так, миледи? - Да, спасибо. - Лорд Горинг спрашивает, когда вы сможете его принять? - Я сейчас спущусь, – ответила Анна, сдерживаясь, чтобы не спросить у Мэгги, не видела ли она Ричарда. Когда Анна спустилась в столовую, ее ожидал лорд Горинг. - Доброе утро, Анна. - Здравствуйте, сэр Адам. А где Ричард? – спросила девушка, не считая нужным скрывать от дяди мужа, что меж ними произошла размолвка. Они присели на диван. Лорд Горинг внимательно посмотрел на бледную родственницу. - Он уехал. - Уехал? – Анна побледнела еще сильнее. – Но куда? Зачем? Почему он мне ничего не сказал? - Анна, дорогая, вы позволите мне так вас называть? – девушка кивнула. – Мой племянник очень сложный и скрытный человек. - Я уже догадалась, – тихо проговорила Анна. – Только если между супругами существуют тайны и недомолвки, вряд ли такую семейную жизнь можно назвать счастливой. Лорд Горинг покачал головой. - Я хочу, чтобы вы знали, я не одобряю его поведения. - Судя по всему, мой муж не нуждается в чьем-либо одобрении, – грустно улыбнулась Анна. Адам хмыкнул. - Вы правы, и все-таки постарайтесь понять его. Я прошу вас, не отталкивайте его. Девушка пожала плечами. - Я стараюсь понять, но у меня ничего не получается. Ричард скрытный человек. Скажите, он всегда был таким? Возможно, что-то заставило его измениться? Если вам что-то известно, умоляю, скажите мне! - К сожалению, моя дорогая, я не могу вам ничего сказать, – развел руками лорд Горинг. – Об этом Ричи должен рассказать сам. Анна согласно кивнула головой. - Да, вы правы. Простите мою настойчивость. А когда он вернется? - Обещал, что скоро. - А куда он уехал? Или это тоже тайна? – она улыбнулась, и на сей раз улыбка была не грустной, а веселой. «Ричард, ты все-таки осел!» - подумал дядя. - Нет, он уехал на конезавод. Лорд Горинг не стал говорить невестке, что Ричард пришел к нему домой рано утром. - Дядя, мне необходимо срочно уехать, – после приветствий сказал племянник. Адам рано вставал и уже позавтракал. - Ричи, ты с ума сошел? После брачной ночи вставать не свет, не заря! - Дядя! – сквозь зубы проговорил Ричард. - Что-то случилось? – обеспокоено спросил лорд Горинг. - Все потом, потом. Мне надо уехать. Вернусь либо сегодня поздно вечером, либо завтра рано утром. - Но куда ты собрался? - На конезавод. С приготовлениями к свадьбе я совсем забросил дела. - И считаешь, что для дел сейчас самое время? – скептически спросил дядя – А твоя жена знает о том, что ты ее покидаешь на весь день, а то и на всю ночь? - Нет. Я пришел просить вас о том, чтобы вы ей это сообщили. Адам едва не задохнулся от гнева. - Ты заслуживаешь хорошей взбучки! – прорычал он. - Дядя! – в голосе Ричарда появились умоляющие нотки. Он всю ночь глаз не сомкнул, вспоминая слова Анны. И все время ругал себя за то, что ушел, что позволил ревности возобладать над рассудком и любовью. - Ты так и не сказал ей, – догадался Адам. – Да ты с ума сошел?! – воскликнул он, когда племянник утвердительно кивнул. – Почему ты не сказал, что любишь ее?! Почему ты, черт возьми, не в постели с любимой женой, а собираешься в дорогу по делу, которое даже выеденного яйца не стоит? - Дядя, вы же знаете, как все сложно. Я вам уже говорил, – оправдывался Ричард, чувствуя себя маленьким мальчиком. - Ты болван! Хоть и мой любимый племянник, – остыв, проговорил Адам. – Раз ты хочешь уехать, возможно, оно и к лучшему. На свежем воздухе твоя голова проветрится, и ты поймешь, как глупо все скрывать.

Klepa: - Глупо? А если… - племянник не договорил, так как лорд Горинг подскочил к нему и закрыл его рот ладонью. - Не смей даже думать об этом, слышишь?! - Тогда помогите мне! – попросил Ричард. - Себе сможешь помочь только ты сам, – отступив на шаг, сказал дядя. – Но если моя помощь тебе нужна, что ж, я поговорю с Анной. Но мое мнение ты знаешь. - Спасибо! – поблагодарил племянник и, пожав руку, вышел. - Глупец! – проговорил дядя. – Неужели не видишь, что она любит тебя, так же, как ты ее? Почему чужие чувства так заметны со стороны, а сами мы даже не догадываемся о них? – грустно спросил себя лорд Горинг. – К Анне ехать еще рано, – сказал он, взглянув на часы. – Мартверс! – позвал он дворецкого. - Да, сэр. - Газеты еще не доставили? - Уже, сэр. - Отнеси их в мой кабинет. Я почитаю, и может, придумаю, как спасти брак Ричарда и Анны, пока они сами все не разрушили. А сейчас он сидит рядом с Анной и видит, как дрожат ее губы, как часто она моргает, пытаясь прогнать непрошенные слезинки. - А это далеко? – спросила девушка. - В трех часах езды отсюда, – ответил лорд Горинг. Они еще немного поговорили, и он откланялся. Весь день Анна не знала, чем себя занять. Она села писать письма сестрам, но, кроме слов приветствия и пары общих фраз о погоде, не смогла больше написать ни строчки. После разговора с дядей мужа Анна попросила Бригфилда показать ей дом. Дворецкий охотно согласился. Ему понравилась новая хозяйка. И хотя Бригфилд был дворецким лорда Горинга, тот охотно отпустил его к племяннику, зная, что между Ричардом и Бригфилдом тесная дружба. А сам взял на эту должность Мартверса. Старик с гордостью показывал особняк, в котором раньше жили родители Ричарда. - А что с ними случилось? – не удержалась от вопроса Анна, когда дворецкий показал их спальню. - Они уехали в Америку. - В Америку? – удивленно переспросила она. - Да. Отец сэра Ричарда, сэр Чарльз, любил приключения, он хотел и сына взять с собой, но сэр Адам не позволил ему. И оказался прав. Они утонули, так и не увидев Америки. - Какой ужас, – прошептала Анна. – А сколько лет тогда было Ричарду? - Он был совсем еще крошкой, лет пять-шесть, не больше. - Как грустно, – проговорила хозяйка. – И с тех пор он живет с дядей? - Да, к тому времени жена сэра Адама тоже умерла. Лорд Горинг уехал вместе с племянником в деревню. И меня взяли с собой, – с гордостью поведал Бригфилд. – А год назад мы вернулись в Лондон. - А сколько лет Ричарду? – полюбопытствовала Анна. - Двадцать семь, – ответил дворецкий. Сердце девушки бешено заколотилось. Столько же, сколько было бы сейчас Владимиру. - А какого числа он родился? – спросила она и прикусила губу. Она так расспрашивает слугу, но что ей остается делать, если муж не отвечает на вопросы, либо просто не разговаривает с ней и избегает ее. - Летом, миледи, – с улыбкой ответил Бригфилд, и, спохватившись, учтиво добавил. – Пойдемте, я покажу вам остальные комнаты. Они покинули спальню родителей Ричарда, в которой теперь никто не жил. «Летом? Владимир родился зимой, – вспомнила она. – Что же это за загадка такая, и что мне теперь делать, чтобы разгадать ее?» Анна рассеянно слушала болтовню дворецкого, изредка делая замечания относительного того, как слуги поддерживают порядок в доме. Она скучала по мужу, по его насмешкам, по его голосу. Зайдя в одну из гостевых комнат и заметив смятые простыни, дворецкий нахмурился. - Обязательно скажу миссис Джодж, чтобы здесь убрали. Анна догадалась, что именно в этой комнате провел брачную ночь ее муж. - Скажите об этом сейчас, – приказала хозяйка. - Да, миледи, – поклонился Бригфилд и вышел. Анна подошла к окну. Уже вечерело, а Ричард еще не вернулся. Она ощутила странное беспокойство. Анна еще раз огляделась. Не похоже, чтобы он провел только одну ночь в этой комнате. Она не выглядела временным пристанищем. На секретере стояли письменные приборы, на кресле лежал небрежно брошенный сюртук. Анна подошла к одному из кресел и взяла сюртук в руки. «Надо будет приказать, чтобы его почистили» - продумала она, заметив, что полы сюртука испачканы. Из кармана выпал платок. Девушка наклонилась, чтобы поднять его, и чуть не одернула руку. Платок был весь в каких-то пятнах, присмотревшись, Анна догадалась, что это пятна крови. Испуганная она выбежала из комнаты, едва не сбив с ног Нэнси, которая успела сделать книксен. - Простите, миледи. Анна не услышала ее слов, она сбежала вниз по лестнице, заглянула в гостиную, думая, что дворецкий там. - Бригфилд! – позвала она. Услышав шаги, Анна продолжала. – Почему платок весь в крови? Что с Ричардом? Он ранен? - Странно, что вы спрашиваете о МОЕМ платке у МОЕГО слуги, – услышала Анна насмешливый голос мужа. Она резко обернулась. От сердца отлегло, когда она увидела Ричарда целым и невредимым. - Где вы были? Чувственные губы Ричарда изогнулись в усмешке. - А вы скучали по мне? «Да! Да! Да! И я так жалею о том, что произошло, вернее, не произошло этой ночью», - подумала Анна, но вслух сказала совсем другое: - Я беспокоилась о вас. - Право, не стоило, – резко ответил он. «Беспокоилась обо мне? Мне не нужно беспокойство. Мне нужно, чтобы ты любила меня». Анна шагнула ему навстречу, но муж, вытянув руку, остановил ее. - Я считаю, что наш брак был ошибкой, но так как теперь ничего не исправить, предлагаю каждому жить своей жизнью. - Что? – жена непонимающе уставилась на него. Он видел, как исказилось от боли ее лицо, как в глазах появилась невыносимая мука. На миг Ричард раскаялся в своих словах, и хотел попросить прощения. Сказать, что он так не думает, как говорит, но следующие слова Анна остановили его порыв. - Я столько раз говорила вам, что нам не стоит венчаться! – ее голос звенел от гнева и с трудом сдерживаемых слез. – А теперь вы говорите, что наш брак ошибка?! Уж лучше бы я осталась обесчещенной, чем несчастной! Вы обещали сделать меня счастливой? – напомнила Анна. - А вы ответили, что счастье либо есть, либо его нет, – сухо сказал муж. На его лице не дрогнул не единый мускул, хотя сердце болезненно сжалось при вскрике Анны. - Я ненавижу вас! Ненавижу!!! И, подхватив длинные юбки, выскочила из гостиной. Прибежав в спальню, Анна упала на кровать и зарыдала. Нет, не быть ей счастливой. Никогда. И ни с кем. Ричард чертыхнулся. Он снова все испортил. Снова сказал не то, что на самом деле думал. «Глупая, я пытаюсь защитить тебя, но ты этого не понимаешь. Я сам уже ничего не понимаю». Он поднял окровавленный платок. - Бригфилд! – позвал он дворецкого. - Я здесь, сэр, – появился слуга. - Выброси это. - Да, сэр. - Постой, ты все слышал? Бригфилд замялся. - Простите, но вы так кричали, сэр, и миледи тоже была расстроена. - Расстроена? - Да, сэр, она весь день не находила себе места. - А что делала весь день моя жена? – поинтересовался Ричард. - Осматривала дом. - И все? Он видел, что дворецкий хочет что-то еще сказать, но не решается. - Бригфилд, старина, не тяни, – поморщился Ричард. – И без твоих экивоков хватает забот. Что еще случилось? - Миледи спрашивала о ваших родителях. Ричард напрягся. - И? Что ты сказал? - Правду, сэр, – с достоинством ответил дворецкий. Ричард облегчено вздохнул. - Молодец. - Спасибо, сэр, – Бригфилд позволил себе улыбнуться. Заметив его улыбку, Ричард расхохотался. - Иди, мошенник! - Слушаюсь, сэр.

Klepa: Прошло несколько дней. Анна и Ричард почти не виделись. Лишь изредка встречались в столовой за завтраком, потом муж уходил и возвращался поздно вечером, а несколько раз даже под утро. Прислуга бесшумно сновала по дому, боясь прогневать хозяев. Анна стала затворницей. Посещать приемы без супруга было неприлично, а попросить Ричарда сопровождать ее, Анна не могла. Она не хотела быть ему в тягость. Но ревность не давала ей покоя. Она сходила с ума от предположений, где он может пропадать целыми днями. Неужели роман с Джулией возобновлен? Или Ричард завел себе новую любовницу? Он ясно дал понять, что Анна его в данном качестве не привлекает. И от этого становилось еще тяжелее. Она с головой окунулась в домашние заботы, следила, чтобы в спальне мужа хорошо топили, чтобы его одежда была в полном порядке. С экономкой миссис Джодж у них сложились теплые отношения. Анна подолгу сидела в комнате Ричарда, когда его там не было. Она не решалась дождаться его там. И не могла уснуть, терзаемая ревностью и страхом за него. Лишь когда в коридоре раздавались его шаги, она спокойно засыпала. Если бы не тетушки, Анне не с кем было бы поговорить. С экономкой она не могла вести долгих и душевных бесед. Миссис Джодж была занята. Правда, с тетушками Анна тоже не была до конца откровенна, но визиты старых леди вносили приятное оживление в ее унылую жизнь. На несколько минут или часов Анна могла забыть о своем несчастном браке и позволить себе немного посмеяться над рассказами Элизабет, или послушать романтические воспоминания Пенелопы. Старые леди не задавали неприятных вопросов, прекрасно понимая, что племянница все равно не ответит. Так зачем тревожить и без того неспокойную душу? - Ты заметила, как бледна Энн? – спросила Элизабет по дороге домой. - Да. Но, возможно, это потому, что скоро появится малыш, – предположила Пенелопа. Сестра покачала головой. - Сомневаюсь. Но, может быть, все наладится. Лорд Горинг также наносил визиты, и с ним Анна могла говорить откровенно. Но всякий раз, когда она прямо спрашивала сэра Адама о Ричарде, тот ответствовал, что эти вопросы лучше задавать самому Ричарду. - Но он избегает меня! – в отчаянии воскликнула Анна и разрыдалась. – Простите, я не сдержалась. Лорд Горинг с болью в глазах смотрел на невестку. «Ох, и задам я ему! Все зашло слишком далеко, если Ричи будет действовать в том же духе, он скоро потеряет жену». - Дорогая, у него неприятности, и… - Но почему он не делится этим со мной? - Анна, я не знаю, – рассеянно ответил лорд Горинг. Анна уже смирилась, что любви мужа ей не добиться, и решила, что хотя бы дружба между ними возможна. Она устала перебирать в памяти все, что между ними было. Как он поцеловал ее первый раз, как делал предложение, каким он бывал добрым и ласковым, а потом вдруг без видимых причин становился чужим и колючим. Теперь Анна склонялась к мысли, что Ричард не рассердился на упоминание о Владимире, а лишь воспользовался этим, как предлогом для ссоры. Но зачем же он женился на ней? На этот вопрос Анна не могла найти ответа. Деньги? Он явно не нуждался, и дядя, даже если бы у Ричарда оказались чудовищные долги, хоть и поворчал, но выручил бы любимого племянника. Любовь? Подобное предположение просто смешно. И Анна отмела его сразу же, как оно пришло ей на ум. Положение в обществе? Тоже не то. Анну бросало в дрожь всякий раз, когда она встречалась глазами с ледяным взглядом мужа. Она не представляла, что должна сделать, чтобы все стало по-прежнему. Ричард словно не замечал ее, сухо приветствовал, а потом смотрел только в свою тарелку. Они сидели друг напротив друга за таким длинным столом, что для того, чтобы сказать о чем-то друг другу, им пришлось бы кричать. И поэтому они молчали. Лишь один раз муж обратился к ней, сердце Анны заколотилось в надежде, что ледяная стена даст трещину, и они смогут начать все сначала. Но, увы, Ричард сказал, что если ей захочется проехаться по магазинам, она может израсходовать любую сумму. Он не собирается стеснять ее в тратах. - Спасибо. Я как раз хотела купить новую муфту, – грустно проговорила она, не сдержав горестного вздоха. - Удачной покупки! – пожелал муж и направился в холл. - Подождите! – окликнула его Анна и подошла ближе. – А вы не составите мне компанию? - Простите, нет, – Ричард быстро поцеловал ей руку, это был первый раз, когда он прикоснулся к ней после брачной ночи. – У меня неотложные дела. И вышел стремительным шагом. Анна закрыла лицо руками, пытаясь остановить слезы. Она не нужна ему! Она купила муфту и кучу других полезных вещей. Поставила ему в комнату новый канделябр, надеясь, что Ричард заметит покупку. Анна ругала себя за нерешительность, сколько раз она хотела прийти к нему, поговорить обо всем. Но всякий раз останавливала себя, вспомнив, как исказилось его лицо, когда она, оговорившись, назвала его чужим именем. Ричард снова и снова сбегал из дома. Он бежал от себя, от жены, от своих чувств, и от своей же лжи.… В которой он окончательно запутался. Какая надежда звучала в голосе Анны, когда она просила составить ей компанию. А он отказался, испугавшись, что не сможет устоять. И все-таки не сдержался, поцеловал ее узкую ладонь и быстро ушел. Пока тонкий аромат ее кожи не заставил его окончательно потерять голову.

Klepa: Часть 3. Англия, 1842 год. Мой любимый, еще не поздно. Все исправить еще не поздно* ______________________________________________________________________________________________ * строчка из песни Софии Нижарадзе «Звезды». Анна ехала от тетушек в карете, и с трудом сдерживала слезы. Она так устала от холодности и отчужденности мужа. Они почти не разговаривали, не считая той короткой беседы, когда она попросила его составить ей компанию. Анна проглотила подступивший к горлу комок. Ричард больше не смотрел на нее с нежностью и грустью. Все-таки она не удержалась, и несколько слезинок скатились по ее бледным щекам. Алексей Суворов больше не появлялся. Анна решила, что он уехал из Англии. На свадьбе его не было по вполне понятным причинам. «Может, оно и к лучшему?» - грустно подумала Анна. - Приехали, миледи! – сказал кучер. Анна выбралась из кареты, и глубоко вдохнула морозный воздух. Смахнула слезинки с ресниц и вошла в дом. - О, миледи! – воскликнул, увидев ее Бригфилд. – Как вы во время. - В чем дело? – насторожилась Анна. Она услышала крики, доносившиеся из гостиной, и, не дожидаясь ответа дворецкого, Анна поспешила туда. - Ричард, если бы проводили состязание: кто упрямее ты или осел, бедному ишаку пришлось бы довольствоваться вторым местом! – кричал лорд Горинг. - Дядя! – воскликнул Ричард, увидев мелькнувшее в дверях бледное лицо жены. - Что дядя?! – вскипел Адам – Она имеет право знать! Неужели ты этого не понимаешь? - Что я имею право знать? – тихо спросила Анна, не сводя глаз с мужа. «Что я люблю тебя». Ричард смешался под ее пристальным взглядом. Адам обернулся. - Анна, простите, я не заметил вас. Вам достался самый упрямый из всех на свете мужей. - Но другого мне не надо, – тихо прошептала она, снова взглянув на Ричарда. - Разумеется, – с горечью сказал муж. – Другого пока не предвидится. - Ричи! – в голосе лорда Горинга послышались стальные нотки. Анна отшатнулась. - Простите, я не хотела помешать вашему разговору, – пробормотала она, и собралась уйти. Ричард шагнул к ней, но на полпути остановился. - Нет, я уже ухожу. Все, что я хотел сказать моему дорогому племяннику, я уже сказал, – лорд Горинг красноречиво посмотрел на Ричарда. Тот ухмыльнулся, заметив взгляд дяди. – Помучайте его, моя дорогая, – посоветовал напоследок Адам. – А мне, к сожалению, пора. И ушел, оставив супругов одних. - О чем вы спорили? И что я имею право знать? – Анна подошла ближе к мужу. Он избегал ее взгляда. - Ричард, ответьте мне! Это невыносимо, – прошептала она. – Вы уезжаете куда-то на весь день, а когда возвращаетесь, мы даже не разговариваем. Он виновато улыбнулся, и ее сердце защемило от его нежного взгляда. - Мне казалось, что вам в тягость мое присутствие. - Почему вы так решили? – спросила она, боясь спугнуть возникшее между ними доверие. Анна поймала себя на том, что дышит через раз. - Анна – Ричард взял ее за руки и усадил на диван – Я не могу сейчас вам все рассказать. Он с грустью смотрел на нее и улыбнулся в ответ, увидев ее робкую улыбку. «Глупец! Дядя прав, я осел, баран и глупец! Как я добьюсь ее любви, если избегаю ее? Какая простая мысль! Но как сложно иногда до нее додуматься». - Но почему? Вы не доверяете мне? – догадалась она. «Пусть не доверяет! Пусть. Но не отталкивай меня, пожалуйста» - молилась она про себя. - Хорошо, – согласился Ричард. – Я каждый день езжу на конезавод. Там не все ладно и необходимо мое присутствие. На самом деле, на конезаводе он бывал три-четыре раза в неделю, а в остальные дни занимался совершенно другим делом, о котором жене знать было не обязательно. - Но почему вы не берете меня с собой? - Я уезжаю рано утром и возвращаюсь поздно вечером. Боюсь, вам не под силу будет подобная поездка. Анна вздернула подбородок. - Вы забыли, что я выросла в деревне, и привыкла рано вставать. Более того, последние два года я управляла собственным поместьем, и весьма неплохо, – не удержалась она от искушения поддеть его. - Не думал, что в моей жене столько скрытых талантов, – задумчиво проговорил Ричард. Анна вспыхнула. – Не сердитесь! – попросил он. – Я просто ответил на вашу колкость, только и всего, - и очаровательно улыбнулся. - Вы невозможны! – улыбнулась в ответ жена. – Так вы возьмете меня с собой? - Раз вы так настаиваете, – сказал Ричард. – Жду вас завтра в пять утра в холле. Анна кивнула. - Хорошо. Утром в холле Ричарда ждала Анна, немного сонная, но старавшаяся держаться бодро. - Вы пунктуальны, – похвалил ее муж, спустившись вниз по лестнице. На что Анна зевнула. - Простите, не смогла сдержаться. - Ай-яй-яй! Тогда, может быть, вам лучше остаться дома? – спросил Ричард. - Нет! – поспешно ответила Анна и, опершись на предложенную ей руку, добавила: – Дома так скучно… - Вы думаете, что эта поездка вас развеселит? Простите, но мне некогда будет развлекать вас. Я еду по делам, а не за развлечениями. Анна остановилась посередине холла. - Зачем вы пытаетесь задеть меня? Зачем все время обижаете? Вы считаете меня такой изнеженной жеманной дурочкой? – в ее голосе слышалась обида. Ричард задумчиво посмотрел на жену. - Но если вам станет скучно… - С вами мне не может быть скучно, – ответила она. Он удивленно приподнял бровь. - Я настолько интересный собеседник? Она ответила ему, уже сидя в карете: - Настолько невыносимый собеседник! - Трогай! – приказал кучеру Ричард, и сел напротив жены. – Вы сказали, что я невыносим и потому интересен? - К чему столько вопросов? – загадочно улыбнулась Анна. «Тебе нравится дразнить меня. А что мне мешает делать то же самое?». - Вы так туманно выражаетесь, – сказал муж. - Как и вы, – не осталась в долгу она. Он лишь улыбнулся, признавая ее правоту. Карета мерно покачивалась, и Анна почувствовала, что ее неудержимо клонит в сон. Она не спала всю ночь, размышляя, что ей теперь делать и как вести себя с мужем. Эта поездка должна сблизить их, насколько возможно. Она вздрогнула, когда он, помогая ей сесть в карету, крепко сжал ее ладонь, и взволнованно взглянула на него, но Ричард ничего не заметил, погруженный в свои мысли. И снова ей пришлось немного задеть его, чтобы вывести из этого состояния задумчивости. Но он действительно был невыносим! Ночью Анна ворочалась с бока на бок и не могла понять поведения мужа. Он был загадкой. А она так надеялась, что после свадьбы все станет проще и легче. Но все оказалось еще сложнее. Теперь она уже отчаялась найти ответ на вопрос: «Почему Ричард и Владимир так похожи?» Близнецы? Братья? Ей теперь стало все равно. Она не Лиза, которая готова свернуть горы, лишь бы найти разгадку. Анне хотелось покоя и любви… Сейчас, сидя напротив мужа, и украдкой посматривая на него из-под полуопущенных ресниц, Анна вынуждена была признаться самой себе, что она лукавила, считая, что ей будет достаточно его дружбы. «Дружеский брак», - она чуть не рассмеялась над этой мыслью. Анна закрыла глаза, и откинулась назад. Ричард повернул голову. Теперь он мог спокойно любоваться ею, не боясь ее недоуменного или настороженного взгляда. Он долго думал, и теперь пришел к выводу, что нужно начать все заново. А объяснение? А объяснение подождет. Он не был уверен в верной реакции жены. Хотя дядя убеждал его, что, чем скорее Анна обо всем узнает, тем быстрее все наладится. Сам Ричард в это верил с трудом. Он совершил много ошибок, но самую главную пока не успел – благодаря Адаму, который вчера устроил-таки ему взбучку, и употреблял такие выражения, что Ричард только диву давался, где мог дядюшка их набраться. - Не твое дело! – ответил лорд Горинг. – А вот ты, если и дальше будешь вести себя так же глупо, потеряешь жену! Ты изумлен, мой мальчик? Скоро медовый месяц закончится, вас станут активно приглашать на балы и приемы. - Что вы имеете в виду? – напрягся племянник. - Только то, что она любит тебя! Неужели ты этого не видишь? - Нет. - Ричард, если бы проводили состязание: кто упрямее ты или осел, бедному ишаку пришлось бы довольствоваться вторым местом! А потом пришла Анна, и лорд Горинг покинул их дом. Ему стоило вчера большого труда не выказать свою радость, когда жена попросила взять ее с собой. «Начнем все сначала. И теперь уже наверняка!» Он улыбнулся, глядя, как мужественно Анна борется со сном, стараясь не упасть на сиденье. - Что? – очнулась она, когда муж подхватил ее на руки, и усадил рядом с собой, укрыв пледом. – Что вы делаете? – она сонно посмотрела на него. - Так гораздо удобнее? – тихо спросил Ричард. - Да, спасибо, – пробормотала Анна, стараясь держать голову прямо, но ей так хотелось спать, что она перестала сопротивляться и опустила голову на плечо мужа. - И почему мы с вами все время ссоримся? – спросила она, прежде чем провалиться в сон. - Не знаю, – честно ответил Ричард. Он задумчиво смотрел в окно кареты. Что же ему делать? Рассказать обо всем? Но не отдалится ли Анна от него еще сильнее, узнав правду? Он обнял жену за плечи, поправил чуть не упавший плед. Она зябко поежилась, и обняв его за талию, положила голову ему на грудь. Ричард с недоумением посмотрел на жену, и чуть слышно рассмеялся. Она недовольно что-то пробормотала, он понял, только то, что ей не нравится, что подушка трясется. Ричард подавил смешок, крепче обнял жену и поцеловал в висок. - Спи, мой храбрый воробушек. Он откинулся назад, усаживаясь удобнее, и, не выпуская из объятий Анну, задремал. …Ей было так хорошо, но кто-то настойчиво тряс ее за плечо. - Анна, просыпайтесь, мы приехали! – пытался разбудить жену Ричард. У него уже мелькнула в голове мысль поцеловать Анну и таким образом вырвать из объятий Морфея, но она открыла глаза и поинтересовалась: - Уже? Так быстро?

Klepa: Он не смог сдержать улыбку. - Конечно, быстро, вы спали всю дорогу. Только сейчас Анна поняла, что обнимает его, и, смутившись, убрала руки. - Я не заметила, как заснула, – пробормотала она. - Ничего страшного, – успокоил ее муж. – Что еще делать в дороге? Либо спать, либо разговаривать. - Вы снова сердитесь на меня? – спросила Анна, чувствуя, что его руки все еще обнимают ее. - Нет. Почему вы так решили? – его удивление было искренним, и у нее не было причин не верить ему. На сей раз. - Но вы так говорите, словно осуждаете меня за то, что я проспала всю дорогу? - Анна, – он убрал свои руки с ее талии, и, взяв ее лицо в свои ладони, пристально посмотрел в удивленно-распахнутые глаза. – Перед тем как уснуть, вы спросили меня, почему мы все время ссоримся? Жена кивнула. - Давайте на сегодня заключим перемирие? – предложил муж и нежно прикоснулся губами к ее рту. - После такой просьбы сложно отказать, – лукаво улыбнулась она. – Хорошо. Я согласна! И выразительно посмотрела на него, надеясь, что он без слов поймет немую просьбу поцеловать ее еще раз, но Ричард уже отвернулся. - Вот и славно, – помог он жене выбраться из кареты. Они наскоро перекусили и отправились на конюшни. Ричард показывал Анне лошадей, рассказывая про каждую, как она появилась у него. Жена весело смеялась, и не удержалась перед искушением поддеть его: - А вы говорили, что мне будет скучно? И хитро улыбнулась. Ричард усмехнулся: - Не ожидал, что рассказы о лошадях настолько вас увлекут. Она странно взглянула на него, и ничего не ответила. «Не рассказы, а рассказчик», - подумала Анна. За все время их знакомства она не видела его таким. Он всегда был уверен в себе, спокоен, даже когда в нем клокотала ярость. Но здесь он был и таким и не таким одновременно. Словно Ричард сбросил маску. Он успевал отдавать распоряжения, отвечать на сетования управляющего, и рассказывать Анне увлекательные истории. Когда она заметила его нежный взгляд, ее сердце бешено заколотилось. Ричард с удивлением и восхищением наблюдал за женой. Она живо интересовалась его делами. Познакомившись с управляющим, Анна задала ему несколько вопросов, вызвав недоумение у мистера Картера, и кривую усмешку у мужа. - Какой красавец! – не удержалась Анна от восхищенного возгласа, увидев черного, как смоль, коня. Благородное животное меланхолично жевало корм, и смотрело на них, не прекращая обедать. - Испанец? – улыбнулся Ричард. - Что? – не поняла она. – Его можно погладить? - Я бы вам не советовал, – сказал муж. – Испанец очень нервный, как все чистокровные жеребцы. Анна любовалась красивым животным. - Хотите прокатиться? – неожиданно спросил Ричард. - А вы уже покончили с делами? Он спрятал улыбку. - Да. - С удовольствием, только не на Испанце, – лукаво улыбнулась жена. Ричард рассмеялся. - Хорошо. Он велел оседлать для жены Принцессу, спокойную и покладистую лошадку, а для себя Вихря. Услышав эту кличку, Анна напряглась. - Вы сказали Вихрь? Ричард удивлено взглянул на нее. - Это редкая кличка? - Нет. Нет… я просто… – девушка смутилась. Они так хорошо провели время, мило беседуя, и он поцеловал ее, что позволяло надеяться, что все не так плохо. Что они еще могут быть счастливы. «Если исчезнут все тайны между нами», - подумала Анна и поежилась. - Он действительно Вихрь! – воскликнула она, едва поспевая за мужем на Принцессе. Ричард натянул поводья, чтобы подождать жену: - Готовы? - Да! – радостно ответила Анна. Она успела позабыть за светскими приемами и развлечениями, какое это счастье – нестись вскачь по бескрайней белоснежной пустыне. Они остановились на поляне и спешились. - Анна, вы простудитесь, – предостерег ее муж, когда она сняла капор. - Не простужусь. Не волнуйтесь! – упрямо возразила она, и дерзко посмотрела на него. Ветер играл с ее локонами. Ричард подошел ближе к жене, и надел ей на голову капор, завязал ленты. - Вот так гораздо лучше, – прошептал он, с трудом сдерживаясь, чтобы не поцеловать ее. «Вот вернемся домой…» - подумал он. Она кокетливо надула губки. - Так и тянет возразить, но я не стану этого делать. - Ценю вашу сдержанность, – проговорил муж, не сводя глаз с ее губ. Анну бросило в дрожь от его взгляда, она поспешила отвернуться. - Догоните! – крикнула она, воспользовавшись замешательством Ричарда, который помог ей сесть на Принцессу и о чем-то задумался. Он тихо рассмеялся, и, вскочив на Вихря, почти сразу же догнал беглянку. - Так не честно! – обиженно сказала Анна, когда муж поравнялся с ней. - Почему? Она уже хотела резко ответить, но, заметив улыбку на его губах, передумала и засмеялась: - Вихрь гораздо быстрее Принцессы. И вы этим воспользовались. - Давайте еще раз. - Хорошо. И пришпорила лошадь, Принцесса понеслась, напрягая все силы, но все равно, через несколько минут Вихрь и Ричард нагнали, и обогнали их. - Я выиграл! – низким голосом проговорил муж, и, подхватив за талию, снял жену с лошади. Чтобы не упасть, Анна обвила его шею руками. После прогулки ее щечки разрумянились, глаза сияли, как ему показалось, от счастья. Ричард не мог оторвать от нее взгляда. - Я хочу навестить Испанца! – объявила она, смущенная и взбудораженная от необычных ощущений. Ричард не отпустил ее, а на руках понес в конюшню. - Отпустите меня, – тихо попросила жена. - Вам не нравится? - На нас смотрят. Он повернул голову, и заметил двух конюхов, которые наблюдали за ними. - Вас смущает их внимание? Анна кивнула. - А мне все равно, – ответил Ричард. – Они скоро разойдутся по домам. Вы хотели навестить Испанца? – напомнил он, крепче прижимая ее к себе. Анна зарделась, чувствуя его дыхание на своей щеке. Ей было хорошо у него на руках, хорошо и вместе с тем неловко. В конюшне уже никого не было из работников. Только поздно вечером они должны были задать лошадям корм, а сейчас отдыхали после тяжелого рабочего дня. - Желание дамы выполнено! - насмешливо сказал Ричард, когда подошел к стойлу Испанца. Анна испуганно взглянула на мужа, встревоженная его голосом, и рассмеялась. Он со снисходительной улыбкой смотрел на нее. - Вы…. – она запнулась, потому что не могла подобрать подходящего определения. - Невыносим, – подсказал Ричард. - Да! – согласилась Анна. Он поставил ее на ноги. Она скинула капор, и возмущенно посмотрела на него. - Что с вами? Я снова вам не угодил? - Ричард, но… Как так можно! – возмутилась жена. – Вы постоянно меня изводите насмешками?! - Но вы отвечаете на них колкостями, – возразил он. - А что мне еще остается делать? Он внимательно посмотрел на нее. - Помните о нашей договоренности? Анна зарделась. - Помню. - Тогда не будем ссориться? - Не будем, – ответила она и с грустью посмотрела на него. Но муж повернулся к Испанцу. - К сожалению, нам нечем тебя угостить, – потрепал Ричард коня по холке. – Надо было что-нибудь захватить. Я же знаю, как ты любишь сладкое. Конь тихо заржал. Ричард похлопал себя по карманам, Испанец с ожиданием смотрел на него. - Нашел! Попробуйте дать ему сами. Может, он возьмет у вас, – предложил он жене. Она робко кивнула, и взяла сахар в руку, протянула ее Испанцу. Конь недоверчиво посмотрел на нее. - Вытяните ладонь так, чтобы она стала плоской, иначе он не сможет взять лакомство, – подсказал Ричард. Анна подчинилась, Испанцу нервно дернул ушами и аккуратно взял сахар с ее руки. - Получилось! – с восторгом сказала она, и захлопала в ладоши. Он с улыбкой наблюдал за Анной. - Вы никогда не кормили лошадей с руки? - Это было так давно, еще в детстве, - сказала она. Ричард смотрел на нее и любовался ею. Волосы пушистой волной спадали на плечи. - А как же мой приз? – опомнился он. - Приз? – не поняла Анна. – Какой приз? Они остановились у входа из конюшни. - Я догнал и обогнал вас, – напомнил Ричард и подошел ближе к ней. - Но мы не договаривались о призе заранее, – возразила Анна, пытаясь унять, бешено колотившееся сердце. - Значит, приз на выбор победителя. – довольно проговорил он и взял ее лицо в свои ладони. Анна сглотнула и внимательно смотрела в его глаза. Ричард вглядывался в ее лицо, и лишь когда она нервно облизала губы, поцеловал ее. Анна замерла, он целовал ее совсем иначе, чем раньше. Страстно и нежно одновременно, не давая ей глотнуть воздуха. Ричард обнял ее за талию, все крепче и крепче прижимая к себе. Она обвила его шею руками. Он, почувствовав, как ее губы шевельнулись в ответ, стал целовать ее медленнее и чувственнее. Девушка попробовала отстраниться. Муж решил, что она хочет оттолкнуть его, но Анна тихо прошептала: - Мне так удобнее, – и повернув немного голову, подставила губы для поцелуя. - Открой глаза! – попросил Ричард. Она подчинилась. Он стал наклоняться к ней, не отводя взгляда. Как зачарованная, Анна смотрела в глаза мужа, в которых была такая нежность, что ее сердце радостно вздрогнуло. Ричард целовал жену, сдерживая свою страсть, насколько это было возможно. Он с сожалением оторвался от ее губ. Анна уткнулась лицом в его плечо. - Что случилось? – тихо спросил он. Ее плечи стали вздрагивать, испуганный такой реакцией, Ричард приподнял ее лицо за подбородок, и с удивлением заметил слезы, дрожащие на ресницах. - Я вас чем-нибудь обидел? - Нет, – всхлипнула Анна и отвернулась. – Только… - она подняла на него глаза, полные слез. – Почему вы не всегда такой? - А какой я обычно? Он убрал пушистую прядь, закрывающую ее лицо, и ласково заправил локон за ушко. - Колючий, вредный и … чужой. Ричард ничего не ответил, а только прижал ее голову к своей груди и поцеловал в макушку. Анна прильнула к нему и закрыла глаза. - Вы устали? – заботливо спросил муж. - Нет! – поспешно возразила она, еле справившись с зевотой. Он негромко рассмеялся. - Вы забыли о нашем уговоре, и спорите. - Об этом мы не договаривались, – ответила жена.– Мы договорились не ссориться. А разве мы ссоримся? - и лукаво улыбнулась. Ричард нежно поцеловал ее в висок. - Если вы устали, мы можем остаться здесь. - Здесь? – она удивилась – Но где… - она покраснела, – Мы будем ночевать? «Мы? Она сказала мы!» Сердце Ричарда заколотилось, но он сдержал свою радость, и ответил: - У меня есть маленький домик. Но мы можем вернуться в Лондон. «В холодный и чужой город. И он утром снова уедет. А возьмет ли меня с собой? Вернуться в Лондон? Нет! Нет!» Она поморщилась. Ей было так хорошо в его объятиях, а от его нежного взгляда и прикосновений она таяла. Анне испугалась, что если они вернутся в Лондон, то исчезнет очарование и доверие, снова вернется холод и пустота. - Мы остаемся здесь? – спросил Ричард, внимательно наблюдая за женой. - Да! – ответила она и счастливо улыбнулась. - Уже поздно, пойдемте. Муж взял ее за руку, они вышли на улицу, обогнули конюшни, и Анна увидела небольшой дом. Ее сердце замерло. Она покорно шла за мужем, и старательно отгоняла мысли, которые настойчиво лезли в голову. «Как мы будем спать? Он уйдет? Или останется?». Анна никак не могла понять, что больше всего ее тревожит – то, что муж оставит ее снова одну, или то, что не уйдет и останется с ней? - Проходите! – слегка подтолкнул Ричард жену, которая, задумавшись, не заметила, что стоит уже на пороге дома. – Я сейчас растоплю камин. Пока Ричард разводил огонь, Анна огляделась. В домике была всего одна комната, в которой были камин, стол, два стула. Она подошла к занавеске и отдернула ее. - Я забыл вас предупредить, что кровать здесь всего одна, – с легкой насмешкой проговорил муж. – Но я могу переночевать в домике управляющего. Анна нервно теребила в руках ленточки капора, потом сняла его. - Позвольте вам помочь, – предложил Ричард, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно. Жена покорно дала снять с себя плащ, подбитый мехом, и теперь стояла около камина, не зная, куда деть руки, и пряча глаза. Ричард с улыбкой наблюдал за смутившейся Анной, и, сжалившись, пришел ей на помощь: - Вы голодны? - Немного, – призналась она. В ее глазах была благодарность. Спрятав улыбку, он ответил: - Я сейчас вернусь. И вышел стремительным шагом. Анна быстро подошла к кровати, чувствуя, как ее щеки заливает краска стыда. Она прижала прохладные ладони к лицу. «Я…. Я не знаю. Я ничего не понимаю. Что со мной? От его поцелуев у меня подламываются колени, и хочется…» Она оборвала мысль, не додумав ее до конца. Добыв провизию, Ричард не сразу вернулся в домик, а еще немного постоял на крыльце, вглядываясь в ледяное синее небо. Он хотел дать Анне время побыть наедине с собой, разобраться в чувствах и понять, чего именно она хочет. Потом глубоко вздохнул и открыл дверь. - А вот и я! – весело проговорил он, делая вид, что не замечает немного испуганного взгляда жены. Анна уже сидела возле стола и с жадностью накинулась на еду. - Свежий воздух пошел вам на пользу, – проговорил Ричард, глядя, как Анна уплетает за обе щеки хлеб с сыром, и запивает вином, разбавленным водой. Она только рассмеялась. - Я сама не ожидала, что так проголодаюсь. Они болтали о каких-то пустяках и весело смеялись, вспоминая проведенный вместе день. Анна с тревогой поглядывала на мужа. Ричард словно не замечал ее косых взглядов. Он напряженно наблюдал за женой, видя, как стыдливость и желание борются в ней. Он поднялся и подошел к ней. Анна тоже встала на ноги и не сводила с него глаз. - Анна, я не собираюсь ни к чему вас принуждать, – начал он. – Я могу уйти, вам не будет страшно одной? Она молчала. Ричард взмолился про себя «Не молчи! Скажи мне?! Я так больше не могу! Я больше не выдержу!» Анна не могла решиться, только когда отчаявшейся дождаться ее ответа, муж сделал шаг по направлению к двери, она прошептала: - Не уходи. Ричард с минуту молчал, всматриваясь в ее лицо. Она сама обняла его за шею и повторила: - Не уходи. Она понимала, что он хочет ее оставить вовсе не потому, что она не нужна ему. А потому что не хочет ни к чему ее принуждать, хотя и был ее законным мужем. Ричард сам только что об этом сказал. И все же Анна не могла решиться, пока не увидела, что он действительно уйдет, если она не остановит его. И она остановила.

Klepa: - Я не уйду, – низким голосом ответил муж, и приник к ее губам, целуя ее, лаская губы языком. У Анны закружилась голова, она крепче обняла его за шею. Ричард запустил пальцы в ее золотистые волосы, лаская ладонью затылок. Она выгнулась ему навстречу, прижимаясь к нему всем телом. Ричард, не прекращая целовать ее, пытался нащупать застежку, крохотные пуговички послушно раскрылись под его нетерпеливыми пальцами. Он медленно потянул платье вниз. Анна всхлипнула, когда муж поцеловал чувствительное место за ушком. - Тшш, – прошептал он, целуя ее шею, лаская ладонями полуобнаженную спину и плечи. Анна еще сильнее выгнулась, и тихо застонала, когда Ричард начал покрывать быстрыми поцелуями ее плечи, шею и грудь. Он снова поцеловал ее в губы, гладя соблазнительные холмики, круговыми движениями ладони, дразня набухшие соски пальцами. Он с радостью ощутил ее ответ, Анна дерзко и бесстыдно целовала его, прижимаясь грудью к его рукам. Тонкие пальчики пытались справиться с пуговицами на его рубашке. Пальто и сюртук он давно уже снял. Анна почувствовало, как ее тело становится мягким и податливым, тающим под мужскими руками и губами. Она стянула с него рубашку, пьянея от собственной смелости и безрассудства. Робко прижалась губами к гладкой коже. Ричард снова начал целовать ее шею, спускаясь поцелуями все ниже и ниже. Он поцеловал по очереди напряженные соски, и остановился, дразня дыханием сморщенные ягодки. Анна со стоном притянула его голову к своей груди, запустив тонкие пальчики в темные волосы. Муж жадно втянул в рот чувствительную вершинку. Анна застонала громче. Она ласково перебирала его волосы. Перед глазами всё плыло, колени подламывались. Ричард подхватил жену на руки, и отнес на кровать. Бережно снял платье. Он так жадно смотрел на нее, что у Анны перехватило дыхание. Она облизала пересохшие губы. «Я смотрю на полуобнаженного мужчину, и позволяю ему разглядывать меня» - опомнилась она. «Но он твой муж» - возразил внутренний голос. - Ты такая красивая, – восхищено проговорил Ричард, лаская ее взглядом. Анна покраснела, но не отвела глаз. Сквозь призрачную пелену она увидела, как он опустился на колени около постели, и стянул с нее кружевные панталончики. От вида прекрасного обнаженного тела у него перехватило дыхание. Он поцеловал ее плечо, нежный сгиб локтя. И поднял голову, Анна пристально смотрела на него, Ричард ласково провел рукой по ее животу, жена не отвела взгляда. Его прикосновения были приятны, но она инстинктивно чувствовала, что это еще не все. Муж не сводил с нее глаз, а его рука уже переместилась на шелковистое бедро, погладила внутреннюю сторону бедер, и, наконец, дотронулась до бутона ее женственности. Анна испугано свела колени, но руки мужа нежными прикосновениями сломили ее сопротивление, и теперь Ричард ласково гладил пухлые складки пальцами. - Ох, Ричард! – только и смогла она вымолвить, с тревогой и страстью глядя на него. Муж ничего не ответил, но его взгляд нежный и страстный заставил ее затрепетать. Он терпеливо готовил ее к первому вторжению, поцеловал вздрагивающий животик. Анна застонала, когда Ричард прикоснулся языком там, где только что были его пальцы. От дерзких ласк она начала извиваться, пораженная шквалом эмоций, которые захватили ее от прикосновений умелого языка, горячих губ. - Разве это прилично? – выдохнула она. - Тебе нравится, что я делаю? – тихо спросил муж, пристально глядя ей в глаза и продолжая ласкать ее пальцами. - Да, – еле слышно ответила она. - Тогда прилично, – невозмутимо ответил Ричард, и поцеловал ее в губы. Анне казалось, что весь мир исчез, и остались только она и Ричард, его руки, его губы, тепло его тела. Он отстранился от нее, Анна протестующе застонала. Он поднялся на ноги, скинул с себя брюки, и лег рядом с женой. Она лежала, закрыв глаза, и прерывисто дышала. Ричард прижал Анну к себе, нежно поцеловал в висок, снова приникая губами к ее рту. Напряженная плоть коснулась шелковистого бедра, но Анна, одурманенная ласками, не обратила на это внимания. Он с трудом сдерживался: ее тихие стоны, робкие прикосновения возбуждали его больше, чем самые изощренные ласки. Он заставил ее обнять себя за шею. - Сейчас будет немного больно, – прошептал Ричард. Ее глаза расширились от удивления и страха, в немой мольбе смотрели на него. – Это неизбежно, – проговорил он. – Но потом тебе будет хорошо, я обещаю, – и одним сильным движением проник в ее тело, и замер. Анна зажмурилась. - Тебе больно? – обеспокоено спросил муж. - Нет, – изумленно ответила она и открыла глаза. Ее обдало жаром от его взгляда. – Мне не больно. Мне хорошо, – прошептала жена и поцеловала его в плечо. Ричард подался вперед, Анна тихонько ойкнула и приподняла бедра ему навстречу. Они взлетели к звездам, парили над грешной землей и вместе рухнули в море удовольствия. - Ричард! – выдохнула жена в пик высшего наслаждения. - Анна – услышала она в ответ. На какой-то миг окружающий мир перестал существовать. Она лежала в сладком забытьи в крепких объятиях мужа. Ричард ласково поправил ее волосы. «Ты моя маленькая». Не удержался и легко поцеловал ее в губы. Когда Анна открыла глаза, на нее с нежностью смотрел муж. - Как ты? – спросил Ричард. - Хорошо, – хрипло ответила она. – А ты? – робко спросила жена и в смущении отвела глаза, заметив его довольную улыбку. У нее вырвался вздох облегчения, когда она обнаружила, что они оба лежат под одеялом. - Тоже хорошо, – ему стоило большого труда, чтобы не расхохотаться. Но Ричард понимал, что своим смехом может либо обидеть ее, либо еще больше смутить. Он поцеловал жену в губы и, крепко прижав к себе, сказал: - А теперь спать. Завтра тяжелый день. - А на завтра мы тоже заключим перемирие? – лукаво спросила Анна. Ричард расхохотался, и, перевернув ее на спину, склонился над нею. - А ты все еще хочешь ссориться? Она в смущении отвела глаза, но потом дерзко посмотрела на него. - Если мы будем так же мириться, то…. Она не успела договорить, потому что муж прервал ее речь поцелуем. - Но можно и, не ссорясь… - он замолчал - … вот так мириться! – и подмигнул. Анна надула губки и капризным тоном ответила: - Об этом поговорим завтра. У меня глаза слипаются – и уютно устроилась у него на плече. Ричард еще немного посмотрел на спящую жену, потом долго прислушивался к ее ровному дыханию, и не заметил, как заснул сам. Анна проснулась рано утром, и, приподнявшись на локте, стала разглядывать мужа. Он показался ей таким трогательным. Взрослый сильный мужчина во сне выглядел совсем мальчиком. Нежность захлестнула ее, и Анна ласково провела пальцем по его бровям, линии носа, по губам, ямочке на подбородке. Ричард открыл один глаз, и хитро улыбаясь, спросил: - Теперь ты поняла, какое сокровище тебе досталось? От возмущения Анна чуть не задохнулась, и шутливо ударила его по плечу. - Тоже мне сокровище! – фыркнула она. - А ночью мне казалось совсем иначе, – проговорил муж. Анна, смутившись, отвернулась. - Нам пора вставать? - Можно не вставать, а провести весь день в постели, – усмехаясь, ответил Ричард, заложив руки за голову. Она бросала на него робкие взгляды. И заметив на его лице самодовольную улыбку, не выдержала: - Ты невозможен! – выпалила жена, и села в постели, позволив ему любоваться полуобнаженной спиной, потому что все остальное скрывало одеяло, которое Анна прижимала к себе как щит. - Анна, скажи что-нибудь новенькое! – хохотнул муж и замолчал, ласково проведя ладонью по обнаженной коже. Она повернула к нему голову. - Сейчас же светло, – робко возразила она, когда Ричард попробовал отодвинуть одеяло. - И что? – поинтересовался муж. - Пора вставать! – упрямо повторила Анна, стараясь не обращать внимания на его руки, ласкающие ее спину, и не оставляющие попыток проникнуть дальше. - Еще не пора, – тихо прошептал Ричард и тоже сел на постели, обнимая одной рукой жену за плечи, а другую запустив в ее волосы, заставляя ее повернуться. Анна послушно прильнула к нему. Он опрокинул ее на кровать, подмял под себя, прижался горячим ртом к ее губам, лаская руками нежные холмики с розовыми вершинками. Анна забыла о том, что несколько минут назад хотела встать, полностью отдавшись во власть мужа, смело и безрассудно отвечая на его ласки. Ричард терял голову, когда она нежно звала его по имени. Он был нежным и заботливым, понимая, как, наверное, болит ее впервые раскрывшейся бутон. Но жена снова удивила его, в ней оказалось столько ранее не выказанной страсти и чувственности, что он забыл об осторожности и нежности, дерзко и бесстыдно лаская ее. Когда муж вошел в нее, Анна замерла, ожидая боли, которой не было вчера. Но она так и не появилась. Ослепительный миг освобождения заставил содрогнуться всем телом и сладко застонать от невозможности сдержать чувства. Немного придя в себя, Ричард обнял жену. Анна хихикнула. - Что тебя так развеселило? – полюбопытствовал муж. - Тетушки! – смеясь, ответила она и повернула голову к нему. – Они мне сказали, что надо думать об Англии и России. Я только об этом вспомнила! – и захохотала в голос. Ричард засмеялся вместе с ней. - Я хочу, чтобы ты думала только обо мне, – перестав смеяться, прошептал он в розовое ушко. - Я хочу того же, – ответила жена. - Думать обо мне? – невинно поинтересовался Ричард. - Чтобы ты думал обо мне! – воскликнула Анна возмущенная его непонятливостью. - Я думаю…. думаю…. постоянно думаю… только о тебе… - шептал он между поцелуями. - Я тоже, – прошептала в ответ жена. Ричард крепко поцеловал ее в губы. - Как ни жаль, но пора вставать. - Хорошо. Когда Анна и Ричард вернулись с конной прогулки, к ним подошел мистер Картер. Анна, чтобы не мешать разговору мужа с управляющим, у которого был взволнованный вид, удалилась навестить Испанца. - Любишь ты сладкое! – пожурила она коня. Тот довольно фыркнул, беря сахар с ее ладони. - Анна! – услышала она голос Ричарда. - Я здесь. - Собирайся. Мы срочно возвращаемся в Лондон. - Что случилось? – спросила она. Ричард отмахнулся. - Потом, потом. Сейчас распоряжусь насчет кареты. - Ричи! – окликнула она его. Муж обернулся, подошел к ней, и, обняв за плечи, прижался лбом к ее лбу. - Все будет хорошо. Все будет замечательно. Я тебе обещаю, – прошептал он, быстро поцеловал ее в губы и ушел. Анна удивлено смотрела ему вслед. Всю дорогу они молчали. Муж погрузился в невеселые думы, а ей не хотелось его тревожить ненужными расспросами. Придет время, и он ей все объяснит и расскажет. Анна обняла Ричарда и, положив голову ему на плечо, задремала… Ричард привлек к себе жену, поцеловал в висок, и стал наблюдать за сменой пейзажа за окном. «Все было так хорошо, и …» - он прикрыл глаза ладонью, другой рукой сильнее обнимая задремавшую Анну. Проснулась она оттого, что ее куда-то несли. - Мы уже приехали? – сонным голосом спросила она Ричарда, сильнее обнимая его за шею. - Да, милая, спи. Он отнес ее в спальню, уложил на постель. - Ты куда? – Анна удержала его за руку. - У меня срочное дело, - виновато улыбнувшись, проговорил Ричард. - Когда ты вернешься? - Скоро, – пообещал муж. – Ты соскучиться не успеешь! – засмеялся он. Анна поднялась с постели и подошла к нему. - Ты не хочешь мне обо всем рассказать? Что случилось? Что-то с сэром Адамом? Он взял ее лицо в свои ладони, и пристально глядя в глаза, прошептал: - Просто верь мне. - Я верю, – прошептала в ответ Анна, и потянулась к его губам. Ричард поцеловал ее и ушел.

Klepa: Анна зябко поежилась. Он целовал ее с каким-то безудержным отчаянием. Она подошла к окну, и стала наблюдать за экипажами. Он снова ушел и оставил ее мучиться вопросами, на которые так и не пожелал дать ответа. Она чуть не шепнула ему: «Я люблю тебя». Но она не хотела признаваться в любви первой. Анна вспоминала вчерашний день и прошедшую ночь. И хотя щеки у нее порозовели от смущения, сердце радостно заколотилось при воспоминании о ласковом и нежном взгляде Ричарда. Но снова между ними встали какие-то тайны и недомолвки. Анна немного почитала, затем решила пообедать. Время было уже позднее, а Ричард все не возвращался. Не находя себе места от беспокойства, она спустилась вниз и увидела Бригфилда, который что-то объяснял молодой леди. - Его нет дома, – повторял дворецкий. - Я знаю, – ответил мелодичный голос. – Я хочу поговорить с леди Ардингли. - Ее тоже нет дома, – не моргнув глазом, солгал Бригфилд. Анна хотела незаметно удалиться, но гостья уже заметила ее. - Леди Анна! – окликнула она хозяйку дома. Анне подошла ближе. - Маркиза Джулия де Ламбаль? – удивилась она, и ревность булавкой вонзилась в сердце. Джулия ослепительно улыбнулась. - Мне необходимо с вами поговорить. Леди Ардингли сделала знак Бригфилду, чтобы тот пропустил гостью. - Но, миледи, – возразил дворецкий. – Сэр Ричард запретил впускать в дом эту особу. Анна задумалась. С одной стороны, ей не хотелось разговаривать с Джулией. Но с другой стороны, выставить гостью было бы невежливо. Джулия смотрела на соперницу испытывающим взглядом. Анна жестом пригласила маркизу войти. - Благодарю вас. Они прошли в гостиную. - Не угодно ли чаю? – спросила Анна, стараясь, чтобы ее голос звучал спокойно. Она великолепно помнила, при каких обстоятельствах впервые столкнулась с Ричардом. И ревность к Джулии вспыхнула с новой силой. Анна даже не подозревала как это мучительно – видеть пусть уже и бывшую, но соперницу. - С удовольствием, – ответила Джулия, изящно присаживаясь на диван. - Спасибо, Джейн, – поблагодарила Анна, когда горничная принесла поднос с чайником и, поставив его на столик, удалилась. Хозяйка дома собственноручно разлила напиток по чашкам. Джулия наблюдала за соперницей, и не могла не признать, что Анна красива. «Но ей не хватает шарма», - подумала маркиза. - Я вас слушаю, – любезно проговорила Анна, передавая гостью чашку. - Вы не верите, что я могла просто нанести вам визит и поздравить с удачным замужеством? – удивленно приподняла брови Джулия. Она сделала глоток ароматного напитка, и бесшумно поставила чашку на блюдце. - Я принимаю ваши поздравления, – с достоинством ответила Анна, стараясь не выдать своих истинных чувств к гостье. Две недели Ричард уходил на весь день. Теперь она знала, что он бывал на конезаводе. И все же ревность не давала ей покоя, а сомнения во взаимности своих чувств тяжелым камнем лежали на сердце. Зачем пришла Джулия? Вести светские беседы? Но спрашивать прямо о цели визита Анна не хотела, чтобы не показать сопернице смятение и неуверенность в себе. - Принимаете? – изогнула бровь Джулия. Анна удивлено посмотрела на нее. - А я хотела выразить вам также свое сочувствие. - Я вас не понимаю, – ответила леди Ардингли. Джулия поднялась на ноги, Анна тоже встала. - Вы же знаете, какая репутация у Ричи. – насмешливо проговорила маркиза, специально назвав Ричарда уменьшительно-ласкательным именем, чтобы подчеркнуть, насколько близкими были их отношения. Анна вздернула подбородок. - Я по-прежнему не понимаю, к чему вы клоните. - Он все равно вернется ко мне! – вскричала Джулия, взбешенная сдержанностью и спокойствием Анны. - Вот как? – маркизе показалось, что в голосе соперницы прозвучали насмешливые нотки. - Конечно, вы пока для него новая крепость, – взяла себя в руки Джулия. – И он будет испытывать к вам интерес, но скоро, поверьте мне, этот интерес угаснет. И вы наскучите Ричарду. - Я не желаю обсуждать с вами моего мужа, – ответила Анна. - Стоит мне поманить его, и он примчится ко мне, где бы и с кем бы он ни был! – сказала Джулия, сверкая глазами от ярости. Анна побледнела. - Так записка была от вас, – прошептала она тихо-тихо, но соперница услышала ее слова. - Да! Леди Ардингли еще сильнее побледнела, острые ноготки вонзились в нежные ладони. «Я не заплачу, – твердила Анна. – Я не доставлю ей такого удовольствия». - Тогда почему вы здесь? – спросила она, немного придя в себя. Джулия лениво улыбнулась и томно проговорила: - Я вам уже говорила. А будить его не хотелось, он так устал, бедняжка. - Убирайтесь! – глухо проговорила Анна, перестав заботиться о приличиях. - Вы гоните меня? – удивление Джулии было искренним. - Вон! – повторила леди Ардингли. - Что ж, я уйду, – сказала маркиза де Ламбаль, и направилась к выходу. – Но вы запомните мои слова: стоит мне поманить Ричи хоть пальцем, он бросится ко мне, забыв обо всем на свете. И еще, – она обернулась около самой двери. – Помните ковер в гостиной лорда Горинга? Анна непонимающе посмотрела на нее, мечтая лишь об одном, чтобы неприятная гостья поскорее ушла. - Красивый персидский ковер, – продолжала Джулия. – Он очень мягкий, – многозначительно добавила она. Анна почувствовала, как ей стало тяжело дышать, но она нашла в себе силы ровным голосом сказать: - В этом доме вас больше никогда не примут. Маркиза засмеялась. - Вы думали, что наши отношения давно закончились? – на ее лице появилось огорчение. – Но вы ошибались! То, что вы видели на балу у леди Брокколи, была всего лишь размолвка двух любящих друг друга людей. Анна схватилась за спинку кресла с такой силой, что побелели костяшки пальцев, как сквозь туман до нее доносились гадкие слова Джулии, которым она отказывалась верить, но все равно слушала, не в силах произнести ни звука, чтобы прекратить эту пытку. - А женился на вас Ричи, потому что он слишком благородный человек, – в ее голосе появилась досада. – Но наши отношения продолжаются! Леди Ардингли заставила себя посмотреть на улыбающиеся лицо соперницы. - Отчего же вы пришли ко мне, и говорите об этом? Если вы так уверены в чувствах Ричи? Анна мысленно аплодировала себе. Ее голос был спокойным и уверенным, на лице не было и тени той боли, от которой сейчас разрывалось ее сердце. - Я не хочу, чтобы вы питали лишний иллюзий, – резко ответила Джулия. Она видела, с каким достоинством держится соперница, и это разозлило ее окончательно. Она ожидала, что Анна впадет в истерику, или убежит от Ричарда. «Всему свое время, – успокаивала себя маркиза. – Это только первые семена, упавшие на благодатную почву». - Я восхищаюсь вашей добротой ко мне, – и снова Джулии показалось, что Анна надсмехается над нею. – А теперь уходите! Маркиза торжествующе улыбнулась. - Мне теперь здесь нечего делать. Я все вам сказала. И ушла. Анна сильнее схватилась за спинку кресла и зажмурилась. Предательская влага потекла по щекам, оставляя мокрые дорожки. - Как он мог? – простонала она. – Срочные дела в Лондоне? Теперь я знаю, что это за дела. Она прижала руки к груди, пытаясь хоть немного успокоить болезненно сжимающиеся сердце. - Как больно…. Как невыносимо больно… И выбежала из гостиной.

Klepa: - Ты правду говоришь? – строго спросил Ричард невысокого человечка с бегающими глазками. - Сэр, когда же я вас обманывал? – возмутился собеседник. – Вы же мне за правду платите, а не за ложь. Ричард хмыкнул. - И то верно. - Простите, коли, что не так, – замялся собеседник, теребя в руках шляпу с вороньим пером. – Я знаю, у вас свадьба была недавно, но, сами понимаете… - Да не оправдывайся ты! – поморщился Ричард – Если, что еще узнаешь – сообщи немедля. - Да, сэр. Ричард вернулся домой, немного успокоенный встречей. - Где миледи? – спросил он Бригфилда, когда тот открыл ему дверь. - Ушла, сэр. - Давно? - Часа два назад. - Хорошо. Я буду в кабинете. Бригфилд проводил его глазами, хотел окликнуть и сказать, что приходила маркиза Джулия де Ламбаль, и после ее визита леди Анна ушла из дома. Но у старика не повернулся язык. Он помнил, что хозяйка строго-настрого запретила ему хоть словечком обмолвиться о визите Джулии. - Или при всей моей симпатии к вам, я найду способ вас уволить, – пригрозила Анна обескураженному дворецкому. Старик винил себя, что послушался хозяйку и не выставил неприятную гостью вон. Он видел, что после визита этой странной леди Анна плакала. А потом отправилась в неизвестном направлении, сказав, что к вечеру вернется. Так и не решив, что лучше – сказать или промолчать, – Бригфилд отправился на кухню, поболтать с миссис Додж. Ричард разложил бумаги на столе. Он никак не мог сосредоточиться, задумчиво посмотрел в горевший камин. «Чертовщина какая-то! Ничего не проясняется!» Потом все его мысли заняла жена, и на душе потеплело. Она так забавно обиделась на него, когда он уходил. Ричарду было приятно, что Анна беспокоится о нем, это позволяло надеяться, что со временем ее чувство перерастет в нечто большее. Но куда же она отправилась? Он склонился над бумагами, потом убрал документы в стол и вышел. Он пересек холл, и, заметив, что в гостиной кто-то есть, заглянул туда. В кресле, закрыв лицо руками, сидела Анна. - Где ты была? - У тетушек, – ответила она, не убирая свои ладони от лица. – Я устала, и пойду спать, – она встала и пошла к двери. - Анна, что с тобой? – Ричард обнял ее за плечи, но жена вырвалась из его объятий. - Не смей прикасаться ко мне?! Никогда! Анна набралась смелости, чтобы посмотреть на него. Она так боялась увидеть в его глазах насмешливое понимание и сочувствие, но к ее удивлению, на лице Ричарда было изумление и непонимание. - Да что с тобой? У Ричарда появилось чувство, что стряслась беда. Он еще не знал, откуда она, и кто тому виной, но уже знал, что она пришла и неотвратима, как смерть. На какой-то миг ему показалось, что он не узнает жену, что она говорит слова совершенно из другой роли. Роли? Почему появилось чувство, что они на сцене? - Вы говорили…. Вы! Холодное, безликое обращение. Вместо теплого и родного – ты! - Вы говорили, – продолжала Анна, – что каждый из нас волен жить своей жизнью. Я согласна на это условие. Отныне я не стану расспрашивать вас о ваших делах, и надеюсь, что вы моими также воздержитесь интересоваться. Она выпалила свою тираду на одном дыхании, взглянула на потрясенное лицо мужа, и не в силах больше находиться с ним в одной комнате, подхватила длинные юбки и выскочила из гостиной. Ричард стоял как оглушенный. Что с ней случилось? Почему она вдруг стала такой холодной и неприступной? До возвращения в Лондон она улыбалась, а сейчас в ее глазах блестели слезы. Он побежал за ней. - Анна! – закричал он. В холл выбежал испуганный Бригфилд. - Миледи в своей комнате, сэр. Ричард кивком поблагодарил дворецкого, и торопливо поднялся по лестнице. - Анна, откройте! – он постучал, в ответ была тишина. - Давайте поговорим. Он сам сбился с «ты» на «вы», неосознанно выстраивая между ними стену, за которой можно было спрятаться друг от друга. - Вы можете мне объяснить: что случилось? Почему вы так переменились ко мне? – в его голосе слышалась мольба. Анна чуть не поддалась ласковому и умоляющему голосу мужа и не открыла дверь, но, опомнившись, отступила на шаг назад. Нет, она больше не поверит в его нежность, она больше не позволит ему играть ее чувствами. - Я не хочу с вами разговаривать! - Я вышибу эту дверь, если вы сейчас же не откроете! – потерял терпение Ричард, и для убедительности ударил кулаком в косяк. - Не надо так стараться, – холодно ответила жена, и распахнула дверь. – Проходите! – а сама собралась уйти. - Стойте! – остановил ее Ричард, схватив за руку. – Я хочу поговорить с вами, а не с вашей комнатой. - Пустите! – Анна вырвала свою руку, и, набрав побольше воздуха в грудь, стараясь выглядеть спокойной, ответила. – Ничего не случилось. Все, как прежде! - Как прежде? – отшатнулся муж. – То есть, как прежде, до поездки на конезавод? - А что эта поездка изменила? Он непонимающе уставился на нее. - Ах, да, – сделала вид, что вспомнила, Анна. – Вы стали моим законным мужем. Что ж, теперь вы не сможете со мной развестись по причине не состоявшегося брака. - Так вы только поэтому… - потрясенно проговорил Ричард. - Да! Она видела, какую боль причиняет ему своими словам, но не могла уже остановиться. И чтобы скрыть и спрятать свою обиду, продолжала лгать, вдохновенно и правдоподобно. Анна сама слабо верила в свои слова, но, судя по взгляду, которым наградил ее муж – он поверил. - Я не думал, что вы настолько циничны и расчетливы, – сквозь зубы проговорил Ричард, с трудом сдерживаясь, чтобы не схватить ее за хрупкие плечи и не тряхнуть со всей силой, как бесчувственную куклу. А такая она и есть! Бесчувственная кукла! - Что ж… теперь вы вольны в своих поступках, как и я. Анна покачнулась. - Я рада, что мы пришли к взаимопониманию. Они стояли друг напротив друга и молчали. Обидные, колючие слова уже сорвались с губ, и назад их было не вернуть. В коридоре показалась горничная, которая несла корзину с цветами. - Куда прикажете поставить, миледи? – спросила Жанна. Во взгляде Ричарда мелькнула ревность. - Как быстро вы обзавелись поклонником, – не удержался от ехидного замечания муж, когда горничная, не дождавшись ответа хозяйки, поставила корзину на столик, и удалилась. Анна ничем не выказала своего удивления, а протянула руку, чтобы взять карточку, но муж опередил ее. - «Самой прекрасной леди на свете», - прочитал он, и, поморщившись, добавил: – Ваш поклонник не отличается оригинальностью. Жена молчала. - Да, кстати, – опомнился Ричард. – Помнится, давеча вы говорили о скуке? Неужели такой щедрый кавалер дает вам скучать? Он указал рукой на роскошный букет. Анна отвернулась. - Я не желаю больше с вами разговаривать. Мы же договорились больше не интересоваться делами друг друга. Ричард хотел напомнить о другой их договоренности, при воспоминании о которой грудь словно сдавил железный обруч. Но он смолчал. - Я уйду, а он, – муж кивнул на букет, – останется. Доброй ночи! – захлопнул дверь. - Доброй ночи, – прошептала Анна в ответ и упала на кровать, захлебываясь в слезах. Она так правдоподобно лгала ему, что потом сама поверила в свою ложь. Но сердце, ее бедное, истерзанное ревностью и болью сердце, не хотело в это верить. - Я люблю его, – шептала Анна в темноте спальни, ища Ричарда рядом с собой. Всего за одну ночь она привыкла спать в его объятиях. О! если бы она узнала об его измене до поездки на конезавод, ей было бы во сто крат легче. Пока она не знала, каково это быть вместе с ним. А теперь Анна не могла заснуть, бесконечно перебирая в памяти минуты недолгого счастья. И сердце болезненно сжалось, а из глаз покатились слезы, когда она поняла, что и Джулию он так же целовал, и ласкал, и шептал ей разные нежности. - Нет, нет, – беззвучно шептала она искусанными губами. Наконец провалилась в спасительные объятия Морфея, которые защитили ее от боли и терзаний.

Klepa: Рано утром Анна спустилась в столовую и велела подавать завтрак. - Бригфилд! – позвала она дворецкого. – Сэр Ричард уже завтракал? - Нет, миледи. Сэр Ричард еще не возвращался. Анна постаралась скрыть свое волнение. - Он вчера ушел, и… - старик осекся, заметив удрученное лицо хозяйки. – Простите, миледи. - Ничего, – тихо прошептала Анна и побрела в столовую. «Красивый персидский ковер. Он очень мягкий». От боли и отчаяния Анна готова была кричать. Она сама сказала Ричарду, что не станет чинить препятствий его изменам. Но она не ожидала, что он так быстро и явно воспользуется ее разрешением. Он был с Джулией! Сердце словно обожгло огнем. Всю ночь был с нею! «Не думать! Не думать! – приказала Анна себе. – Не вспоминать! Забыть!». К ее удивлению, муж вернулся домой около пяти вечера, и заперся в своем кабинете. Он не искал с нею встреч, и это с одной стороны, спасало ее от новой боли. А с другой, Анне так хотелось увидеть мужа. Но она сдержала свой порыв, не зная, что в кабинете Ричард вместо того, чтобы работать с бумагами, просматривать расходные книги, мерил шагами комнату. Метаясь по ней как зверь в клетке. Кто этот таинственный поклонник, который вчера прислал его жене цветы? И почему она так резко переменилась к нему? Неужели ей было с ним плохо? Ричард зарычал от бессилия. Да, он мог заставить жену быть с ним, но зачем? Если Анна ясно дала понять, что не хочет с ним никаких отношений? А какой она была ночью…. Той единственной ночью…. Как утром сияли ее глаза, а распухшие от его поцелуев губы улыбались…. Он глухо застонал, взял в руки приглашение и отправился на поиски жены. Сейчас он был готов увидеть ее, и сдержать свои истинные чувства. Анна провела весь день в библиотеке, читая любимого Шекспира и пытаясь успокоиться. Таинственный поклонник больше не напоминал о себе. Анна о нем и думать забыла. От чтения ее отвлек муж. - Собирайтесь! – бросил он, заглянув в библиотеку. - Куда? - Мы приглашены на прием к леди Брокколи, – показал ей приглашения Ричард. – Нас теперь будут всюду приглашать. Анне показалось, что в его голосе была досада. - Я не пойду, – ответила жена. – У меня болит голова. Мысли о том, что он не ночевал дома, и был неизвестно где, причиняли боль. Вернее, она догадывалась, с кем он был. Но от этого легче не становилось. - И, тем не менее, я жду вас через час в холле, – отрезал Ричард. – Или я отвезу вас на прием в том, во что вы будете одеты на тот момент. Анна вскочила на ноги, и подошла к нему. - Вы… не посмеете! - Хотите в этом удостовериться, сделайте, как я сказал, и узнаете, посмею я, или нет. От его ледяного взгляда ее бросило в дрожь. - Вы же хотите встретиться с вашим поклонником, – поддел Ричард жену. Она удивленно посмотрела на него, а потом загадочно улыбнулась. - Конечно. - Жду вас через час, – повторил муж. – Часа вам хватит? Анна, ничего не отвечая, ушла. «Что же ты делаешь?» - простонал он. Вчера, ошеломленный ее обидными словами, Ричард не находил себе места. Он только хотел ей во всем признаться. Сказать, как сильно любит ее, как сожалеет о всей той боли, что успел ей причинить. Но она вдруг понесла вздор. Мерзкие, гадкие слова произносили губы, которые он целовал прошлой ночью, с которых срывались сладкие стоны. Он сжал кулаки, вспомнив, как нежно Анна звала его, какой веселой и беззаботной она была с ним позавчера. Неужели это все было только игрой? Ричард отказывался в это верить. Он бы почувствовал фальшь. Или нет? Или не догадался бы о ее лжи? Ослепленный ее улыбкой, сиянием красивых глаз, звуками чарующего голоса, податливостью нежного тела? Но ей было хорошо с ним! В этом Ричард был абсолютно уверен. Что же случилось за те несколько часов, пока он отлучался из дома? Ровно через час Анна была готова. Она внимательно рассматривала свое отражение в зеркале. Оттуда на нее смотрела прекрасная незнакомка, которая мягко улыбалась, и казалось, светилась каким-то внутренним сиянием, золотистые волосы уложены в замысловатую прическу, несколько прядок кокетливо спадали на нежную шею. «Никто не догадается, что я плакала», - подумала она и горестно вздохнула. «Вы же хотите встретиться с вашим поклонником», - вспомнила она слова мужа. Какого труда ей стоило не закричать в ответ: «А вы так жаждете встретиться со своей любовницей, что готовы терпеть мое общество!» – но она сдержалась. Ричард не должен догадываться, что она знает о его измене, не должен догадываться о ее боли. Когда Анна подошла к лестнице, она увидела ожидающего ее мужа. У нее перехватило дыхание, каким близким и далеким он был сейчас. Ричард подал ей руку и помог преодолеть последние ступеньки, потому что Анна почувствовала легкую дурноту. Она совсем не была уверена в том, что ей хватит выдержки находиться с ним рядом. А еще наверняка, на приеме будет Джулия…. И к встрече с ней Анна пока была не готова. Ричард еле сдержал возглас восхищения, когда увидел жену, спускающуюся по ступенькам, он подошел к подножию лестницы и подал ей руку, не ожидая, что она примет его помощь. Но Анна ухватилась за его ладонь как за соломинку. Ричарду показалось, что она неестественно бледна. - Вам нехорошо? – обеспокоено спросил муж, когда Анна, оступившись, упала в его объятия, он непроизвольно привлек ее к себе. - Я же просила вас, не прикасаться ко мне, – прошептала она дрожащим от волнения голосом, и отрицательно покачала головой. – Мне уже лучше. Ричард помог ей надеть меховую накидку, и, взяв ее под локоть, подвел к ожидающей их карете. - Дорогая, – он произнес это таким непередаваемым тоном, что Анна высоко подняла голову. Она испугалась, что расплачется от холодности, прозвучавшей в его голосе. – Мы будем изображать счастливую супружескую пару, – процедил сквозь зубы Ричард. – Учитывая ваш актерский талант, это будет нетрудно. Она хотела возразить, но передумала. - К кому мы едем? – спросила она, когда уже сели в карету. - Вы запамятовали? – приподнял брови Ричард. – К леди Брокколи, – снисходительно ответил он и повернул голову к окну, всем своим видом показывая, что не расположен к беседе. Анна тоже отвернулась к окну, и радовалась, что полумрак в карете скрывает ее лицо. - Улыбайтесь! – приказал Ричард, когда они поднимались по огромной лестнице. - Лорд и леди Ардингли! – объявил о них дворецкий. Анна и Ричард шагнули в зал. - Улыбайтесь! – повторил муж, и больно сжал ее локоть. - Если вы будет причинять мне боль, я не смогу улыбаться, – сказала Анна, старательно растягивая губы в улыбку, и приветливо кивая знакомым. - Вы же актриса, – поддел ее Ричард, на его лице была открытая и искренняя улыбка. - Вы постоянно будете напоминать мне об этом? – не выдержала Анна и снова кому-то улыбнулась. - Мы должны поздороваться с хозяйкой дома. Ведите себя прилично, – прошептал он. - Да как вы смеете! – Анна чуть не задохнулась от возмущения. Но они уже подошли к Мадлен, которая разговаривала с лордом Брокстоном. - О! – воскликнула леди Брокколи, при виде супругов Ардингли. – Как я рада, что вы приняли мое приглашение. - Я счастлив, что наш первый визит оказался именно к вам, несравненная Мадлен, – галантно произнес Ричард и поцеловал ей руку. - Ох, сэр Ричард, вы все такой же проказник! – пожурила его зардевшаяся от смущения леди Брокколи. – Присматривайте за ним, дорогая! – посоветовала она Анне. - Конечно, – согласилась та и заулыбалась. Все рассмеялись, словно услышали что-то смешное. Объявили вальс. Ричард хотел пригласить Мадлен, но та, кокетливо наклонив голову, попросила его: - Пригласите свою жену. Мне так нравится смотреть, как вы танцуете вместе. Анна вздрогнула, но ничем более не выдала своего состояния. - Если так угодно хозяйке дома, – проговорил Ричард, и обольстительно улыбаясь, повел жену в круг вальсирующих пар. - Улыбайтесь! – сквозь зубы приказал он. – Мне придется постоянно напоминать вам об этом? – сердито спросил Ричард, уверенно ведя Анну в танце. - Вас так заботит, что о нас подумают остальные? – насмешливо спросила жена, и очаровательно улыбнулась. Ричард чуть не сбился с ритма. Ее улыбка была такой искренней и счастливой, что он на миг поверил, что это действительно так. - А вы так жаждете стать героиней сплетен и пересудов? Однажды вы этого избежали, моя дорогая, – не скрывая сарказма, произнес муж. – Хотите попытаться еще раз? Анна кокетливо наклонила голову, и звонко рассмеялась. Рядом танцующие пары с завистью смотрели на них: таких красивых и очень счастливых. - Вас рассмешил мой вопрос? – спросил Ричард, на его губах была улыбка, но в глазах – ярость. Анна в смятении отвела взгляд. - Вы же хотели, чтобы мы выглядели счастливой парой. Этим я и занимаюсь. - Чем? – не понял Ричард, чуть не задев рядом танцующих Джулию де Ламбаль с графом Квенстоном. - Играю роль вашей счастливой супруги, – резко ответила Анна. Она заметила, каким взглядом посмотрела Джулия на ее мужа – собственническим и ревнивым. Но Ричард не обратил на маркизу никакого внимания, его взгляд был прикован к лицу жены. - Роль вам по зубам, – насмешливо сказал он. – Вы отлично справляетесь. - Благодарю вас. Надеюсь, когда зрителей не будет, я не должна буду продолжать этот фарс? - Отчего же? – осведомился Ричард. – Я всегда тяготел к театральным представлениям. Ее глаза засверкали то ли от гнева, то ли от слез. - Давайте помолчим, – попросила Анна и ласково улыбнулась ему. Ричард хотел возразить, но, увидев умоляющие глаза жены, сдался. - Молчание – золото, – пробормотал он. «Воистину, это так», - грустно подумала Анна.

Klepa: - Красивая пара, не правда ли? – спросила Мадлен у лорда Брокстона. - Да, - согласился Джон. – Я имею честь пригласить прекрасную хозяйку дома на танец. Леди Брокколи милостиво кивнула и вложила свою ладонь в его. - И никакая они не красивая пара, – прошипела Джулия, услышав слова Мадлен. Она схватила бокал с шампанским с подноса и залпом выпила. Огляделась, чтобы взять еще один, но лакей с напитками уже ушел. - Ты спиваешься, сестрица, – тихо прошептал ей на ухо Генри. - О! – воскликнула Джулия. – Мой несносный братец. Кто мне обещал, что вскружит голову этой пигалице? Ты две недели ворон считал. Посмотри, как они мило улыбаются друг другу! – в отчаянии проговорила она. - Успокойся! – приказал брат. – Я уже начал свою атаку. Не думаю, что крепость долго выдержит осаду. Тем более, – подчеркнул он, – если ты отвлечешь ее единственного защитника. - Ты о ком? – не поняла сестра, и взглянула на Генри, отведя взгляд от Ричарда и Анны. - Глупая женщина! – сквозь зубы проговорил он. – О Ричарде, конечно! Или ты забыла о портрете? Я повесил его на стену и кидаю в него дротики, но чаще попадаю в рога, чем в физиономию. И самодовольно улыбнулся. - Я просто не поняла, – оправдывалась Джулия, злясь, что сразу не догадалась, о ком говорит Генри, и оглянулась по сторонам. – Куда они ушли? – испуганно спросила она. - Кто? - Ричи и пигалица. Генри обвел глазами бальную залу. - Скоро вернутся. - Откуда ты знаешь? - Я не видел их рядом с Мадлен. Она танцует с Джоном. Не могли же они уйти, не попрощавшись с хозяйкой. Джулия согласно кивнула. - Зачем вы привели меня сюда? – спросила Анна, когда они зашли в одну из комнат. - Мне показалось, что вы устали, – проговорил Ричард. - Устала? Почему вы так решили? Анна была тронута его вниманием. «Нет! не поддаваться! – в панике подумала она. – Пусть лучше опять станет злым и бесчувственным, так легче… так проще…» - Вы сильно побледнели, я не хочу, чтобы вы упали в обморок на глазах общества. - Ах, вот как! – Анна постаралась скрыть обиду. Он усадил ее в кресло и присел на корточки рядом, взял ее руки в свои ладони. - Пустите! – прошептала она. - Не пущу, – так же тихо ответил Ричард и, глядя ей в глаза, поцеловал каждый пальчик. - Здесь нет зрителей, которые оценили бы вашу игру, – напомнила Анна, пытаясь вырвать свои руки и успокоить сердце, растревоженное его ласковым взглядом. - А себя вы не считаете достойной зрительницей? – прошептал Ричард, и потянулся к ее губам. Анна стала наклоняться к нему, но, опомнившись, вскочила на ноги. - Вы тоже талантливый актер, – проговорила она, повернувшись к нему спиной, чтобы скрыть волнение. «Еще бы!». - Теперь вы понимаете, какая мы с вами замечательная пара? – пряча за насмешкой горечь, сказал Ричард. – Может быть, превратим наш дом в театр, и будем играть в нем главные роли? – предложил он. Она резко развернулась к нему всем телом. - Наша сцена с вами там! – Анна показала рукой в сторону бальной залы, откуда даже через несколько дверей доносился шум, смех и музыка. Ричард только ухмыльнулся. - Те зрители неблагодарны. - А вы надеетесь на аплодисменты? – резко спросила Анна, мечтая лишь об одном, чтобы этот вечер поскорее закончился. Она снова закроется в своей спальне, будет плакать, или сразу же заснет. - Нет, – честно ответил Ричард. – Но я рассчитываю на гонорар, – в его голосе появились волнующие нотки, а глаза потемнели. Анна судорожно сглотнула, и жалобно прошептала: - Не надо, – когда муж обвил рукой ее талию, привлекая к себе. - Почему? – он наклонился к ней. - Здесь нет зрителей, – повторила она единственный аргумент, пришедший ей на ум, а сама приподняла голову в ожидании поцелуя. Но Ричард не спешил целовать ее, а только удерживал ее в своих объятиях. Анна обняла его за шею, побуждая его наклониться к ней, умоляя перестать мучить ее. - Раз вы так просите… – услышала она голос мужа, но почему-то не заметила уже привычных насмешливых ноток. Анна хотела возразить, что ни о чем не просит, но Ричард поцеловал ее. Шум, доносившийся из зала, стал таким далеким. - Целовать собственную жену! Какая восхитительная глупость! – вымолвил Генри, заглянув в комнату, и расхохотался. - Генри?! – спросил Ричард, обнимая жену за талию. Его глаза потемнели от гнева. Какого черта здесь понадобилось брату Джулии?! Анна заметила сочувствующий взгляд лорда Черчилля, и подняла высоко голову, пытаясь выскользнуть из объятий мужа, но руки Ричарда стальным обручем держали ее. - Ричи, моя сестрица заждалась тебя, а ты целуешься с женой, – откровенно надсмехался Генри. Он в мыслях настолько убедил себя в том, что Анна сразу же падет в его объятия, что оказался просто не готов к тому, что к ней может прикасаться другой мужчина, пусть даже и ее собственный муж. Ричард разжал руки, и схватил лорда Черчилля за грудки. - Что за чушь ты несешь? – прорычал Ричард, хорошенько тряхнув Генри. Анне показалось, что небольшая комната стала медленно вращаться, а потом все быстрее и быстрее. «Стоит мне поманить его хоть пальцем….» Она совсем забыла о его измене. Она совсем забыла об их договоренности. Анна прижала прохладные ладони к горящим щекам, и тихо прошептала: - Я лучше пойду, – и выбежала из комнаты. - Черт! – выругался лорд Ардингли, и, не скрывая ненависти, посмотрел на Генри, который побелел от страха. Он не ожидал, что Ричард бросится на него. - Успокойся, Ричи, давай поговорим спокойно, – прохрипел Генри, оставив попытки освободиться. - Спокойно?! Ричард глубоко вздохнул и отпустил Генри. - Вот так гораздо лучше, – к лорду Черчиллю вернулось его веселое расположение духа. Он с улыбкой смотрел на Ричарда, который, бросив на него презрительный взгляд, сказал: - Не смей мне больше попадаться на глаза! Анна, постойте! - Не спеши, – остановил его Генри. – Она, конечно, прелестный цветок, но моя сестра… - Твоя сестра… – в глазах Ричарда вспыхнули недобрые огоньки. – Генри, распускать сплетни - это дурной тон, – проговорил он обманчиво мягким голосом. Лорд Черчилль сделал вид, что не понимает, куда клонит собеседник. - Я вспомнил, что обещал пригласить леди Хильду на вальс, – говорил Генри, медленно отступая к выходу. - Не заговаривай мне зубы! – отрезал Ричард. - Ричи, неужели ты так обиделся на мою невинную шутку? – решил действовать иначе лорд Черчилль. - Шутку? Распускать слухи о якобы тайной помолвке между мной и Джулией - это, по-твоему, невинная шутка?! - Зря ты так, – грустно ответил Генри. – Моя сестра тебя любит, а… - Твоя сестра может делать, что ее душе угодно, но пусть на пушечный выстрел не приближается ко мне и моей жене! – прервал его лорд Ардингли. - На пушечный выстрел? – промурлыкала Джулия, входя в комнату. – Твоя жена пробежала мимо меня, даже не поздоровавшись. Какая невоспитанность! – скривила губки маркиза. – Ричи, ты плохо на нее влияешь, – прошептала она, и провела рукой по его волосам. Генри незаметно удалился. - Джулия, вы неисправимы! – ответил Ричард и тряхнул головой, сбрасывая ее руку. – Я не люблю, когда теребят волосы. - Раньше тебе это нравилось, – томно прошептала Джулия, и обняла его за плечи. – Поцелуй меня! - жарко попросила она. Ричард молчал, лихорадочно соображая, как далеко могла уйти Анна, и успеет ли он ее догнать. - Спектакль окончен? – холодно спросил он Джулию. – Мои поздравления. У вас несомненный талант. И вежливо поклонившись, ушел. Джулия закусила губу, чтобы не завопить от ярости. Анна вбежала в зал, и, заметив несколько удивленных взглядов, улыбнулась и неспешным шагом направилась к тетушкам. - Энн, дорогая! – обрадовалась Элизабет. – У вас все хорошо? - Да, тетушка, – проговорила молодая женщина, стараясь скрыть свою дрожь и волнение. - Вы вчера были так бледны, – посетовала Пенелопа. – Мы волновались за ваше здоровье. Поздний визит к сестрам Уиндем был шагом отчаяния. Анне не хотелось сидеть дома, бесконечно перебирая в памяти слова Джулии, и она решила навестить тетушек, чтобы как-то отвлечься от невеселых дум. - Тетушка Пенелопа, не беспокойтесь, – сказала Анна. – Бледна я была из-за небольшой мигрени, которая бесследно прошла после моего визита к вам, – и улыбнулась. Сестры переглянулись, но не стали более ни о чем спрашивать. Они беспокоились, что Анна страдает в браке, и скрывает это от них. Элизабет давно хотела поговорить с Ричардом, но сэр Адам отговорил старую знакомую от этого шага. - Я делаю все возможное, чтобы Ричи и Анна помирились, но они оба так упрямы! – сказал лорд Горинг. - Они в ссоре?! – забеспокоились сестры Уиндем. - Уже помирились, – уверенным голосом проговорил он. - Вы уверены? – недоверчиво спросил Пенелопа. - Да! Но, сейчас наблюдая за взволнованным лицом Анны, Элизабет засомневалась в словах лорда Горинга, что молодые супруги ладят.

Klepa: Ричард оглядывался по сторонам, он искал Анну. Заметив ее около тетушек, он направился, было к ней, но возле него оказалась Джулия, которая пришла в себя и была готова к новой атаке. - Милый, мы повздорили из-за пустяка. Пригласи меня на танец! – попросила Джулия, кокетливо улыбаясь. - Джулия, я начинаю терять терпение! – процедил сквозь зубы Ричард, с презрением глядя на маркизу. - Прекрасно! – прошептала она, и подошла к нему вплотную. – Когда мужчина теряет терпение, он совершает столько восхитительных глупостей. - Вы уверены, что моя глупость вас восхитит? - лениво поинтересовался он. Заметив, что Анна танцует с Генри, пригласил Джулию. Та победоносно улыбнулась, встретившись глазами с братом. - Меня восхищает в вас все! – прошептала Джулия, прижимаясь к партнеру настолько, насколько позволяли приличия. - Тогда вы выбрали неверный объект для восхищения, – проговорил Ричард, ни на секунду не упуская из виду Анну и Генри. - Я думаю иначе, – довольно сказала Джулия, бросая кокетливые взгляды на Ричарда. Он хмыкнул: - Вы забыли, что ваши чары на меня не действуют. - Отчего же? – изогнула бровь маркиза. – Вы угодили в расставленные мною сети, и довольно долгое время с наслаждением пребывали во власти моих чар, – улыбнулась она, все еще не веря до конца, что Ричард больше не желает ее. Джулии казалось, что он ведет с ней какую-то изощренную игру, и даже женился для этого. Пораженная догадкой, и обрадованная, что она все верно, как ей казалось, поняла, Джулия счастливо рассмеялась. - Не хотелось вас обидеть, – со скучающим видом ответил Ричард, даже не попытавшись изобразить подобие улыбки, чтобы поддержать ее веселье. - Обидеть? – Джулия перестала смеяться. – При чем здесь обида? Вы любили меня?! – она утверждала – не спрашивала. - Нет, – холодно ответил Ричард. – Ни единой секунды. Джулия чуть не сбилась с ритма. - Вы лжете! – прошипела она. - Как не прискорбно для вас, я не лгу. Ему стало жаль ее, такую красивую и упрямую, капризную и восхитительную в своих капризах. Но становится ее игрушкой, быть рабом ее желаний, Ричард не хотел. - Любить вас все равно, что любить погоду. - Я не понимаю, – прошептала Джулия. – Ваше сравнение далеко от романтики. Ричард усмехнулся. - Ждать восхищения и поклонения от бывшего любовника, право, смешно. - А мне не до смеха! – обиженно сказала Джулия – Вы ведете себя как… как… - Последний негодяй, – подсказал он. Его начала раздражать эта бессмысленная беседа с Джулией. И ему очень хотелось знать, о чем говорят Анна и Генри. Он заметил, что жена пытается что-то объяснить лорду Черчиллю, а тот лишь посмеивается, отвечая ей. И судя по лицу Анны, ответы ей не слишком нравились. «Когда же закончится этот вальс!» - простонал он мысленно. - Нет! – вывел его из состояния задумчивости возглас Джулии. – Как очень благородный человек. Только почему-то ваше благородство не для всех. Почему вы не женились на мне? - Джулия, я уже ответил вам на этот вопрос. Я не хочу носить рога. - Вы думаете, эта малышка вам их не наставит? – иронически спросила маркиза, кивая головой в сторону Анны. - Уверен, что нет! – ответил Ричард, хотя у самого кровь закипала в жилах от ревности, когда он видел, как Генри в танце обнимает его жену! Он также вспомнил про букет, и как загадочно улыбнулась Анна, когда он упомянул о тайном поклоннике. - И вам она не надоест? – допытывалась Джулия, она смотрела только на Ричарда, и злилась, что он не смотрит на нее, а наблюдает за своей пигалицей-женой. Джулия почувствовала прилив ярости, когда вспомнила, как Анна вчера выставила ее вон. - Никогда! – ответил Ричард. Она перехватила его взгляд, устремленный на жену, и заметила в нем такую нежность и теплоту, что чуть не заплакала от отчаяния. На нее, Джулию, он никогда так не смотрел. - Вы любите ее! – потрясенно прошептала она. – По-настоящему любите. - Вы очень догадливы, – насмешливо проговорил Ричард. - Не верю! Не верю, что вы любите ее! - Вы только, что утверждали обратное. - Я была в забытьи. А теперь я прозрела! – горячо заговорила Джулия – Вы не любите ее! Вы должны любить меня!!! - Меня перестал забавлять наш разговор, – прищурив глаза, сказал Ричард. К счастью, вальс закончился. - Благодарю за танец и увлекательную беседу, – вежливо поклонился ей, и исчез в толпе. - Ты мне за это заплатишь! – прошипела ему вслед Джулия, и приветливо улыбнулась графу Квенстону. - За весь танец вы не произнесли ни единого слова, – укорил Анну Генри, вальсируя с ней. - Я сказала, что не хочу танцевать с вами, – ответила леди Ардингли. – Но вы не стали меня слушать. Джентльмены всегда так поступают, когда им не нравится ответ дамы? - Не могу с вами не согласиться – удивленно проговорил Генри. – Воистину, милостив Господь. - Что вы имеете в виду? – спросила Анна, искренне не понимая, почему он вспомнил о Боге. - Вы потрясающе красивы, и у вас острый ум! – сказал Генри, не сводя с нее восхищенных глаз. Анна неопределенно качнула головой. Она украдкой следила за мужем, который танцевал с Джулией де Ламбаль. Судя по их лицам, они оживленно о чем-то беседовали. Представив, что они договариваются о свидании или, того хуже, вместе покинуть прием, не заботясь о приличиях, в ее сердце острыми коготками впивалась ревность. Если бы им не помешал Генри… Что бы было? Она бы позволила Ричарду и дальше целовать себя, прекрасно зная о его измене. О его измене, после того как они по-настоящему стали мужем и женой… - Вам понравился букет? – вернул ее в действительность вопрос лорда Черчилля. - Так это были вы? Генри с огорчением заметил, что, кроме удивления, в голосе Анны не было той волнительной и кокетливой нотки, которая всегда присутствует, когда женщина узнает имя тайного поклонника. - Цветы прекрасны, только, право, не стоило. - Но вы достойны самых восхитительных цветов, изысканных комплиментов и рабского преклонения! – горячо заговорил Генри, стремясь покрепче прижать ее. - Сэр Генри, вы забываете о приличиях! – отстранилась от него Анна. Они продолжили танец, только теперь она не позволяла ему крепко ее обнимать. – Я замужем! – напомнила она, когда Генри предпринял очередную попытку привлечь ее к себе ближе, чем того требовал танец. - Замужем? – скептически переспросил он. – А кому это когда-нибудь мешало? Щеки Анны запылали от гнева. - Да как вы смеете?! - Боже мой, как вы восхитительны в своей невинности! Как жаль, что вокруг так много людей, не то…. Он многозначительно замолчал, дерзко улыбаясь. Анна вздернула подбородок. - Мне тоже жаль, что вокруг много людей, – в его глазах появилось удивление. – Не то я бы давно надавала бы вам пощечин за оскорбление порядочной женщины. - Посмотрим…. Посмотрим, надолго ли вас хватит, когда вы поймете, какое сокровище вам досталось. - Я запрещаю вам дурно отзываться о моем муже! – с достоинством проговорила Анна. - Я ничего плохого и не говорю, – возразил Генри. – Но он не способен быть верным одной женщине. Я просто не хочу, чтобы вы питали иллюзии на этот счет. «Я не хочу, чтобы вы питали лишний иллюзий», – вспомнила она другую похожую фразу, которую произносил томный женский голос, и почувствовала, что в глазах защипало. - Он недостоин ваших слез, – прошептал Генри, заметив, как покраснели ее глаза. Анна приказала себе не плакать, и остановилась. К счастью, музыка уже смолкла, вальс закончился. - А вы считаете себя достойным моего внимания? – резко спросила она и, не дожидаясь ответа, сделав книксен, удалилась. - Ты еще пожалеешь об этом! – разозлился Генри. Анна пробиралась сквозь толпу к тетушкам. Разговор с лордом Черчиллем разволновал ее. Несмотря на сказанные в запале слова, что она не хочет ничего знать о делах Ричарда, Анна не собиралась изменять мужу. Но и отказать себе в удовольствии подразнить его тоже не могла. Как засверкали его глаза, когда он упомянул о тайном поклоннике! Анна сначала подумала, что это князь Суворов решил загладить свою вину перед ней и прислал букет в качестве извинения, но теперь она точно знала, что цветы прислал Генри. Но лорд Черчилль был ей неприятен. Его порочная красота отталкивала, а не притягивала. Конечно, можно было бы отплатить мужу за измену той же монетой, но это было противно натуре Анны. Не в первый раз она задалась вопросом: почему Ричард женился на ней? Анна пыталась обойти человека, который загородил ей путь. Подняв глаза, она встретилась с насмешливым взглядом мужа. - Вы не меня ищете? – спросил он. Она неопределенно качнула головой, и прежде чем успела что-либо возразить, Ричард закружил ее в танце. - Я шла к тетушкам, – ответила Анна. - А пришли ко мне, – в его голосе слышался едва уловимый сарказм. Ему стоило большого труда не спросить ее, о чем они беседовали с Генри. Но они же договорились не интересоваться делами друг друга…. Ее глаза засияли, когда она увидела его. Но не было ли это просто игрой? Анна ослепительно улыбнулась. - Отрадно видеть, что мои просьбы, наконец, возымели действие, – улыбнулся в ответ Ричард. Анна кокетливо наклонила голову. Заметив ревнивый взгляд мужа, она отчего-то развеселилась. - А мне казалось, что вы не просили, а приказывали. Впрочем, это уже неважно. - Отчего же? Меня теперь будет мучить любопытство, – честно признался муж. - Любопытство? – переспросила она. – А совесть вас не мучает? – резко сказала Анна, и прикусила губу. - Вы думаете, что мне известно, что это такое? – насмешливо поинтересовался Ричард. Анна промолчала. Отзвучал вальс, потом кадриль, и снова вальс. Анна так устала за этот вечер, что в карете задремала. Когда они подъехали к дому, она оступилась, выходя из кареты. - Вы второй раз падаете в мои объятия, - прошептал Ричард в розовое ушко. Анна с трудом обрела равновесие. - Я уже могу идти сама, – тихо ответила она. - А мне показалось, что вы устали, – сказал муж и, подхватив ее на руки, внес в дом. Она уперлась руками в его плечи. Бригфилд отступил в тень, чтобы не смущать хозяев. - Пустите меня! Я просила вас больше не прикасаться ко мне! – ее голос зазвенел от обиды и отчаяния. Не обращая внимания на крики жены, Ричард стал подниматься по лестнице. - Что вы собираетесь делать? – спросила Анна, дрожа. - Ничего особенного, – невозмутимо ответил муж. Распахнул дверь ее спальни, вошел в комнату, и уложил ее на постель. Жена не сводила с него напряженного взгляда. Ричард отступил на один шаг назад. Не в силах больше выдержать этого противостояния взглядов, она вскочила на ноги и подошла к туалетному столику, дрожащими руками начала вынимать многочисленные шпильки из прически, всем своим видом показывая, что ее ничуть не волнует присутствие мужа в ее спальне. - Вам помочь? – ласково спросил Ричард, подходя к ней ближе. - Благодарю вас, – ответила Анна, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. – Я справлюсь сама. Муж ничего не ответил. Анна поймала его взгляд в серебристой глади зеркала и судорожно сглотнула. Ричард вытащил несколько шпилек, и тяжелые локоны пушистым веером рассыпались по ее плечам. Он начал пальцами расчесывать ее волосы. - Что вы делаете? – в панике спросила Анна и повернулась лицом к Ричарду. Он не сводил глаз с ее губ. - Нас прервали, – прошептал он, обнимая ее за талию и целуя уголок ее рта. Анна уперлась руками в его плечи, не позволяя прижать себя, но Ричард был сильнее, и вскоре она оказалась в его крепких объятиях. Как завороженная, она смотрела, как муж наклоняется к ней. Он снова поцеловал ее: страстно, неистово, не давая глотнуть воздуха. Сдаваясь, она обняла его за шею, не желая, чтобы поцелуй прерывался. - Он никогда так вас не поцелует, – со злостью процедил Ричард и отпустил ее из плена своих рук. – Приятных снов. Анна удивленно открыла глаза. Совершенно не задумываясь, что делает, она ударила его по щеке. Рука зазвенела от удара. Она погладила запястье. Ричард ничего не ответил, лишь прижал ладонь к щеке, и учтиво кивнув, ушел, хлопнув дверью с такой силой, что Анна подпрыгнула на месте. - Приятных снов? – с горечью переспросила она. Анна повернулась к зеркалу и стала расстегивать крохотные пуговички на платье. Можно было позвать Мэгги, чтобы она помогла хозяйке. Но Анне не хотелось никого видеть. Ей было нужно подумать и побыть в одиночестве. «Верь мне!» И глаза защипало от непролитых слез. Генри сказал, что Ричард не стоит ее слез…. Но можно ли верить лорду Черчиллю, который прислал цветы замужней леди, родному брату Джулии де Ламбаль?

Klepa: Ричард сидел в кабинете в кресле и смотрел в горящий камин. Бумаги в беспорядке валялись на столе. Когда он пришел сюда, то какое-то время в ярости расшвыривал предметы по комнате. Случайно несколько документов угодили в камин. Сначала Ричард хотел вытащить их, и спасти от неминуемой гибели. А потом махнул рукой, налил из графина виски в стакан и залпом выпил. Огненная жидкость обожгла внутренности, но легче не стало. С какой-то отрешенностью он наблюдал, как белая бумага превращается в светло-коричневую, затем в черную и, наконец, в пепел. - Останется только пепел, – прошептал он. Дверь неслышно распахнулась, и на пороге появилась Анна, облаченная в ночную сорочку и халат. - Хотите составить мне компанию? – насмешливо спросил Ричард, заметив появление жены. - Нет, – покачала головой Анна. – Я хочу задать вам только один вопрос. - Я вас слушаю, – сухо ответил муж. – А потом сделайте одолжение, уйдите! – прошептал он, снова повернувшись к камину. - Я не отниму у вас много времени, – спокойно проговорила Анна и подошла ближе к нему. Ричард устало посмотрел на нее и, не выдержав ее испытывающего взгляда, отвернулся. - Зачем вы женились на мне?! В комнате стало тихо-тихо. Было слышно, как потрескивают дрова в камине, а в углу тикают часы. - Чтобы спасти вашу репутацию, – ответил муж. – У вас еще есть вопросы ко мне? - Лжете! – закричала Анна. Он встал. - Тогда назовите другую причину, – проговорил Ричард. - Я не знаю! Именно поэтому я и спрашиваю об этом вас! – возразила жена. - Мне нечего добавить к уже сказанному. И мы договорились не интересоваться делами друг друга, – напомнил он. Анна отшатнулась. - Это было ваше предложение, – прошептала она. - А вы его так поспешно приняли, – ехидно сказал муж, наклонившись к ней. - Я не желаю вас видеть, – закрыв глаза, проговорила она. - Сударыня, это вы пришли в мой кабинет, а не я к вам в спальню. Она снова замахнулась, но на этот раз Ричард был проворнее и схватил ее за запястье. - Снова хотите ударить меня?! - Я вас ненавижу! - Что ж, это чувство у нас теперь взаимно! Вы мне тоже неприятны. Чтобы больше не нарушать ваши планы и не смущать ваш покой, я отправляюсь спать. Доброй ночи, – с издевкой сказал он и вышел. Анна зажмурилась. Потом замотала головой, и выскользнула из комнаты. Утро прошло спокойно. Супруги позавтракали как обычно, сидя друг напротив друга. - Не ждите меня к ужину, – бросил Ричард, вставая из-за стола. – Я останусь ночевать на конезаводе. - Как вам будет угодно, – холодно проговорила Анна и тоже поднялась из-за стола. В воздухе почувствовалось благоухание цветов, на пороге появилась горничная с букетом, еще более роскошным, чем вчера. - Куда поставить, миледи? – спросила Мэгги. - На столик, – ответил Ричард за жену. Горничная выполнила приказ и удалилась. - Снова будете читать записку? – спросила Анна, не удержавшись от искушения поддеть мужа. Он протянул конверт ей. - Благодарю вас, – сухо ответила жена. - Приятного вечера, дорогая, – не скрывая сарказма, проговорил Ричард и ушел. Анна не разворачивая записки, скомкала ее и кинула себе за плечо. - Ой! Она резко обернулась. - Вы?! - А вы ждали кого-то другого? – дерзко улыбаясь, спросил Генри. - Но почему о вас не доложили? – прошептала Анна. - Я не хотел испортить сюрприз. - Сюрприз? – переспросила она. - Это мой визит. - Ваш визит и есть сюрприз? – уточнила Анна и к удивлению лорда Черчилля засмеялась. - Да, сначала цветы, потом я сам, – и учтиво поклонился ей, решив пока не обращать внимания на ее смех. Перестав смеяться, Анна подошла к столику, на котором стояла корзина с цветами, взяла ее в руки и протянула Генри. - Сэр Генри, заберите ваши цветы. Я их не приму. - Леди Анна, – не дожидаясь приглашения, лорд Черчилль уселся на диван. – Я питаю к вам самые искренние чувства и не хочу, чтобы вы страдали. - Именно поэтому вы присылаете мне цветы? – спросила она и присела на кресло. - Я ухаживаю за вами. - Я не давала вам на это своего согласия. - А оно и не требуется. Вы несчастны, – прошептал Генри и пересел, чтобы быть ближе к Анне. – А я могу сделать вас счастливой. «Я обещаю вам, что сделаю вас счастливой, и буду вам хорошим мужем». Совсем недавно похожую фразу произносил другой голос. И она поверила его словам…. Зачем? - Сэр Генри, – Анна поднялась на ноги. – Вам лучше уйти. - Почему? - Мне надо побыть одной и все обдумать, – загадочно улыбаясь, проговорила она. Генри решил, что леди готова сдаться, и сопротивляется лишь для приличия. Он хмыкнул. Ничего другого он и не ожидал. - До скорой встречи, – прошептал он и, поцеловав ее руку, удалился. Анна коротко вздохнула. Когда боль от злых слов Джулии притупилась, Анна задумалась, а не солгала ли маркиза? Весь вечер, не считая одного танца, Ричард не отходил от нее, Анны, ни на шаг. Джулия бросала на него гневные взгляды, но он ни обращал на это никакого внимания. Конечно, они изображали перед обществом счастливых супругов, но все ли было игрой? У нее сладко замирало сердце, когда она ловила нежный взгляд мужа. «Верь мне!» Почему в его голосе было отчаяние? Анна нервно стала ходить по комнате. «Все будет хорошо!» Значит, могло быть все плохо? Кто написал ту злосчастную записку? Почему Ричард сразу же отозвался на зов? Кто просил о помощи или предупреждал об опасности? Анна сжала кулачки. Она глупая, поверила сразу же в слова Джулии. Может, потому что ждала подобного поведения от мужа? На ее вопрос: почему он женился на ней, Ричард быстро ответил. Но его слова не убедили ее. Анна приняла решение дождаться мужа и наконец, все выяснить. До конца! Чтобы не осталось никаких тайн и недомолвок. Она читала в библиотеке. Когда совсем стемнело, она решила подняться в свою комнату. Анна зашла в свою спальню. - Не шевелись! – прошептал кто-то над ее ухом, и она почувствовала, как холодный металл прижался к ее горлу. - Кто вы? – успела спросить она, нож еще сильнее впился в нежную кожу. - Говорить буду я! – нервно сказал голос. – Твой муж очень хорошо придумал, оставлять тебя одну в таком огромном доме, – зашипел он Анне прямо в ухо. От его слов она похолодела. – Мне так легче будет расправиться с тобой и с ним. - Почему? – тихо спросила она, не делая попыток высвободиться из его объятий, парализованная страхом. - Ты задаешь слишком много вопросов! – резко ответил незнакомец, и со всей силы толкнул ее вперед, молодая женщина от неожиданного удара упала на кресло. Когда Анна смогла подняться и оглядеться, в комнате уже никого не было. Еще дрожа от пережитого, она побежала к Ричарду. Распахнула дверь в его комнату и замерла на месте. Его постель была пуста. Он еще не вернулся домой… Ричард приехал домой в дурном расположении духа. Впрочем, в последнее время это было его обычное состояние. Он даже сам не мог объяснить, почему и на кого больше злится? На себя? На Анну? На неизвестность, которая хуже всего на свете? На Джулию, которая не оставляла попыток вернуть его? Уже светало, когда он вошел в дом. Бригфилд зевал, открывая ему дверь. Ричард долго думал и решил поговорить с женой. Почему она так странно повела себя? Что за поклонник у нее появился? Он осторожно постучал, но в ответ была тишина. Тогда он открыл дверь: - Анна? Но в спальне никого не было. Ричард похолодел. Что с ней могло случиться? Он осмотрел комнату, но не нашел ничего, что могло бы натолкнуть на мысль, куда она ушла. Он хотел пойти вниз и расспросить Бригфилда. Возможно, он знает, куда отправилась леди Ардингли на ночь глядя? Но перед этим решил зайти в свою комнату. На неразобранной кровати прямо в одежде спала Анна, забавно подложив ладошку под щеку. Он облегченно вздохнул. Какое счастье, что с ней все хорошо. Он улыбнулся и присел на корточки, положил руки на кровать и смотрел, как она спит. Открыв глаза, Анна встретилась с взглядом мужа. - Хорошо спали? – ласково спросил он. - Да, – смущенно ответила она, немного удивленная его нежностью. – С вами все в порядке, слава Богу! – прошептала она и, перестав сдерживаться, кинулась ему на шею. - А почему со мной должно быть что-то не в порядке? – удивился Ричард, обрадованный ее порывом, крепче обнимая жену. - На меня напали в моей комнате. – быстро проговорила Анна, судорожно цепляясь руками за его плечи. - Кто? - Я не видела лица. - А фигуру? - Он подкрался ко мне сзади. Я не могу его описать, – с грустью проговорила Анна. Ричард резко встал. - Что происходит? – спросила она, испуганная странным выражением его лица. - Он что-нибудь говорил? - Что хочет избавиться от вас…. – прошептала Анна. – И от меня…. Муж повернулся к ней. - Сидите дома, никуда не ходите! - Ричард! – окликнула жена, но он уже вышел из комнаты. «Опять тайны и недомолвки!» Анна в отчаянии закусила губу. Муж вернулся поздно ночью. Анна хотела поговорить с ним, но не дождалась, и уснула. А проснувшись утром, Ричарда дома уже не было. Она весь день сидела в особняке, не осмеливаясь ослушаться мужа. Прошла неделя. Несколько раз приезжал с визитом Генри, но Анна отказывалась принимать его, ссылаясь, то на головную боль, то на иную причину, лишь бы не видеть лорда Черчилля. Тот делал вид, что объяснения дворецкого его устраивают. Цветов он больше не присылал. К счастью, их больше никуда не приглашали. Иначе Анне пришлось придумать причину, по которой она и Ричард не могут прийти. С Ричардом поговорить ей все никак не удавалось. Муж приезжал поздно вечером, и уходил рано утром. Анна решила, что они снова вернулись к тому же, с чего начали супружескую жизнь. Да, они оба соблюдали совместную договоренность не интересоваться делами друг друга, но ей уже опостылела такая жизнь. Сегодня Ричард вернулся раньше обычного времени и заперся в своем кабинете. Анна несколько раз глубоко вздохнула и решительным шагом вошла в комнату. Муж сидел за столом и что-то писал. - Мне необходимо поговорить с вами. Ричард устало сказал: - Я сейчас не расположен к беседам. Анна заметила, как он бледен и испугалась. - Вы хорошо себя чувствуете? – обеспокоено спросила она. - Да! – резко ответил муж и снова уткнулся в бумаги. Анна не уходила. - Я задыхаюсь в этом доме, – начала она. – Мне холодно! - Велите растопить камин, – сухо ответил Ричард и отвернулся. - Нет! – Анна подошла ближе и вырвала бумагу из его руки. - В чем дело? – не понял он. - Либо мы сейчас поговорим, либо… Его глаза угрожающе прищурились. Он резко встал и забрал документ из ее обессилившей руки. - Довольно, сударыня! Помнится, вы уже пытались поставить мне ультиматум. Анна сглотнула. - Да, я помню, – вздернула она подбородок. – Я не могу больше выносить эту ложь! Вы каждый день уезжаете куда-то. А мне запрещаете выходить из дома! Вы знаете того, кто напал на меня? Или вы хотите беспрепятственно видеться со своей любовницей? – ее голос задрожал от гнева и боли. – Мы договорились не интересоваться делами друг друга?! Тогда какое вам дело до того, дома я или нет?! Обидит меня кто-то, или нет? – слезы хлынули из глаз. Анна никак не ожидала, что расплачется. Ричард слушал гневную отповедь, и постепенно его лицо светлело, а губы растянулись в улыбку. - Так вы думали, что я вам изменяю? – в его голосе было искреннее удивление. Анна отвернулась. - Джулия де Ламбаль. - Вы знаете, что наши отношения давно закончены, – возразил Ричард. - Мне известно другое?! – резко сказала Анна, уже жалея, что начала этот разговор. - Тогда вам известно больше чем мне, – насмешливо ответил муж. «Она ревнует!». - Прекратите лгать! – вскричала она. - Я вам не лгу. - Зачем вы женились на мне?! – в отчаянии закричала Анна. – Зачем вы меня поцеловали?! Ричард ничего не ответил. Не в силах больше терпеть молчание мужа, Анна накинулась на него, колотя кулачками по его плечам, груди. - Зачем вы мучаете меня?! – всхлипывала она. Он пытался схватить ее за руки, и обнять, но Анна царапалась и вырывалась. Случайно манжет его рубашки расстегнулся, и Анна с удивлением уставилась на его запястье. Потом подняла потрясенные глаза на мужа. - Что это? Ричард глубоко вздохнул, и под пристальным взглядом жены застегнул запонку. - Но…. – она замолчала. – Но…. Зачем? Почему? - Вы задаете слишком много вопросов, – ответил муж, отводя глаза в сторону. - Много? – тихо спросила Анна. – Но я имею право знать на них ответы?! Понимаешь? – перешла она на «ты». – Только не возражай мне сейчас, пожалуйста! – она умоляюще посмотрела на него, Ричард коротко кивнул головой. - Хорошо, не стану. Она взяла его за руку и расстегнула манжет. – Помнишь, когда мы были совсем маленькими, ты упал и распорол себе руку… – она говорила тихо-тихо, - и я перевязала тебя, оторвав от своего платья оборку. - Но сначала смочила ее в ручье, – тихо добавил он. Анна перевернула его ладонь, на запястье виднелся едва заметный шрам. Она покачнулась, потом посмотрела на мужа. - Мне все равно: вернулся ты из ада, или тебя изгнали из рая. Теперь мы вместе и я имею право все знать. Ты это или не ты?

Klepa: Произнося последние слова, Анна чувствовала, что ее колени подламываются, а разум просто не может поверить в происходящее. Ей стало жарко, еще немного и она потеряет сознание. Но отчего он молчит?! Ричард долго молчал, глядя в ее глаза, потом, взяв ее за руки, усадил в кресло, присел рядом на корточки, прижал ее ладони к своим щекам, и, посмотрев в блестевшие от слез глаза, тихо произнес: - Аня, это я. Она всхлипнула и вырвала у него свои руки. - К чему был весь этот спектакль? - Не было никакого спектакля, – тихо ответил муж. - Но мы похоронили тебя, – в ее голосе слышался ужас. - Да, похоронили, – коротко согласился он и резко поднялся на ноги. – Но я был жив. - Но почему? Как? Откуда? - Меня спасла Сычиха. Иметь тетку ведьму, оказывается, не так уж плохо, – горько усмехнулся Владимир. - Но ты умер?! - Нет. Просто впал в оцепенение. Но я был жив. - Господи! – прижала Анна ладонь к губам – Так ты все слышал?! - Нет, – Владимир улыбнулся. – Ночью Сычиха…. – он поморщился. – Привела двух мужиков, запугала их до полусмерти, что проклянет их, если они кому-нибудь проболтаются, и велела разрыть могилу, а потом отнести меня к себе в избушку. - Но почему ты не пришел ко мне?! – в отчаянии воскликнула Анна, все еще боясь поверить, что не спит. Она встала, опираясь на подлокотники кресла, и подошла к Владимиру. – Я ведь чувствовала, что это ты. Почему ты мне не признался? - Ты не все знаешь, – ответил муж. - Я не понимаю, – она невольно отшатнулась, испугавшись, что сейчас опять между ними встанет непреодолимое препятствие, которое снова разлучит их. - Я спал очень глубоким сном. Тетушка заботилась обо мне. - Но почему она мне ничего не сказала? Почему вы оба все скрыли от меня? - Аня! – выдохнул он. – Я тебе все сейчас расскажу, если ты не будешь бесконечно меня перебивать и задавать одни и те же вопросы. - Хорошо, – согласно кивнула она, и робко дотронулась до его плеча, потом до лица. - Боишься, что от меня повеет могильным холодом? – развеселился Владимир и засмеялся, когда она испуганно одернула руку. Анна укоризненно покачала головой, и грустно улыбнулась в ответ. - Не шути так, – попросила она и обняла его, спрятав лицо у него на груди. Он крепче обнял ее и, прижавшись щекой к ее волосам, продолжил: - Я проспал целый год. Очнувшись, и немного придя в себя, я пошел к тебе…. – Владимир замолчал. Анна подняла голову и прямо посмотрела в его глаза. - Тогда почему я не видела тебя? Он горько усмехнулся. - Ты была не одна, и весело смеялась. - Я сильно болела, и это была моя первая прогулка после болезни, – сказала Анна. - Ты была не одна! – в его голосе слышались ревнивые нотки. - Это был твой брат! - Брат? – переспросил Владимир. - Да, – удивленно сказала Анна. – Ты не знал о его существовании, он появился в нашем доме после твоих… когда тебя… – она так и не смогла закончить фразу, потому что муж подошел к столу, и, порывшись в документах, протянул ей бумагу: - Это он? Она внимательно посмотрела на рисунок карандашом. - Да. Очень похож. Но откуда у тебя его портрет? Муж не ответил на ее вопрос, а продолжил свой рассказ: - По всему уезду ходили слухи, что ты не сегодня-завтра дашь согласие выйти замуж за князя Алексея Суворова. - Это только сплетни! – горячо возразила Анна и, пораженная догадкой, добавила: – Так ты поэтому уехал?! - А что мне оставалось? Имел ли я право воскресать, когда ты уже оправилась от утраты, более того - собиралась замуж. К тому же тетушка чуть ли не на коленях умоляла меня покинуть родину. Говорила, что в России я погибну. И отправила меня сюда, к лорду Адаму Горингу, который всем говорил, что я его племянник. - Но Бригфилд? – возразила Анна. – Он настолько убедительно рассказывал о твоих родителях, вернее родителях Ричарда, – поправилась она. Владимир улыбнулся. - Племянник у сэра Адама действительно существует, и что его родители утонули, тоже правда. Зовут его иначе. Но он уже очень давно живет в Португалии. Лорд Горинг спросил его позволения воспользоваться его биографией, Морис только посмеялся и дал свое согласие. Так на свете появился Ричард Ардингли, а Владимир Корф умер окончательно. - Но зачем было все так путать? – спросила Анна. – Ты поверил в предсказание своей тетушки? И откуда она знаком с лордом Горингом? - Опять задаешь вопросы, не дождавшись моего ответа, – с улыбкой укорил ее Владимир. Анна виновато улыбнулась, и горячо прошептала: - Я больше не буду. - В предсказание тетушки я не поверил, но и оставаться в Двугорском тоже не мог. В меня стреляли, и намеревались убить. Чудесным образом выжив, я не собирался умирать снова. - Ты видел того, кто стрелял? – вспомнила Анна. - Только силуэт. Когда я поселился в Англии, то сначала не думал искать человека, задумавшего убить меня. Для всех кроме тетушки и дяди, я был мертв. Но полгода назад на меня снова покушались. На этот раз пытались зарезать. - О, господи! - Все обошлось. После того случая, я задался целью найти этого человека. Как выяснилось позже, попытка зарезать меня была случайностью, а не планируемым убийством. Но позже последовало еще несколько покушений. Они совпали с твоим приездом в Лондон. Владимир замолчал, задумчиво глядя в камин, Анна подошла к нему и, положив руку ему на плечо, спросила: - Ты думаешь, что это Иван хотел убить тебя? - Теперь я почти в этом уверен. Меня вызвал мой поверенный, весьма ловкий человек, умеющий добывать любую информацию, именно от него была записка. Анне стало стыдно, что она так легко поверила Джулии, которая просто воспользовалась удобным случаем. - Почему ты сразу мне не открылся? Он обнял ее, и, взяв ее лицо в свои ладони, сказал: - Помнишь, как мы столкнулись на балу? Она кивнула. - Как ни помнить. Я тогда была уверена, что это был ты. Но потом ты так убедительно изображал из себя Ричарда, что я окончательно запуталась. - Прости меня! – виновато проговорил Владимир. – Я настолько не ожидал увидеть тебя, что растерялся. - Ты поэтому меня скомпрометировал? – лукаво улыбнулась Анна. - Я не мог второй раз потерять тебя. Я хотел тебе обо всем рассказать, но потом решил, что нам выпал редкий шанс начать все сначала. Я о многом не знал, и не догадывался, а твои рассказы о прошлом помогли мне многое понять. - Что, например? – с грустью спросила жена. - Что я своими выходками причинял тебе боль, что ты стойко выносила мои издевательства. - Это уже в прошлом, – прошептала она и снова прильнула к его груди, закрыла глаза, слушая мерный стук его сердца. - За неделю до свадьбы на меня снова покушались. - Поэтому платок был весь в крови? – догадалась Анна. - Да. - Но почему ты молчал?! – взмолилась она. - Потому что глупец, – честно признался Владимир. Она удивленно подняла голову и с удивлением поняла, что он сказал это абсолютно серьезно. - А Джулия? - Нас с ней давно ничего не связывает. Постой, она тебе говорила иное? – он нахмурился, заметив ее кивок, потом выругался словом, которое в приличном обществе не произносят. - Теперь я все знаю, – прошептала жена. Он молчал, взял ее лицо в свои ладони и прошептал в ответ: - Скажи… Владимир не успел договорить, потому что Анна обняла его за шею, и произнесла: - Я люблю тебя. - Я люблю тебя, – отозвался он, прежде чем ее поцеловать.

Роза: Хорошо то, что хорошо кончается.

Klepa: Роза, приятно тебя видеть, но это еще не конец .

Klepa: Анна проснулась с чувством безграничного счастья. Открыв глаза, она встретилась с ласковым взглядом мужа. - Доброе утро! – прошептал Владимир. - Доброе! – отозвалась она. – Я все еще не верю, что это ты, – прошептала Анна, с нежностью глядя на мужа. Владимир усмехнулся и, приподнявшись на локте, поцеловал ее и спросил: - Теперь убедилась, что это я? - Да, – ответила жена, обнимая его за шею и подставляя губы. - Я люблю тебя… люблю тебя… – шептали они между поцелуями. Вниз они спустились, держась за руки. Дворецкий, заметив это, смахнул слезинку с ресниц. Хозяйка увидела его и подошла к нему. - Бригфилд, зачем вы солгали? – тихо спросила Анна. Дворецкий под ее пристальным взглядом смешался. - Анна, это был мой приказ, – ответил за Бригфилда Владимир. – Прости, но мы не могли рисковать. Она обернулась к мужу. - Я не совсем понимаю… - Пойдем, я тебе все объясню, но сначала мы позавтракаем, – с улыбкой сказал он. - Хорошо, – улыбнулась в ответ жена. После завтрака они прошли в кабинет, присели на диван. - Я уже говорил тебе, что на меня снова покушались, – начал Владимир. Анна кивнула. - Мой поверенный не смог выяснить имя человека, который по нашим предположениям стрелял в меня. Но смог его нарисовать. - Не смог узнать его имя? – удивленно переспросила жена. – Но всему уезду было известно, что Иван Заморенов сын дядюшки. Несколько месяцев только об этом и говорили… - Когда мы начали поиски, те слухи давно уже позабылись, – ответил он. - Но почему ты так мучил меня? – тихо спросила Анна, пристально глядя на мужа. – Почему сразу не открылся? Владимир опустил голову. - Почему не рассказал сразу, я тебе уже объяснил. - Да, я помню. Но почему ты так злился, когда я назвала тебя твоим настоящим именем? Меня теперь мучает этот вопрос, – призналась Анна и положила голову ему на плечо. Он улыбнулся. - Приревновал к самому себе. Глупо вышло. Но мне не хотелось, чтобы былое имя вспоминали. - Почему? – изумленно спросила жена и повернула к нему голову. - Потому что на меня снова открыли охоту. Теперь я уже знал, кто охотник и должен был первым найти его. - Ты поэтому уезжал на весь день? – догадалась Анна. - Да, и мне казалось, что я не нужен тебе… - добавил Владимир тихо. Она обняла его и прошептала: - Ты был мне нужен, но я так боялась в этом признаться, даже самой себе. - Теперь все позади, – довольно улыбнулся он и наклонился, чтобы поцеловать ее. - А как же Иван? – спросила Анна, немного отстранившись от него. – Я не могу поверить, что этот милый мальчик хотел убить тебя. - Милый мальчик! – хмыкнул Владимир и нахмурился. – Он убийца. - О, господи! – прижала она пальцы к губам. – Так это он подложил шип под седло Звездочки… – и подняла потрясенные глаза на мужа. - Нам теперь нельзя расставаться даже на миг, – проговорил муж. – Я думаю, что такой одержимый человек, как мой брат, предпримет еще не одну попытку уничтожить нас. - Но зачем? – испуганно спросила Анна и прижалась к нему, ища защиты в его объятиях. - Я не знаю, – искренне ответил Владимир, обнимая ее. – Все будет хорошо, я тебе обещаю, – поцеловал нежный висок, прижимаясь щекой к ее волосам. Она зажмурилась, слушая, как бьется его сердце. В дверь позвонили, и в наступившей тишине они услышали, как Бригфилд пошел открывать. - Я надеюсь, что это не Джулия, – пробормотала Анна. Владимир, услышав ее слова, улыбнулся. - Я также надеюсь, что это не Генри, – пошутил он в ответ. Она подняла голову и, встретившись глазами с веселым взглядом мужа, засмеялась. - Слава богу! – проговорила Сычиха, увидев смеющихся супругов. – Зря я так торопилась, вы уже без меня успели помириться. - Тетушка! – сказал Владимир, поднимаясь ей на встречу. Старая женщина перевела взгляд на Анну. Та кивнула. - Я все знаю. - Слава богу! – повторила Сычиха. – Меня напугал Адам. Написал письмо, что не может справиться с упрямым племянником, – она сурово посмотрела на Владимира, тот сделал вид, что очень смущен и отвернулся, успев подмигнуть Анне. Та укоризненно покачала головой. – Я также хотела предупредить вас, что Иван покинул пределы России. Анна испуганно посмотрела на мужа. - Я знаю, – отозвался Владимир. – Именно это поверенный и сообщил мне. Иван уже пытался навредить Анне. Сычиха обеспокоено посмотрела на молодую женщину. - Со мной все в порядке, – поспешила успокоить Сычиху Анна. - Но он еще может это сделать, – прошептала старая женщина. - Не посмеет! – отрезал Владимир. – В дом ему больше не пробраться, а с Анной всегда рядом буду я. Сычиха покачала головой и ничего не ответила. Вечером приехали тетушки Анны. Старые леди были обеспокоены. Им казалось, что это их вина в том, что Анна несчастна. Поэтому, долго совещаясь и, наконец, придя к единому решению, Элизабет и Пенелопа отправились нанести визит супругам Ардингли. К их вящей радости, Анна встретила их с улыбкой, и заверила в том, что абсолютно счастлива, что все недоразумения разрешились, и она любит и любима. Элизабет еще сомневалась, но, увидев с какой заботой и нежностью Ричард обращался с Анной во время их визита, она окончательно рассталась с сомнениями. - Энн, – начала Пенелопа. – Мы хотим завтра устроить прием в вашу честь. Анна беспомощно посмотрела на мужа. Владимир задумался. С одной стороны, пока Иван на свободе, было бы лучше никуда не ходить. С другой стороны, сидеть взаперти тоже не имело смысла. - Мы будем счастливы посетить ваш дом, – ответил Владимир. Пенелопа от восторга захлопала в ладоши, а Элизабет только улыбнулась. Сычихи не было в гостиной. После путешествия она захотела отдохнуть. - Тогда завтра ждем вас. Проводив сестер Уиндем, Анна и Владимир вернулись в гостиную. - Тебе не нравится идея с приемом? – спросила она. - Это опасно, – просто ответил Владимир. - Ты обещал не покидать меня ни на минуту, – улыбнулась жена и обняла его за талию. – У нас все будет хорошо? – спросила она. - Конечно! – заверил ее Владимир, целуя в макушку. Утром, когда Сычиха узнала, что Владимир и Анна идут на прием, очень разволновалась. - Не ходите туда! - Но почему, тетушка? - Не ходите туда! – повторяла она, не желая ничего объяснять. - Случится что-то плохое? – спросила Анна, и, встретившись с черными глазами Сычихи, невольно отшатнулась. - Беда будет, беда! – зашептала та, потом замолчала, глядя в свою тарелку. Владимир посмотрел на жену, Анна развела руками. - Идите! – неожиданно воскликнула Сычиха. - Только что вы умоляли нас не делать этого, – напомнила Анна, плохо понимая, отчего Сычиха поменяла свое мнение. Откровенно признаться, ей тоже не по душе была идея приема в их честь, но она не могла обидеть тетушек. Старые леди были добры и внимательно к ней. - Беды не будет? – спросил Владимир. Он слабо верил в предсказания тетушки, но в ее дар врачевания верил безоговорочно. - Аня, ты не все знаешь, – перевела разговор на другую тему Сычиха. Молодая женщина удивленно посмотрела на нее. - Ты знаешь о том, что Володя спал. - Да, – подтвердила Анна. - Помнишь, ты приходила ко мне. Снова кивок. - Но ты не знаешь, что очнулся он после твоего визита. - Надо же, – прошептала Анна и с улыбкой посмотрела на мужа. Он улыбнулся в ответ.

Klepa: А Сычиха, глядя на их улыбающиеся и счастливые лица, почувствовала, что в глазах защипало от умиления. «Довольно страданий! Еще одна жертва, и все будет хорошо!». Прием сестры Уиндем устроили роскошный. Зал поражал великолепием, а подаваемые блюда изысканностью. Элизабет и Пенелопа постарались ради любимой родственницы. - Энн, мы с Элизабет переписали завещания. Все достанется вам, – Пенелопа промокнула слезы платочком. - Тетушка, – только и смогла вымолвить растроганная молодая женщина. – Вы еще проживете долго-долго. Пенелопа улыбнулась, а Элизабет ответила за сестру: - Энн, конечно, мы очень хотим посмотреть на ваших деток, – и смутилась от столь явного проявления сентиментальности. Анна засмеялась. - Лучших бабушек я и желать не могу. Чем окончательно засмущала тетушек. - Дорогая! – услышала она голос мужа. – Леди Элизабет, леди Пенелопа, позвольте я у вас похищу свою жену. - Конечно, Ричард, – милостиво разрешила Элизабет. Он улыбнулся и закружил Анну в танце. - Мы правильно сделали, что настояли на этом браке, – твердо сказала Пенелопа. – Посмотри, как они улыбаются друг другу. - Да! – согласилось Элизабет, искренне радуясь за счастье племянницы. Джулия де Ламбаль ревниво следила за танцующей парой. Ей удалось раздобыть приглашение с помощью хитрости, потому что старые леди не пригласили ее, а только ее мать. Но леди Черчилль сейчас не здоровится, и дочь воспользовалась состоянием матери. Перехватила приглашение, и явилась на прием, ловко избегая столкновений с хозяйками дома и Анной. Ей надо было поговорить с лордом Ардингли наедине, но тот словно нарочно ни на шаг не отходил от своей пигалицы-жены. - Мне надо ненадолго выйти, – прошептала Анна мужу на ухо. - Я с тобой. - Я выйду в соседнюю комнату ненадолго. Ты будешь меня все время видеть, – легкомысленно сказала жена. Шампанское приятно кружило голову. – Я здесь в безопасности. Владимир не уступал. - Пойдем вместе. - Хорошо, – сдалась Анна. Но, когда они направились к выходу из зала, их разделили. К Владимиру подошел лорд Брокстон, а Анна отправилась дальше, полагая, что муж идет следом за ней. - Простите, сэр Джон, – прервал лорда Брокстона Владимир, – но я спешу. Мои извинения. - Конечно, сэр Ричард, – удивленно отозвался собеседник. Владимир стал пробираться к выходу, но, как нарочно объявили кадриль, и танцующие пары преграждали ему путь. - Дорогой! – услышал он знакомый голос. Но он не обратил внимания на Джулию, и вышел в коридор. Около зеркала стояла Анна и поправляла прическу. - Слава богу, с тобой все в порядке! – выдохнул Владимир. - Я же тебе говорила, – весело ответила жена, – что в доме тетушек со мной ничего не может случиться, и с тобой тоже, – добавила она. В дверном проеме появилась Джулия, Анна нахмурилась. Та, заметив, что соперница увидела ее, дерзко улыбаясь и высоко подняв голову, подошла к ним. - Вы так удивлены, увидев меня здесь? – сказала маркиза, обращаясь к Анне. - Признаться, ваше присутствие здесь для меня удивительно, – с достоинством ответила леди Ардингли. - И все же я здесь, – проговорила Джулия, глядя теперь только на Владимира. - Маркиза де Ламбаль, ваше нахальство не знает границ, – процедил сквозь зубы Владимир. - Как и моя любовь, – ответила она. - Простите, нам пора, – быстро проговорила Анна, и, взяв мужа под руку, ушла с ним в зал. От обиды и отчаяния, Джулия закусила губу. - Дорогая, он не стоит ваших слез, – услышала она чей-то голос. Резко обернувшись, Джулия заметила графа Квенстона. - Сэр Чарльз, я не понимаю, о чем вы. - Джулия, я люблю вас! – горячо проговорил граф Квенстон. – Я так долго молчал, но более не в силах смотреть, как вы бегаете за Ричардом Ардингли. Она бросила на него презрительный взгляд, он лишь снисходительно улыбнулся. - Я хочу, чтобы вы были со мной, и хочу, чтобы вы стали моей женой. - Этого никогда не будет! – быстро ответила Джулия. Чарльз расхохотался. - Я просил вашей руки у леди Беатрисы, и она дала согласие. От возмущения Джулия чуть не задохнулась. - Своей жизнью распоряжаюсь я сама! - Тем не менее, вашей матушке надоело ваше поведение, и скоро вы станете моей женой, – снисходительно улыбаясь, ответил Чарльз. - Никогда! – выдохнула Джулия. - Вам придется смириться с этим браком, – не обращая внимания на ее возмущения, проговорил граф Квенстон. - Хотите посадить меня в золотую клетку?! Он ничего не ответил, лишь взял ее под локоть и увел в бальный зал. Утомившись от бесконечного приема, Анна ушла в комнату для отдыха, Владимир хотел последовать за нею, но его снова остановил лорд Брокстон, которому очень хотелось поделиться известием о том, что Мадлен Брокколи дала согласие стать его женой. Владимир искренне поздравил друга, и, обещав непременно быть на свадьбе, поспешил за женой. Он вышел в коридор, около зеркала Анны не было. Она собиралась в комнату для отдыха, которая располагалась чуть дальше. Но, заглянув туда, Владимир не обнаружил там жены. В комнате была лишь Пенелопа, которая забеспокоилась, увидев, как встревожился муж Анны, когда она ответила, что давно не видела племянницу. Испугавшись не на шутку, Владимир сбежал вниз по лестнице в холл. И услышал стук отъезжающей кареты. Он выбежал на крыльцо. - Стой! – что есть силы, закричал он, но экипаж через мгновение скрылся из виду.

Klepa: Анна очнулась оттого, что кто-то сильно тряс ее за плечо, приговаривая при этом: - Приходи в себя! Ну же! Она послушно открыла глаза, и в ужасе отшатнулась. - Ты?! - Что? – с издевкой спросил Иван. – Не ожидала?! Я надеялся, что ты по мне успела соскучиться. Она поднялась на ноги, и отступила к стене. - Кинешься мне на шею, начнешь просить прощения за свой побег? – продолжал Иван. Пока он говорил, Анна осмотрелась. Никакой мебели, кроме колченогой кровати, в комнате не было, ужасно пахло сыростью, и стояла пронзительная тишина. - Надеешься, что он спасет тебя, – сказал Иван и захохотал каркающим смехом, потом закашлялся. – Никогда не думал, что мой брат так живуч. Похоронили, и все равно выжил! – он плюнул на пол. - Зачем ты это сделал? - Зачем? – его глаза заблестели – Потому что он законный сын, имеющий титул и поместье. После его смерти все должно было достаться мне! Но мой братец все оставил тебе! Анна с ужасом смотрела, как исказилось от гнева лицо Ивана. Сейчас он меньше всего напоминал того юношу, который пришел к ней, просить о помощи. - Сначала я решил, что тебя можно легко завоевать, жениться на тебе, и прибрать все состояние к рукам. Но мне очень мешал твой управляющий. - Карл Модестович? – удивленно спросила Анна. - Именно он. Ну да бог с ним. Скоро Владимир найдет это местечко и захочет освободить тебя и свести счеты со мной. И уже бог решит кто прав, а кто виноват. - Но Владимир не отвечает за поступки Иван Иваныча, – возразила Анна. Иван скривил губы. - Я так и знал, что ты будешь защищать своего мужа. Я думаю, как лучше: тебя убить на его глазах, или его на твоих? Он приблизился к ней. В его руках не было оружия, но Анна похолодела, увидев в его глазах такую ненависть, что ей стало страшно. - А теперь спи! – он быстрым шагом вышел, щелкнул замок. Она добрела до кровати и без сил опустилась на нее. Разбудил ее шорох. Анна вскочила на ноги и забарабанила кулачками в дверь. - Выпусти меня! Ты не имеешь права использовать меня, как наживку! Если ты считаешь, что Владимир в чем-то пред тобой виноват, дай ему возможность объяснить все самому! Но никакого ответа она не добилась. Всхлипывая, Анна снова села на кровать. Внезапно дверь распахнулась. - Аня! - Володя! – она бросилась мужу на шею. – Ты нашел меня?! – и еще сильнее заплакала. Он только крепче прижал ее к себе. Она жива, здорова и только сильно напугана. - Пойдем скорее отсюда! – Анна вцепилась пальчиками в жесткую ткань его пальто. – Иван вернется и …. - А я уже вернулся! Владимир резко развернулся, закрывая собой жену. - Как трогательно! – восхитился Иван. – Готов рискнуть ради нее жизнью. - Чего ты хочешь? – глухо спросил Владимир. - Твоей смерти! И ее тоже! Она предала меня! – в голосе Ивана появились визгливые нотки. Владимир молчал, оценивая, успеет ли он сбить с ног Ивана, и выбраться с Анной из этой дыры. Он достаточно быстро нашел кучера, который отвозил странную пару: очень нервничающего мужчину и безмолвную женщину, которой стало плохо. За всю дорогу она не произнесла ни звука. - И не надейся! – хохотнул Иван, заметив, как пристально смотрит Владимир – Отсюда уйдет кто-то один. Анна испуганно обняла мужа за плечи. - Не бойся! – тихо прошептал он. - Пуля тебя не берет, может, шпаге повезет больше? – крикнул Иван и бросил клинок брату. Владимир ловко поймал шпагу, и скинул пальто, чтобы оно не мешалось. - Верь мне! – быстро проговорил он Анне, и кинулся на Ивана, тот отскочил в сторону и выбежал в коридор. Владимир наступал, Иван оборонялся. Анна выбежала за ними, с волнением следя за поединком. Дом был старый, половина перекрытий прогнили и рухнули вниз. «Только запомни: захочешь посмотреть налево, оглянись назад. Будешь смотреть прямо, обрати внимание, что творится справа. И, наконец, если станешь смотреть вниз, посмотри вперед», – вспомнила она предсказание Сычихи. Анна обернулась и едва успела отскочить в сторону – часть стены рухнула и раздавила бы Анну насмерть, не обернись она так вовремя. - Анна? – обеспокоено крикнул Владимир и пропустил выпад Ивана, тот ранил его в плечо. – Черт! – схватился Владимир за руку. Разозлившись, он еще яростнее стал атаковать противника. Его гнев радовал Ивана. - Злись! Злись! Ты начнешь совершать ошибки и я, наконец, убью тебя. Усилием воли Владимир взял себя в руки, и дальше его удары стали хладнокровными и целенаправленными. Анна не отводила глаз от дерущихся братьев. Она поняла, что Иван заманивает Владимира в ловушку. Они все выше и выше поднимались по оставшимся перекладинам, клинки звенели, а они сами могли в любой момент сорваться вниз. Прогнившие доски были плохой площадкой для поединка. - Владимир! – закричала Анна, заметив, что Иван подбирает какой-то брусок, воспользовавшись замешательством противника, но крик Анны помешал ему, и он не успел оглушить брата. - Она спасла тебе жизнь! – выругался Иван. - А ты ждал, что она будет спасать тебя?! – отозвался Владимир. Предплечье ныло, старая рана давала о себе знать. Но он прекрасно владел шпагой и левой рукой. Анна хотела шагнуть вперед, но, вспомнив предсказание Сычихи, посмотрела вниз и потом вперед. Обошла ветхую гардину, и высоко задрала голову. Почти под потолком Владимир и Иван яростно дрались, ловко переступая ногами, успевая находить еще способные выдержать их вес доски. - Господи помоги нам! – горячо молилась Анна. Владимир сделал резкий выпад и ранил Ивана в живот. Тот удивленно посмотрел на брата. - Вот и все, – тяжело дыша, проговорил Владимир. - Еще не все, – прохрипел Иван и хотел сбить с ног противника, но зашатался сам и, потеряв равновесие, сорвался вниз. Анна пронзительно завизжала, когда Иван рухнул с огромной высоты всего в нескольких шагах от нее. Владимир аккуратно спустился вниз, и подбежал к брату. - Он мертв. Анна сидела на полу не в силах пошевелиться. Она хотела повернуть голову, что посмотреть на Ивана. - Не смотри туда, – предупредил Владимир, и легко подняв ее на руки, пошел к выходу. Свежий морозный воздух привел Анну в чувство, она расплакалась, прижимаясь к нему, и изредка спрашивая: - Почему? Владимир усадил жену себе на колени, приказал кучеру: - Домой. Стал убаюкивать ее как маленького ребенка. - Как твоя рана? – обеспокоено спросила Анна, справившись со слезами, и попыталась расстегнуть его рубашку. - Дома осмотрим, – вяло отозвался Владимир. Она потрогала его лоб, он был горячим. - Да у тебя лихорадка! – воскликнула жена. Когда они приехали домой, Анна тут же велела позвать Сычиху, и уложила в постель сопротивляющегося мужа, который утверждал, что чувствует себя хорошо, только немного ноет старая рана. Вместе с Сычихой Анна выхаживала Владимира. Тот быстро поправился. Об Иване больше не говорили. Тетушкам сообщили, что на Анну напали, а ее мужа ранили, когда он пытался ее спасти. Элизабет и Пенелопа стали еще теплее относиться к племяннику Адама. Вскоре лорд Горинг женился на Сычихе. Анна с удивлением слушала рассказ о том, что, оказывается, очень давно Надежда и Адам полюбили друг друга. Но, увы, возлюбленный Сычихи был женат, и им пришлось забыть друг о друге. Но когда над любимым племянником нависла угроза, Сычиха осмелилась написать Адаму. Тот с радостью согласился помочь былой возлюбленной. А, встретившись снова, они уже не смогли противостоять чувствам, тем более никаких препятствий больше не было. Эпилог. Лето 1843 год Россия. Анна и Владимир решили остаться в Англии. Петр Михайлович сначала воспротивился такому решению дочери, но потом сменил гнев на милость, и только попросил, чтобы дочь и зять приехали погостить. Ему, как и остальным членам большой семьи Долгоруких хотелось увидеть воскресшего из мертвых Владимира. Джулия де Ламбаль вышла замуж за Чарльза Квенстона, и вскоре они уехали в провинцию. Оставив Лондон и развлечения. Генри Черчилль ввязался в какую-то авантюру и уехал в Америку. Вечерело. На землю спускались сумерки. Две молодые пары сидели за столом, и пили чай. - Я до сих пор не могу поверить… - нарушил тишину Миша, но его оборвала жена, которая услышав стук подъезжающей кареты, закричала: - Приехали! Они приехали! Подхватив длинные юбки, Наташа и Лиза выбежали на крыльцо, за ними вышли Миша и Андрей. - Лиза! Наташа! – радостно воскликнула Анна, выглядывая из экипажа. Сестра и невестка весело помахали ей рукой. Из кареты вышел Владимир, приветливо улыбнувшись родственникам, обернулся, и помог выбраться из экипажа жене. - Володя, – проговорил Миша, не сводя глаз с друга – Я до сих пор не могу поверить, что ты жив…. Я просто… – он замолчал не в силах справиться с эмоциями. Владимир подошел к нему, и протянул руку. - Мишель, это действительно я. Наташа и Лиза промокнули слезы платочком, Анна тоже не смогла сдержать слез. - Пойдемте в дом - сказал Андрей – А то мои сестры и жена затопят всю округу слезами радости. - Лучше плакать от счастья – отмахнулась Лиза. Конец!

Klepa: Объяснение: теперь надо бы объяснить зачем было все так путать. Осенью 2005 я написала две зарисовки: с танцем и вольной, покумекав решила, что и дуэль надо обыграть по-новому. Но как? Ничего путного в голову не приходило, поэтому, мысля осталась недоработанной. Агата Кристи тысячу раз права, когда говорила, что мытье посуды настолько дурацкое занятие, что волей-неволей навевает мысль об убийстве. Во время сего замечательного занятия мне и пришла в голову идея сделать так будто Владимир умер. Но при этом Миха должен был знать, что тот жив. Стала думать над причиной… на мое счастье тогда уже во всю показывали БН в третий раз, и я стала понимать, что никакая сила в мире не заставила бы Вовку исчезнуть. Даже если я бы его опозорила, он бы Анюту подмышку и вперед в другую страну. Глупо было бы уезжать, зная что девица тебя любит, только молчит как партизан. Долго думала, как быть. А потом вспомнила про летаргию! Эврика! Вот оно добровольно-принудительное средство. И, на мой взгляд, оч. удачно получилось. Может с мотивацией героев я немного не додумала, но в целом вышло неплохо, наверное

Роза: Klepa пишет: А потом вспомнила про летаргию! Эврика! Вот оно добровольно-принудительное средство. И, на мой взгляд, оч. удачно получилось. Может с мотивацией героев я немного не додумала, но в целом вышло неплохо, наверное Вышло очень достойно. Во всяком случае, оригинально. Летаргических состояний у нас еще не было.

Gata: Klepa пишет: Глупо было бы уезжать, зная что девица тебя любит За Вову, который до этого не дошел, и за автора, который бы ему этого не позволил!

Klepa: Роза пишет: Вышло очень достойно. Во всяком случае, оригинально. Летаргических состояний у нас еще не было. мурси Gata пишет: За Вову, который до этого не дошел, и за автора, который бы ему этого не позволил! да

ВрЕдинка: Klepa спасибо за такой чудесный рассказ. Владимир в новой ипостасии. Особенно понравилось когда он ревновал к самому себе. Про литоргичесий сон ловко придуманно. Побольше вдохновения на написание таких замечательных рассказов.

Klepa: ВрЕдинка, спасибо за отзыв. но к сожалению, порадовать не чем. думаю период БН у меня закончился, как бы это не было грустно . хотя кто знает может и напишу что-нибудь когда-нибудь



полная версия страницы