Форум » Альков » Пути любви неисповедимы, мелодрама » Ответить

Пути любви неисповедимы, мелодрама

Klepa: Название: Пути любви неисповедимы Автор: Klepa Автор иллюстраций: Анн@ Рейтинг: R Жанр: авантюрный роман Герои: БН и еще несколько дополнительных Время написания: 2006 год Отказ: не ищу коммерческой выгоды. Размещение рассказа вне форума только с согласия автора Примечание: не претендую на историческую достоверность. Примечание 2: мужайтесь!!! Примечание 3: Дружно помним, что Клёпа добрый автор

Ответов - 55, стр: 1 2 3 All

Klepa: Часть 1. Россия, 1839-1841 год. Не спрятать грусть в чужую нежность* - Уходи. – повторил Владимир, на стук захлопнувшейся двери он обернулся. Его комната была пуста, лишь тонкий запах духов еще витал в воздухе. Анна закрыла дверь, и внезапно обессилев, добрела до кресла, устало опустилась в него. Слезы отчаяния и собственного бессилия побежали по лицу, она их вытирала, а они все капали и капали. Девушка поджала под себя ноги, и, уткнувшись лицом в ладони, горько заплакала. - Почему вы не спите? Голос Владимира прозвучал грозно, но тон совершенно не вязался с выражением его лица. - Простите, я не хотела вам мешать. – пробормотала Анна, встала и направилась к выходу. - Идите спать. Вам надо отдохнуть. – мягко проговорил барон. - Как скажете. – обронила девушка и, не оборачиваясь, ушла. Он слышал ее плач, стоя за дверью, и не смог сдержаться, чтобы не выйти из комнаты. Хотелось ее утешить, успокоить, что зря она боится за Мишу. Но вместо этого он отправил Анну спать. Потерпи, еще совсем немного осталось…. Совсем немного. День начался как обычно, Анна помогала Варе на кухне, когда пришла госпожа Болотова и сообщила, что дуэль сегодня. Анна думала, что у нее еще есть время. Вчера Владимир сказал, что дуэль состоится через два дня, как и намечалась. Почему он перенес дуэль? Она надеялась, что ей удастся остановить это безумие, но судьбы распорядилась иначе…. Анна выбежала на крыльцо. Белоснежная пустыня раскинулась пред нею. Солнце ярко светило в небе. Девушка куталась в шаль, не чувствуя холода, просто потому, что та все время норовила упасть с плеч. Она хотела пойти на конюшню, но тут заметила приближающуюся черную точку. Анна замерла на месте. Это был всадник. Но почему он один? Анна зажмурилась, чтобы не видеть кто это. Она хотела предотвратить дуэль и не смогла. Она боялась открыть глаза. Уговаривала себя, что это, скорее всего Никита везет какую-нибудь весть от Долгоруких. Миша с удивлением заметил на крыльце Анну, спешился, бросил поводья подбежавшему слуге и подошел к ней. - Анна – тихо позвал князь. Она открыла глаза и посмотрела на Мишу. Ее зрачки расширились: Не может быть?! Он не мог умереть! Но тогда почему князь приехал один? - Пойдемте в дом – мягко сказал Миша – Вы простудитесь – взял ее под локоть и увел. В гостиной девушка присела на диванчик и закрыла лицо ладонями. - Зачем вы пришли? – спросила Анна. Она словно заледенела, хотя князь ничего ей не говорил: ни плохого, ни хорошего. Но по выражению его лица она поняла, что случилось нечто ужасное. - Надо позвать слуг, и привезти Владимира домой. Он ранен – добавил Миша. Она подняла глаза и посмотрела в его лицо. - Ранен? – переспросила она. Он кивнул. - Вы убили его! Я ненавижу вас! – закричала Анна и набросилась на князя, щедро осыпая ударами. Она колотила по его плечам, груди, везде, куда попадали ее маленькие кулачки. Слезы покатились из глаз. Миша отбивался от ее рук, схватил за плечи и закричал в ответ: - Стрелял не я! Анна, послушайте меня! Стрелял не я! - Не вы? – удивленно спросила она - Но у вас была дуэль?! Первым должен был стрелять он. Миша прицелился в ветку дерева, стараясь не обращать внимания на реплики Владимира, который подначивал его. Вдруг раздался выстрел. Владимир схватился левой рукой за предплечье и непонимающе уставился на князя. Миша оторопело смотрел на своего друга. Стрелял не он. Прогремел второй выстрел и барон упал как подкошенный. Доктор Штерн бросился к нему, а Миша обернулся назад. Скорее всего, стреляли из-за того дерева. Он внимательно огляделся, но вокруг было тихо-тихо, что становилось жутко от этой тишины. Он подошел к дереву и заметил на белоснежном ковре снега следы, но они обрывались через несколько шагов. Словно убийца прилетел на крыльях. - Михаил Александрович – позвал его доктор. Князь повернулся на зов и подошел к Илье Петровичу и Владимиру. - Что с ним? – спросил Миша, склонившись над белым как снег другом. - Барон без сознания – проговорил Илья Петрович – Надо как можно скорее отвезти Владимира домой, где я смогу осмотреть его. Надо позвать людей. - Я поскачу в поместье – сказал Миша – Может перенести его на сани, чтобы не было так холодно. - Лучше не тревожить раны – ответил доктор – Надо поспешить. Он осторожно потрогал два отверстия от пуль и покачал головой. Снял тулуп и накрыл им Владимира. - Торопитесь князь. Миша бросил взгляд на своего друга и направился к привязанным лошадям. Вихрь ткнулся в его лицо своей мордой и тихо заржал. - Он будет жить – проговорил князь, успокаивающе гладя бархатную морду. Вскочил в седло и ускакал. Кто стрелял? Почему именно во Владимира? Его отца убили из ненависти. Неужели и сын погибнет из-за этого яростного чувства? - Вы нашли того, кто стрелял? – вопрос Анны вернул его к действительности. - Нет – повесив голову, ответил Миша – Но я найду! Клянусь вам! Анна покачала головой. У нее еще оставалась надежда, что, Владимир ранен несерьезно, что просто князь преувеличивает. Напрасно разум пытался возразить, что, скорее всего, Миша преуменьшил опасность. Но сердце, глупое сердце, молчавшее вчера, но заговорившее сегодня, не желало слушать рассудок. - Я сейчас позову Никиту и Григория, чтобы они… - она не смогла договорить. Справившись со слезами, она спросила – Его рана очень опасна? - Анна, я не знаю. Сначала Владимира осмотрит доктор. - Хорошо – ответила она, и ушла отдать распоряжение. ________________________________________________________________________ * строчка из песни Софии Нижарадзе «Звезды».

Klepa: Анне пришлось призвать на помощь всю свою волю, чтобы не закричать при виде окровавленного барона, которого несли Никита и Григорий. Она покачнулась, увидев смертельную бледность на красивом лице Владимира. Надежда, что рана неопасна растаяла как льдинка в бокале. - Он будет жить – повторил те же слова, что и Вихрю, Миша Анне. - Если Владимир умрет, я не знаю, как смогу жить дальше – прошептала она. - Вы любите его? – тихо спросил князь. Ответом был только мимолетный взгляд синих глаз, в уголках которых блестели слезинки. Дуэль казалось мальчишеством, ребячеством. Никто не думал, что она обернется трагедией. В спальню барона прошел Илья Петрович, Анна хотела последовать за ним, но доктор остановил ее. - Вам лучше подождать здесь. Девушка молча кивнула и, стараясь не всхлипывать, прижала платочек к глазам. Миша стоял у окна. Они долго молчали, судорожно прислушиваясь к тому, что творилось в спальне. - Причиной дуэли была я, стало быть, это моя вина в том, что произошло – прошептала Анна, и присев в кресло начала нервно раскачиваться. Князь отошел от окна и встал напротив нее. - Анна, но мы не стреляли друг в друга. Стрелял кто-то другой. - Кто? – она посмотрела на князя, и, тот невольно отшатнулся от пустого взгляда синих глаз – Да и какая теперь разница кто стрелял. Мне остается только молиться, чтобы Владимир выжил. - Анна – вскричал Миша – Вы не виноваты в том, что кто-то решил убить Корфа?! - Миша, я… – она не договорила, потому что дверь открылась, и оттуда вышел уставший Илья Петрович. Он сделал знак Анне и Мише. Они отошли подальше от дверей спальни барона. - Анна мужайтесь – просто сказал доктор. Она побледнела. - Илья Петрович, ничего нельзя сделать? – словно чужим голосом спросила она, еще не веря, что все происходит наяву. Только костяшки пальцев побелели, с такой силой она вцепилась ими в спинку кресла. - Барон потерял слишком много крови, будет чудом, если он доживет хотя бы до утра. Анна зажала рот рукой, сдерживая крик. - Я могу его видеть? - Да, он зовет вас. Михаил Александрович, а вы подождите – остановил князя Илья Петрович. - Неужели ничего нельзя сделать? – спросил Миша не в силах до конца поверить, что его лучший друг действительно при смерти. Доктор Штерн покачал головой. - Я уже сказал, что Владимир потерял очень много крови. Первая пуля угодила в старую рану, вторая попала в грудь. Я как мог, пытался остановить кровотечение, но, к сожалению, врачи не боги. Анна неслышно вошла в комнату, на кровати лежал Владимир, его глаза были закрыты, и если бы неестественная бледность, можно было бы подумать, что барон просто спит. Она подошла ближе к постели, и присела на краешек. Казалось невероятным, что еще вчера она пришла к нему, чтобы остановить дуэль. И Владимир был жив и здоров. Только сказать, что любит она так, и не смогла. Неимоверное чувство вины придавливало к земле, не давая глотнуть воздуха. - Анна – с трудом прошептал барон потрескавшимися губами. Она молча смотрела на него, и слезы катились по ее лицу. - Не плачьте – попросил Владимир и попытался изобразить улыбку, но получилась только кривая ухмылка. - Владимир – начала она, но он перебил ее – Там, на столике лежат два документа, возьмите их. Анна вытерла соленые струйки ладонями, чтобы прояснить взор, который застилали слезы. Она встала, взяла два свитка. Один был весь в кровяных пятнах. Она развернула свиток и прочитала. Это была вольная. - Я никогда не хотела получить ее такой ценой – прошептала Анна и снова присела на кровать – Простите меня – и уже не сдерживаясь, разразилась слезами. - Аня, Аня – тихо звал ее барон, с трудом пошевелил рукой и накрыл ее ладошку, теребящую краешек покрывала, своей ладонью – Мне не за что прощать вас. Вы были лучшее в моей жизни. - Вы поправитесь! – воскликнула Анна, слабо веря в свои слова, но она не хотела допускать даже мысли о том, что он может умереть. Жестокий кашель сотряс все внутренности, отзываясь огнем в ноющих ранах. Ее слезы причиняли больше мучений, чем неотвратимая смерть. - Вы прочли второй документ? – спросил Владимир, когда кашель перестал мучить его. Анна послушно развернула второй свиток. - О, Господи – вырвалось у нее – Это завещание… Она уставилась на него. - Да – еле слышно подтвердил Владимир, ему становилось все труднее и труднее говорить – Все остается вам. - Но… - прошептала пораженная Анна – Зачем? - Так хотел мой отец – просто ответил он. - Вы должны жить! И эта бумажка – она потрясла в руке завещание – Не понадобиться. - Анна, я офицер, пусть и разжалованный. Я был на войне, и мне очень хорошо знакомы признаки приближающейся старухи с клюкой. Она сидела как окаменевшая: все слова, чувства, желания замерзли, умерли, исчезли… - Если бы прошлой ночью – тихо проговорила она. Ох, как же ей хотелось теперь повернуть время вспять. - От судьбы не уйдешь – ответил Владимир. Анна молча смотрела в его глаза и с удивлением заметила в них только нежность. - Вы убиваете меня своим великодушием – прошептала она и отвернулась. Ее плечи снова сотряслись от рыданий. - Позовите Мишу – попросил барон и снова закашлялся. - Доктор! – неожиданно тонким голоском позвала Анна, в спальню вошел Илья Петрович, а за ним Миша. Владимир с трудом открыл глаза и, увидев друга, попробовал пошутить: - Дуэль не состоялась, но раненый есть. - Ты видел того, кто стрелял? – спросил князь, не обращая внимания на неуместную шутку. - Да – еле слышно отозвался барон – Это…. – договорить он не сумел, жестокий кашель снова сотряс все внутренности. - Кто это был? – повторил Миша, и подошел ближе. С одной стороны кровати стояла Анна, держась за стойку постели, с другой князь. Илья Петрович пытался прощупать пульс, но безрезультатно. Владимир еще раз кашлянул, протянул руку к Мише. - Это… - привстал и, не договорив, откинулся на подушки, его глаза закрылись, и в наступившей тишине больше не было слышно прерывистого дыхания умирающего. - Кто? Кто это был? – вскричал князь. Доктор Штерн пытался привести барона в чувство, но, увы… Не издав не звука, Анна сползла по стойке кровати на пол. Пришла в себя она, сидя в кресле, около нее стоял Миша с бокалом вина. - Выпейте – и буквально силой заставил Анну выпить обжигающую жидкость. Она поперхнулась и замахала руками. - Достаточно – прошептала она и вернула полупустой бокал князю. - Я найду того, кто это сделал! Клянусь вам. Анна прикрыла глаза и откинулась на спинку кресла. - А что изменится оттого, что вы найдете убийцу. Раньше мне казалось, что стоит поймать человека убившего дядюшку и все станет как прежде – она покачала головой – Но ничего не изменилось, более того княгиня дома, она больна. И даже если вы найдете убийцу Владимира, это не сможет вернуть его. Горе сковало все чувства и эмоции. Она ни о чем не думала, и ничего не чувствовала. Даже слез не было…. Слезы катятся тогда, когда вы еще на что-то надеетесь, но когда надежда исчезает безвозвратно, плакать бессмысленно. Анна медленно встала с кресла. - Но я не смогу жить, не наказав того, кто это сделал?! – вскричал Миша. Анна подошла к нему и положила руку ему на плечо. - Именно поэтому вы его найдете – тихо прошептала она и ушла. Приготовления к похоронам взял на себя Карл Модестович. Анна же ходила как в прострации. Ее выражали соболезнования, она что-то вежливо отвечала на слова сочувствующих, но если бы потом ее спросили что и кому она говорила. Анна ни за что бы, ни вспомнила. Во время отпевания в церкви Анна еле стояла, если бы ее не поддерживал под руку князь Репнин, девушка упала бы. Местные кумушки усердно мололи языками. Молодой Корф умер, оставив все воспитаннице отца. - А вы знаете, что если бы Владимир не умер, то они поженились бы? – горячо шептала Амалия Густавовна на ухо Василисе Никитичне. - А вы знаете, что это она его отравила? – зашептала в ответ княгиня Суворова. - Да что вы – удивилась баронесса, обозлившись, что не она первой узнала такую новость. - А состояние барон оставил ей, потому что Анна была его любовницей – присоединилась к ним Апполинария Дормидонтова. Только Амалия Густавовна открыла рот, чтобы сказать очередную гадость, как отец Павел начал обряд и баронессе пришлось прикусить язычок, как и остальным сплетницам. Они напустили на себя скорбный вид и принялись осенять крестным знаменем. Словно не они только что распространяли грязные слухи о Владимире и Анне. - Я поражаюсь, как у княгини хватило наглости явиться на похороны? – прошептала Анна Мише, показывая глазами на семейство Долгоруких. - Ей поставили ультиматум Лиза и Андрей. Марье Алексеевне пришлось согласиться, тем более она больна и вряд ли понимает, что происходит. Лиза Долгорукая прижимала платочек к глазам, не скрывая слез, около нее тихо плакала Соня. Лиза хоронила свою первую любовь, а Соне было просто жалко молодого барона, хотя она никогда не относилась к нему с симпатией за то, что он пренебрег ее старшей сестрой. В углу всхлипывала Варя, и остальные домочадцы Корфов. Полина бросала ненавидящие взгляды на Анну, но та ничего не замечала. Ее взгляд был прикован к гробу. «Господи прости меня – горячо молилась она про себя – Ты великодушен, ты простишь. И ты меня простил – обратилась она к Владимиру – Но я себя вряд ли….». Когда настала пора прощаться, и начали подходить к гробу, княгиня Долгорукая обронила: - Бедный мальчик. Анна держалась, как могла, но когда стали опускать домовину в могилу, она закричала: - Стойте. Ему же будет холодно! Миша еле удержал ее, чтобы она не упала в яму, а когда девушка вдруг обмякла в его объятиях, и потеряла сознание, местные кумушки дружно решили, что Анна беременна. В оцепенении прошло еще несколько дней. Анна не помнила, что она делала. Кажется, она лежала в кровати и ее кормила Варя с ложечки. Приходил Миша и говорил, что убийца не найден, но он ищет и не теряет надежды найти этого подлеца, кто бы он ни был. - Повезло же нашей белоручке – проговорила Полина, медленно вышагивая по кухне. Варвара шинковала капусту, изредка вытирая слезы кончиком фартука. - Чем это ей повезло? – сурово спросила кухарка. - Старый барон ее одевал как принцессу, младший оставил все состояние – и протянула руку, чтобы взять яблоко, но Варвара шлепнула Полину по руке – Ой, ты что ополоумела?! - Креста на тебе нет, – ответила Варвара – Только молодого барина похоронили – всхлипнула она – Я ж его совсем маленьким помню, а ты… все о деньгах да, о том, как Аннушке повезло?! Чем же ей повезло-то?! Иван Иваныча отравили, Владимира Иваныча застрелили. - Да проклят этот дом – припечатала Полина, ей все-таки удалось стянуть яблоко, пока Варвара вытирала слезы – Надо убираться отсюда. Анька добрая, напишет мне вольную и поминай, как звали. - Дура ты Поля! – услышала она голос Карл Модестовича, – О каком проклятье ты несешь? Девушка резко обернулась назад. - Карл Модестович, а как еще назвать, что происходит?! - Полина у тебя работы мало? – поинтересовался управляющий – Может тебе еще добавить обязанностей, чтобы языком не молола. Полина фыркнула и удалилась с кухни. Варвара снова промокнула глаза и принялась шинковать капусту. - Варя ты не переживай, все образуется – неожиданно решил поддержать Карл Модестович кухарку, и удалился. Та удивлено посмотрела ему в след. Странные речи говорит управляющий. Только недавно блаженным ходил, а теперь вроде как в себя пришел.

Klepa: Александр вошел в кабинет к отцу. Император сидел в кресле и читал бумагу. - Мальчишки! – отшвырнул от себя документ Николай, заметив сына, добавил – Вам лишь бы пулю в лоб пустить из-за какой-нибудь юбки. И совершенно не думаете к каким последствиям это может привести. - Отец, что случилось? – не понимающе спросил наследник. Бой подушками с Натали прошел замечательно, и битву с отцом Александр проигрывать не собирался. - Что случилось? – тихо переспросил император - Барона Корфа застрелили. - Что? – побледнел Александр – Кто? Когда? Николай встал из кресла и начала нервно расхаживать по кабинету. - У них была дуэль с князем Репниным – император запнулся, его глаза гневно сверкали и испытывающее смотрели на Александра, тот потупился, не выдержав взгляда отца – Хорошо, что вы понимаете, что я имею в виду – одобрил Николай – Ребячество, мальчишество! Я теряю верноподданных из-за каких-то глупостей. - Но совсем недавно вы были другого мнения о бароне – удивился наследник. Отец мотнул головой. - Каждый может передумать. Александр во время прикусил язык. Иначе ему пришлось бы напомнить отцу, что император не должен менять своих решений. - Погодите, вы говорите, что дуэль была между Корфом и Репниным, т.е. Михаил застрелил Владимира? - Нет, в докладе князя написано, что стрелял кто-то другой и Михаил не успокоиться, пока не найдет убийцу. По-хорошему я должен был бы наказать его за непослушание и пренебрежение к царским указам, но мне он нужен в уезде. Странные дела там творятся – проговорил император – Пусть ищет убийцу барона, а за одно и разузнает, что там делается. Только у Владимира нет наследника. И род Корфов угас. Кстати, он все оставил воспитаннице отца. Александр молча слушал отца, когда тот закончил и кивком головы отпустил его, наследник вышел из кабинета. Анна зашла в библиотеку. Невольно ее взгляд остановился на двери в спальню. Прошло девять дней, а она так ни раз и не зашла в эту комнату. Карл Модестович говорил ей, что это хозяйская спальня, и Анна должна переехать в нее. Но девушка не могла и не хотела жить в комнате, где умерли двое людей, играющих в ее жизни главные роли. А теперь они ушли, оставив ее одну…. Совсем одну. Миша навещал ее во время болезни, клялся, что найдет убийцу. Только Анне не становилось легче от его визитов. Наоборот, визиты князя были ей в тягость. «Хватит бояться призраков!» - сказала она себе и решительно зашла в спальню. Там ничего не изменилось. Тот же столик около кровати, те же портьеры на окнах, та же картина, за которой спрятан сейф, тот же шкаф в углу…. Но чего-то не хватает…. Или кого-то…? Девушка подошла к кровати и на миг зажмурилась. Потом открыла глаза. Белоснежное покрывало без единой морщинки, взбитые подушки лежали в идеальном порядке. Анна подошла к одной из стоек кровати, прижалась к ней лбом, и предательские слезинки побежали из глаз. Нет, она не сможет спать в этой комнате! Пусть она самая удобная в этом доме, но жить в ней Анна не станет. Раздалось деликатное покашливание, девушка испуганно обернулась. - Простите – кланяясь, проговорил юноша, теребя в руках свою шляпу – Мне бы поговорить с Иван Иванычем или Владимиром Иванычем. Анна разглядывала молодого человека, удивительным образом похожим одновременно и на дядюшку и на Владимира, хотя между собой отец и сын совсем были не похожи. - Кто вы? – глухо спросила она, не решаясь с порога сообщить посетителю, что те, кого он ищет уже в могиле. Юноша замялся. - Мое имя Иван Иванович Заморенов. Мой отец Иван Иванович Корф. - Кто? – ахнула Анна. У нее в глазах потемнело, и она едва не лишилась чувств. - Иван Иваныч мой отец – повторил он - Меня матушка назвала в его честь – простодушно пояснил юноша. - А кто ваша мать? - Вдова полковника Заморенова. Она сейчас вышла замуж за князя Потемкина. А я решил найти отца и брата. Анна не знала, что сказать Ивану. - Пойдемте в кабинет. Юноша послушно последовал за ней. Она распорядилась, чтобы принесли чай. - А Иван Ивановича и Владимира дома нет? – поинтересовался Иван, украдкой бросая взгляды на незнакомку, в глухом черном платье. Анна поставила чашку на столик и, посмотрев в карие глаза юноши, тихо произнесла: - Иван… - она запнулась – Иванович, мне очень жаль, но ваш отец и брат скончались. Она смахнула непрошенную слезинку с ресниц, и сделала вид, что разглядывает узор на паркете. Юноша заморгал. Звякнула чашка от неловкого движения. Анна подняла глаза на Ивана. Тот чуть не плакал. - Тогда мне только в омут – его губы задрожали, и нос зашмыгал. - Почему? - Я так надеялся, что они мне помогут. А когда отца и брата не стало? И кто вы? – в свою очередь спросил Иван. - Я Анна Платонова. Поместье Корфов теперь принадлежит мне. - А я подумал, что вы моя сестра – смущенно проговорил юноша. Анна невольно рассмеялась, и словно серебристый колокольчик зазвенел в воздухе. - Я воспитанница Иван Ивановича – сказала она. О том, что она была крепостной, Анна умолчала. - Я умоляю вас, позвольте мне остаться у вас. Я хотел просить отца, пожить у него – отводя взгляд, пробормотал Иван – Знаю, это вызовет пересуды и сплетни, но я больше не могу выносить упреков отчима. Девушка растерялась. Заметив ее смятение, юноша быстро проговорил: - Хорошо, я уйду. Только покажите, а где похоронен мой отец и брат. Анна тяжело вздохнула. - Я покажу вам. Она вышла, чтобы переодеться, и не видела странный взгляд, которым проводил ее Иван. На погосте было тихо. Три могилы, три надписи и три ушедшие жизни. Анна стояла в стороне, давая возможность Ивану побыть наедине со своими мыслями. Вдруг птичка весело зачирикала, и от ее беззаботного пения девушка заплакала. «Почему? Ну почему?» - шептала она тихо-тихо. Иван подошел к ней. - Простите мою настойчивость. Я только расстроил вас, попросив проводить меня сюда. Анна ничего не ответила. Они молча пошли к дому. Спустя несколько недель. Карл Модестович спешил в кабинет. Его вызвала Анна, и теперь управляющий бежал со всех ног. Немного придя в себя после тяжелой утраты, девушка стала вникать в дела поместья, и скоро Карл Модестович почувствовал, что маленькая ладошка Анны все больше и больше ограничивает его власть. В бывшей крепостной оказался талант не только к пению и музицированию, но и способность вести дела. Он вошел в кабинет и замер на месте от открывшейся картины. Совершено бессознательно Анна скопировала позу предыдущего владельца поместья. Она сидела в кресле, сложив ладони домиком и уткнувшись в них носиком, что-то шептала, изредка делая пометки на бумаге. Скорее всего, девушка что-то считала. - Карл Модестович – заметила Анна управляющего – Вы-то мне и нужны. Он тряхнул головой, прогоняя наваждение, и подобострастно склонившись, спросил: - Что угодно, барыня? Анна закусила губу, чтобы не расхохотаться, настолько комично выглядел Карл Модестович. - Мне угодно знать, куда пропали десять тысяч, которые вы взяли на покупку леса? Ни леса, ни денег нет. Как вы объясните это? Управляющий посмотрел в глаза девушки, но Анна не собиралась отворачиваться. «Решила отомстить мне за все унижения» - подумал он. - Вот деньги – протянул Карл Модестович перевязанные ленточкой ассигнации – Лес был плохой, и я его не стал покупать. А деньги вернуть не успел. Анна сделала вид, что поверила. Напоследок, когда со всеми срочными делами и вопросами было покончено, она добавила: - Карл Модестович, будете воровать, я найму другого управляющего. Станете хорошо работать, жалованье также повыситься. - А хорошо это как? – насмешливо уточнил он. Она проигнорировала его иронию. - Не воровать. - Тогда я уже хорошо работаю, и требую повышения жалованья – нагло усмехаясь, ответил Карл Модестович. Анна откинулась на спинку кресла, и снова сложила ладони домиком. - Я пока этого не замечаю. Управляющему очень хотелось, чтобы вернулось прошлое, когда эта девчонка не имела над ним никакой власти. Но, увы, прошлое не воротишь, и теперь Анна его хозяйка, а не наоборот. - Пришел Иван Иванович Заморенов – доложил Григорий. - Иду – ответила Анна и поднялась – Надеюсь, мы друг друга хорошо поняли? – спросила она управляющего. Карл Модестович кивнул, но когда девушка проходила мимо него, остановил ее, дотронувшись рукой до ее руки. - В чем дело? Что вы себе позволяете? - На вашем месте я бы не доверял этому мальчишке – тихо проговорил управляющий. - Почему? – удивилась Анна. Гадая про себя с какой целью он настраивает ее против Ивана. Карл Модестович неопределенно хмыкнул. - Он не так прост, каким кажется. - И это мне говорите вы? – насмешливо осведомилась девушка – Бросьте ваши уловки, Карл Модестович. И вышла из кабинета. Управляющий от ярости стукнул кулаком по столу. Глупая девчонка! Ивану пришлось вернуться домой. Отчим настоял на том, чтобы отправить юношу в кадетский корпус. Именно из-за этого пасынок и сбежал из дома. Надеясь получить поддержку от отца и брата, и избежать участи военного. Но, побывав в доме своего настоящего отца, вспомнив, что мать рассказывала о полковнике, и, наконец, услышав рассказы об Иване Ивановиче и Владимире от Анны, Иван перестал сопротивляться своей участи и поступил в кадетский корпус. Когда у него появлялось свободное время, он мчался в Двугорское, чтобы навестить Анну. - Анна – радостно улыбнулся он, заметив ее. Она улыбнулась в ответ. - Рада вас видеть. Они присели на диван. Юноша, захлебываясь от впечатлений, что-то рассказывал, а Анна внимательно слушала, только иногда чуть заметно вздрагивала. Потому что Иван то наклонял голову как дядюшка, то начинал смеяться как Владимир. Прошло полгода с момента смерти Владимира. Удивительные вещи произошли в уезде. Местные кумушки с удвоенной быстротой мололи языками. Уж больно много событий случилось за последний месяц. Во-первых, князь Долгорукий нашел свою незаконнорожденную дочь. Ею оказалась Анна Платонова, воспитанница барона Корфа. Во-вторых, Елизавета Петровна Забалуева развелась со своим мужем, и более того, Андрей Платонович уехал. В-третьих, все та же Елизавета Петровна вышла замуж за князя Михаила Репнина, который безуспешно пытался найти убийцу молодого барона Корфа. Да так и не нашел. - Сестрица, ты все просиживаешь за расчетными книгами – влетела в кабинет Лиза, и, чмокнув Анну в щеку, уселась в кресло, весело размахивая шляпкой. Анна улыбнулась и отложила бумагу. - А ты все такая же неугомонная – пожурила она сестру – Только вернулись из свадебного путешествия, а ты готова к новым подвигам. Мне Миша на тебя жалуется. Лиза невинно распахнула глаза. - И на что же он жалуется – притворно рассердилась она. - Что ты неуправляема, своенравна и прочее. - Тоже самое говорит и папенька – отозвалась Лиза – Я уже привыкла. А тебе надо прекращать сидеть дома. В конце концов, у тебя есть управляющий, пусть у него голова болит, что делать с поместьем. Анна рассмеялась. - Если я дам слабину Карл Модестовичу, он меня по миру пустит. Сестра, подумав, согласилась. - Только ты сегодня идешь с нами на пикник! - Хорошо – улыбнулась Анна. Лиза убежала, а она еще долго сидела и смотрела в окно. Полгода прошло, а убийцу так и не нашли. Злые языки поговаривали, что это Сычиха невесть, зачем пристрелила любимого племянника, а потом окончательно сошла с ума после его гибели. Анна не общалась со старой женщиной, но знала, что Варвара раз в месяц отправляет Сычихе продукты и дрова. На пикнике было весело. Беззаботное настроение Лизы, теперь уже Репниной, было заразительным. - Анна, я так давно вас не видел – задыхаясь от волнения, начал князь Суворов, сын Василисы Никитичны – Вы стали еще прекраснее. Девушка улыбнулась, но ничего не ответила. Алексей давно ухаживал за ней, несмотря на недовольство матери, которая постоянно повторяла: - Я не позволю единственному сыну жениться на незаконнорожденной дочери князя Долгорукого прижитой от крепостной девки. На возражения Алексея, что Петр Михайлович признал Анну своей дочерью, Василиса Никитична отвечала: - Я своего благословения не дам! Князь разрывался между почтительностью и уважением к матери, и вспыхнувшей любовью к Анне. Но больше всего Алексея расстраивала холодность возлюбленной, она с благодарностью и учтивостью принимала знаки его внимания, но ее глаза оставались холодными, словно два замерзших озера. Вот и сейчас, он дышать боится в ее присутствии, а она даже не смотрит в его сторону, а наблюдает, как брат и его невеста играют в догонялки. - Андрей, ты проиграл – весело сказала Наташа – Я первая добежала до этого дерева! Князь Долгорукий улыбнулся. - Что угодно даме? - Я хочу вон тот цветок – показала невеста на огромный красный цветок, росший посередине лужайки. - Анна, выходите за меня замуж. - Что? – девушка обернулась и с удивлением посмотрела на Алексея. - Выходите за меня замуж. Если вы согласны, я сейчас же пойду к вашему отцу – он собрался подняться с мягких подушек и встать, но Анна остановила его. - Ваше предложение слишком неожиданно для меня – проговорила она, и мягко улыбнулась – Алексей, вы замечательный, но… - Вы не любите меня – грустно закончил князь – Но я люблю вас! - Вы считаете, что этого достаточно? – спросила Анна. Алексей не смог выдержать ее прямого взгляда и отвел глаза. - Вы полюбите меня! – воскликнул он – Я сделаю для этого все возможное и невозможное. Девушка только улыбнулась, и согласно кивнула. Семья приняла ее по-разному. Петр Михайлович без конца повторял, что очень виноват пред нею, Анне приходилось постоянно убеждать папеньку, что она счастлива, быть его дочерью. С сестрами, Лизой и Соней Анна дружила с детства, даже не подозревая о родственных узах. С Андреем тоже были ровные отношения. А вот княгиня…. Марья Алексевна пришла в себя, оправилась после удара, и перестала быть или притворяться умалишенной, особенно, когда поняла, что Анна не станет мстить за смерть Иван Иваныча. Княгиня и Анна открыто не враждовали, словно заключили негласный договор о мире, который однажды Марья Алексевна нарушила, явившись в дом баронов Корфов. - Я пришла поговорить с тобою – с порога заявила мачеха. Анна оторвалась от бумаг, и поднялась со стула, чтобы поприветствовать гостью. Позвонила в колокольчик, явилась Полина. - Чай? – спросила Анна у княгини. Та кивнула. - Принеси нам чаю – распорядилась Анна и Полина ушла. Вскоре она вернулась с подносом. Подождав, пока Полина уйдет, Марья Алексевна сказала: - Петр сошел с ума, когда признал тебя. - Я счастлива оттого, что обрела семью – кротко ответила девушка – Если вы о деньгах то, как видите, я не нуждаюсь. Княгиня огляделась: портьеры на окнах поменяли, мебель перетянули, да и все вокруг стало еще богаче, чем было при прежних владельцах. - Вижу, что у тебя есть способности вести дела – одобрила Марья Алексевна, Анна ждала, когда княгиня скажет все дежурные любезности и перейдет к истинной причине своего визита. - Но я пришла не затем, чтобы расхваливать тебя. Я хочу, чтобы ты уехала отсюда. Девушка непонимающе уставилась на княгиню. - Уехать? Но куда? И зачем? - По уезду ходит слишком много сплетен, и главная героиня их ты – сурово ответила Марья Алексевна – Сонечке надо выйти замуж за достойного человека. - Простите, не понимаю при чем тут я? – искренне недоумевала Анна. - Во-первых, ты принимаешь в своем доме Ивана Заморенова, а всем известно, чей он сын – сказала, как выплюнула княгиня – Во-вторых, ты совершенно вскружила голову бедному Алексею, мне Василиса Никитична жаловалась давеча, что он не слушает ее. И мечтает жениться на тебе. - В своем доме я буду принимать того, кого захочу – твердо ответила Анна – Что же касается Алексея. Я не давала ему повода думать, что согласна стать его женой. - На чужой роток не накинешь платок – проговорила Марья Алексевна. Уже жалея, что поддалась минутной слабости и пришла просить помощи у падчерицы. Но надо было что-то делать с бесконечными сплетнями о семействе Долгоруких. Одна отрада, что Марфа умерла, так и не узнав, что ее дочь жива. - Ради будущего Сонечки – напомнила княгиня – Будь все-таки осмотрительнее. Девушка согласно кивнула, но клятв не давала. Перед тем как уйти Марья Алексевна сказала: - Или выходи как можно скорее замуж за Алексея Суворова. Анна ничего не ответила и мачеха ушла.

Gata: Ммм, какое ностальжи! Помню эту необычную и увлекательную историю, будет приятно пролистнуть, вспомнить героев и перипетии сюжета, посмотреть иллюстрации

Klepa: Gata, мурси . хотя я малек перемудрила .

Светлячок: Крутенько Что там дальше?

Klepa: Светлячок, дальше еще круче . мурси за внимание.

Klepa: Снег мягко падал на землю. Анна прятала озябшие руки в муфточку. - Ты слишком легко оделась – посетовал Иван. - Ничего – отозвалась она, и еще раз посмотрела на кресты – Неужели год прошел? Мне даже не верится…. Юноша неопределенно хмыкнул. - Я их так и не узнал – в его голосе слышалось сожаление. Анна молча посмотрела на него. - Пошли домой, ты замерзла – сказал Иван и взял ее под локоть. Девушка послушно последовала за ним, а потом сказала: - Нет. Я пойду к Сычихе. - Зачем? – напрягся юноша. Он так и не познакомился со старой ведьмой. - Так надо – ответила Анна – Иди домой один. - Но ты заблудишься – запротестовал Иван. Она улыбнулась. - Я здесь выросла и не могу заблудиться в лесу, в котором в детстве играла в прятки. Он нехотя отпустил ее, но идти вместе с ней, Ивану не хотелось. - Какие гости в моей избушке – удивилась старая женщина, увидев Анну на пороге. Девушка слегка дрожала – Да ты замерзла, дитя мое. Садись – приказала Сычиха, и протянула Анне чашку с горячим напитком – Пей, согреешься. - Спасибо – поблагодарила девушка, отпила глоток – Вкусно. Это чай? - Нет, травы – ответила Сычиха и села напротив девушки. - А почему вы так внимательно на меня смотрите? – поежилась Анна от пронизывающего взгляда старой женщины. - Пытаюсь тебя взглядом согреть – уклончиво ответила Сычиха. «Сказать – не сказать? Но что будет, если я скажу? Что от этого изменится?». Чтобы ни обращать внимание на пристальные взгляды Сычихи, Анна стала разглядывать хижину. Она не была здесь очень давно, только совсем маленькими они прибегали сюда с Лизой. Из любопытства наблюдая за Сычихой. Печка, кровать за ширмой, стол, лавки, все как раньше. Странное чувство не давало Анне покоя, оно словно гнало ее отсюда, но и удерживало здесь. Она пришла к Сычихе, потому что ее потянуло сюда. Но зачем? Они никогда не были близкими друзьями. Только однажды, во время отпевания Иван Иваныча, старая женщина сказала Анне слова, которые та никак не могла забыть…. Но смысл их помнить? Прошлое не изменишь, да и не вернешься назад. - Сегодня год как… - начала Анна и запнулась, проглотила комок в горле. «Бедная девочка» - подумала Сычиха. - У вас все хорошо? – перевела разговор девушка – Дрова, продукты все есть? - Все в порядке – успокоила ее старая женщина, и взяла за руку. Анна дернулась и испуганно посмотрела в черные глаза Сычихи – Не бойся – тихо проговорила она – Я тебе ничего плохого не сделаю. - Я знаю – ответила Анна, и страх отступил – Я пойду – она поднялась. - Ступай – сказала Сычиха. Девушка подхватила муфточку и выбежала из хижины, словно ее кто-то гнал оттуда. - Вот ты и сделала свой выбор – грустно прошептала старая женщина. После визита к Сычихе Анна заболела. Ее мучил жар. Несколько дней ей пришлось пролежать в постели. Варвара кормила ее бульоном, и причитала: - Что же это такое? Отчего не уберегли барышню – налетела кухарка на Ивана, когда вышла из спальни Анны в библиотеку. - Она хотела сходить к Сычихе – отбивался юноша – Я пытался ее отговорить, но ты же знаешь, какой она бывает упрямой. Варвара покачала головой и ушла. Иван нервно начал расхаживать по кабинету. Прошел год, а он ни на йоту не приблизился к конечной цели. Через несколько дней Анне стало лучше, и доктор разрешил ей погулять в саду. Девушка медленно шла по аллее, рядом с ней шагал Иван. - Анна, нам надо поговорить – начал он, когда они подошли к скамейке. Она уселась и, повернув к нему голову, ответила: - Хорошо. Давай поговорим. Я тебя слушаю – и внимательно посмотрела в его глаза. - Анна – начал Иван, запнулся на мгновенье, но потом взял себя в руки – Я люблю тебя! – выпалил он, с надеждой глядя на нее. Она весело рассмеялась. Заливистый девичий смех нарушил тишину зимнего сада. Если бы только Анна знала, какой болью отзывается этот смех в груди человека, который любит ее больше жизни. Качнулась ветка, это птица улетела в небо. Иван не понимал причину ее веселья, и напряженно ждал ответа. - Прости меня – извинилась Анна – Я не хотела тебя обидеть своим смехом. - Что ты мне ответишь? – допытывался юноша. - А разве ты задавал вопрос? – спросила она. - Ты меня любишь? Анна бросила на него быстрый взгляд и отвернулась. Она не знала ответа на этот вопрос. Как и тогда…. Неужели в ее жизни все повторится? Алексей тоже любит ее, но она не готова ответить на его чувство. Впрочем, как и на любовь Ивана. - Иван, ты хороший, добрый и замечательный. Он резко встал, и отошел к дереву. - Прости, что не сдержался – глухо сказал он. - Давай, оставим все, как есть – тихо попросила Анна – Я пока не могу…. – и замолчала. Иван повернулся к ней лицом, с удивлением она заметила, что его глаза сверкают от ярости. - Ты до сих пор любишь его? - Кого? – не поняла Анна. - Ты прекрасно понимаешь о ком я – резко проговорил он. - Иван Иванович! – вскричала она – Вы не имеете права задавать мне подобные вопросы и тем более требовать на них ответа! Она встала со скамейки и направилась к дому, ее щеки горели от гнева. Иван чертыхнулся, и пошел за ней. Вечером Анна пришла в церковь, чтобы помолиться. Поставила свечки, и уже собралась уйти, как в дверях столкнулась с Сычихой. Прихожане зашушукались, но старая женщина не обращала внимания на шепот, а взяла Анну за руку и отвела в угол церкви. - Тебе страшно? – тихо спросила она девушку. - Нет. А почему я должна бояться? – так же тихо спросила Анна. Черные глаза Сычихи буквально прожигали ее насквозь, но она не отводила взгляда. - Ты смелая – одобрила Сычиха – Ты справишься! Только запомни: захочешь посмотреть налево, оглянись назад. Будешь смотреть прямо, обрати внимание, что твориться справа. И, наконец, если станешь смотреть вниз, посмотри вперед. Договорив это Сычиха, быстро перекрестилась, и вышла из церкви, оставив ошеломленную странным предсказанием Анну одну. И снова пришла весна, потом лето, прошла осень, опять наступила зима. Анна скакала по снежному ковру на лошади, ей было так легко и спокойно. У Лизы и Миши родилась дочь, которую назвали Екатериной. Андрей и Наташа поженились, и тоже ждали прибавления в семействе. За Сонечкой стал ухаживать друг Алексея, Владислав Ртищев. Только Анна никак не хотела выходить замуж. Петр Михайлович сетовал, что хочет понянчить внуков, на что она отвечала, что есть Катюша и скоро будет еще один внук или внучка, ребенок Андрея и Наташи. Алексей продолжал свои ухаживания, не теряя надежды, что неприступная крепость после долгой обороны все-таки падет. Василиса Никитична смирилась с тем, что ее невесткой станет незаконнорожденная. В глубине души она надеялась, что Анна не согласиться выйти замуж за ее сына. Иван больше не говорил с ней о любви, но иногда Анна ловила на себе странные взгляды юноши, и не могла отделаться от мысли, что в чем-то виновата пред ним. Она остановила лошадь на вершине холма, и залюбовалась снегом, который сверкал во всем своем великолепии на ярком солнце. Анна немного привстала в стременах, и закричала: - Эгегегей! И рассмеялась. - А теперь пора домой – тихо прошептала девушка Звездочке на ухо, и повернула лошадь к дому. Как вдруг Звездочка недовольно фыркнула, Анна успокаивающе погладила ее по холке. - Все хорошо. - Анна – помахал ей Алексей, и направил коня к ней. Она обернулась. Звездочка снова фыркнула и вдруг понесла, Анна завизжала от ужаса, лошадь неслась, не разбирая дороги. Алексей скакал за ней, пытаясь догнать Звездочку. Анна держалась, сколько могла, но руки ее обессилили, и она свалилась в сугроб, а Звездочка поскакала дальше. - С вами все в порядке? – спросил Алексей, помогая девушке встать. В ее глазах застыл немой ужас, князь посадил ее на поваленное дерево и деловито ощупал ноги и руки. - Кости целы. От холода и страха у Анны застучали зубы. - Все, все – прошептал Алексей – Все прошло – и, осмелев, обнял ее за вздрагивающие плечи, она неожиданно прильнула к его груди и заплакала – Анечка, все хорошо. Все обошлось. - Звездочка – всхлипнула она. - Мы ее найдем – пообещал Алексей. Поздно вечером Звездочку поймали и привели в конюшню, она вела себя смирно. - Я нашел ее около ручья – рассказывал Григорий – Она спокойно стояла, и не пыталась убежать. - Но она понесла не с того, не с сего – сказала Анна, кутаясь в шаль. Варвара уже напоила ее успокаивающим чаем, да и поддержка Алексея сыграла свою роль. Девушка была искренне рада тому, что не оказалась одна в снегу, так далеко от дома. - Я ее осмотрел, и не нашел ничего особенного – ответил Григорий. - Погоди – остановил его Алексей, и подошел к Звездочке. Лошадь мирно стояла, и ткнулась в него мордой, прося что-нибудь вкусное, князь дал ей сахар, а сам встал на скамью и осмотрел спину Звездочки – Анна, взгляните. Она подошла, и, опираясь на руку Алексея, встала на скамейку. - Видите? – спросил он. - Вижу – глухо ответила Анна. Вся спина Звездочки была поцарапана. - Но чем? - Григорий принеси седло – распорядился Алексей, тот взглянул на хозяйку, Анна кивнула, и слуга ушел. - Возьмите барин – протянул Григорий седло. Князь осмотрел седло. - Вот почему Звездочка понесла – и достал огромный железный шип. - Но зачем? – спросила Анна и подняла на него глаза, полные страха и ужаса, ее губы дрожали. - Я не знаю – ответил Алексей – Возможно, хотели убить вас. - Меня? – удивилась она. Князь взял ее под локоть, и они ушли из конюшни в кабинет. Полина принесла чай. - Но кому могло понадобиться убивать меня – недоумевала Анна. Алексей не успел ответить, потому что дверь распахнулась, и вошли князь и княгиня Репнины. - Тебя хотели убить? – спросила Лиза, и поцеловала сестру в щеку. - Звездочка понесла, я упала, и если бы Алексей не оказался рядом – девушка улыбнулась, а сердце князя заколотилось. Неужели у него есть надежда? - Может она чего-то испугалась – предположил Миша и сел в кресло. - Под седлом мы нашли вот это – ответил Алексей и протянул Мише железный шип. Князь Репнин взял шип и, покрутив его в руке, нахмурился. - Человека, который стрелял во Владимира, мы так и не нашли. По лицу Анны пробежало облачко, но потом она снова улыбнулась. - Мы его обязательно найдем! – похлопала мужа по руке Лиза. - Прошло слишком много времени, – посетовал Миша. - Вы думаете, это один и тот же человек? – спросила Алексей, задумчиво поглаживая подбородок. - Я не знаю. В любом случае, Анна, соблюдайте осторожность и пока воздержитесь от прогулок верхом.

Klepa: Варвара резала овощи, и что-то изредка бормотала под нос. - Варя, доброе утро! – поздоровалась Анна. - Аннушка! – обрадовалась кухарка девушке. – Не думала, что ты так рано встанешь. Еще не рассвело, а ты уже на ногах. Али дума какая спать не дает? Или сердечко девичье в томлении бьется? – подмигнула Варвара. Ответом был тяжелый вздох. - Варечка, я запуталась! – сказала Анна. – После того случая, когда Звездочка понесла, князь Суворов от меня ни на шаг не отходит, – и смутилась от пристального взгляда кухарки. - А он тебе нравится? Девушка пожала плечами. - Он милый, добрый, но… - Но ты его не любишь, – закончила за нее Варвара. - Не знаю, – честно ответила Анна. – Потом еще Иван… - А что с ним? – удивилась кухарка, и отправила нарезанные овощи в чугунок, потом вытерла руки о фартук и села рядом с Анной. - Он теперь тоже взялся меня оберегать. Ох, Варя, мне кажется, что история повторяется, – тихо прошептала девушка. – И хотя Иван и Алексей никогда не были друзьями, они соперники. Варвара покачала головой. - Аннушка, ты должна стать счастливой, выйти замуж, родить детей. - Я знаю, – девушка резко поднялась. – То же самое мне говорит папенька. Но я не хочу выходить замуж, не любя. Стерпится – слюбится, не более чем иллюзия. - А может, ты до сих пор Мишу любишь? – спросила кухарка, и осеклась, услышав веселый смех хозяйки. - Нет, Варя. Мишу я люблю только как брата, мужа моей сестры. - Но если твое сердце свободно, почему бы не попытать счастья с Алексеем или Иваном? Анна снова присела рядом с Варварой. - Не знаю…. Может, ты и права. - Ой, девонька, совсем ты мне не нравишься, – прошептала Варвара, а когда Анна быстро отвернулась от нее, добавила. – Уехать тебе надо. Ты и тогда уехать хотела, но не могла. А теперь ты вольная, сама себе хозяйка. - Ты мне тогда сказала, что тот, кто люб, всегда со мною будет в мыслях… – тихо прошептала девушка. - Тебе в себе разобраться надо. И самое главное, не говори ни тому, ни другому, куда и зачем уехала. Анна задумалась. - Куда ж мне уехать? В Петербург, так там Иван. В Москву? Но где там жить…. - Ты с отцом поговори! – посоветовала кухарка. – У Петра Михайловича много родственников. К кому-нибудь поедешь в гости, заодно развеешься, посмотришь новые места, авось, и мысли в порядок приведешь.

Klepa: Часть 2. Англия 1842 год. А я хочу к тебе, мой прежний* Анна искренне радовалась, что ее путешествие подходит к концу. Петр Михайлович противился решению дочери уехать на некоторое время. Но неожиданно на сторону падчерицы встала Марья Алексеевна. Делала она это не без выгоды для себя. К Сонечке сватался Владислав Ртищев, друг Алексея, и княгине хотелось, чтобы Анна была подальше от дома. Хотя Василиса Никитична намекала, что было бы неплохо справить сразу две свадьбы: и Сони с Владиславом, и Анны с Алексеем. Но Марье Алексеевне хотелось, чтобы праздник был только у ее дочери. Тем более пришло письмо от дальних родственников Петра Михайловича, которые писали, что им скучно, и что они хотели бы познакомиться со своей внучатой племянницей. Все складывалось как нельзя лучше. Только Сонечка расстраивалась, что сестра уедет раньше ее свадьбы. Анне тоже хотелось присутствовать на столь знаменательном событии младшей сестренки. В конце концов, порешили на том, что Анна уедет на следующий день после венчания. Княгиня сначала разозлилась, но когда поняла, что согласия выйти замуж за Алексея падчерица не давала, успокоилась и была любезна и приветлива с Анной. В глубине души Марья Алексевна надеялась, что за время отсутствия Анны, успеет прибрать поместье Корфов к рукам. Но девушка оказалась хитрее и попросила присмотреть за поместьем и Карлом Модестовичем, который клялся, что копейки не возьмет лишней, Лизу и Мишу. Которые с радостью согласились пожить в доме сестры. Алексею и Ивану она отправила письма, в которых говорила, что уезжает на некоторое время, и просит не искать ее. А сейчас она едет в дом своих новых родственников. Петр Михайлович рассказывал, что сам еле помнит тетушку Элизабет и тетушку Поппи, которую на самом деле звали Пенелопой. Карета остановилась пред величественным и строгим зданием. Анна невольно поежилась, так мрачно выглядел дом. Дворецкий распахнул дверь, и она очутилась в огромном холле. - Сюда, мисс – сказал мажордом. Анна прошла в гостиную. - О, Энн, вы приехали – с восторгом сказала тетушка Поппи, и хотела подойти к девушке и обнять, но ее остановил холодный взгляд старшей сестры. Элизабет сухо кивнула гостье. - Не угодно ли чаю? – голос у Элизабет был словно надтреснутый, но не неприятный. - Благодарю вас – Анна присела в реверансе, немного обескураженная таким холодным приемом. Она посмотрела на тетушку Поппи, та тепло улыбнулась ей, как бы извиняясь за свою сестру. Анна села на диван. Принесли чай. Во время беседы девушка украдкой разглядывала новых родственниц. Казалось невероятным, что эти две женщины родные сестры, настолько они были не похожи между собой. Элизабет была высокой и статной, в волосах у нее уже виднелась седина. Она выглядела надменной и чопорной, как истинная англичанка. Из ее прически не выбивалось не единого локона, говорила она тихо, медленно, и казалось, взвешивала каждое слово. Пенелопа была полной противоположностью. Когда она разговаривала, кудряшки из ее прически выбивались, потому что она всегда смеялась. Было видно, что она очень хочет походить на свою старшую сестру, потому что Пенелопа обрывала свой смех, и напускала на себя вид, как ей казалось величественный и надменный. Но через несколько минут она снова начинала болтать без умолку и весело хихикать. Постепенно неловкость пропала, обе женщины старались, чтобы гостье было уютно. - Деточка, да вы засыпаете на ходу – мягко проговорила тетушка Элизабет – Сильверс – позвала она дворецкого. - Да, мэм. - Проводи нашу дорогую племянницу в ее комнату. - Благодарю вас – сказала Анна, смущенная, что ее зевки украдкой стали заметны. И она не думала, что сдержанная Элизабет проявит по отношению к ней такую чуткость – Но я действительно очень устала. - Вам надо отдохнуть. Путешествия зимой очень утомительны – добавила Пенелопа, в ее глазах светилась радость. Девушка ушла. Сестры переглянулись. - Ты тоже это заметила, да? – тихо спросила Элизабет. Пенелопа кивнула. - Она так похожа на бедняжку Дженнифер. - Одно лицо – отозвалась Элизабет – Бедная девочка теперь ломает голову, почему я так холодно приняла ее? Пенелопа похлопала сестру по руке. - Все будет в порядке. Утром Анна встала отдохнувшая. Ей что-то снилось, но что именно как девушка не пыталась, так и не смогла вспомнить. - Доброе утро! – поздоровалась она, спустившись в столовую. Тетушки уже сидели за столом. Элизабет приветливо улыбнулась. - Как вы отдохнули? - Спасибо, – поблагодарила Анна. – У вас очень уютный дом. - Мы поселили вас в комнату нашей покойной сестры – защебетала Пенелопа – Вам все понравилось? - Да. - Анна, я надеюсь, вы не очень утомлены путешествием? – заботливо поинтересовалась Элизабет – Дело в том, что сегодня у нашей очень близкой подруги, леди Черчилль, светский прием, и мы хотели бы, чтобы вы пошли с нами. Анна заверила милых тетушек, что будет счастлива, познакомиться с их друзьями и с радостью пойдет с ними. Вечером, когда Мэгги уложила ее волосы в красивую прическу, Анна, глядя в серебристую гладь зеркала, прошептала: - Я буду веселиться. И ни о чем не думать. Возможно, тогда моя душа обретет покой и умиротворение. Огромный зал, много людей в различных туалетах, драгоценные камни искрились в свете множества свечей. К концу приема Анна очень устала. Тетушки знакомили ее со всеми своими друзьями. Поначалу Анна пыталась запомнить имена и титулы людей, которым была представлена, но потом оставила эту затею, решив, что запомнить все равно не удастся. Она очень много танцевала. Кавалеры наперебой приглашали ее, очарованные русской красавицей. Двое мужчин сидели в нише и наблюдали за танцующими парами. - Какая красавица! – произнес граф Квенстон. - Вы думаете? – спросил лорд Брокстон, лениво потягивая вино. - Конечно. Вы не знаете, она чья-то любовница? - Насколько мне известно, она ни с кем не состоит в любовной связи. Но зачем она вам? - Люблю красивых женщин. - А вы видели ее глаза? Как две льдинки. - Льдинки? – удивился граф Квенстон. - Да. Чарльз задумался: - Странно, пока я встречал только одного человека с ледяными глазами. - Девушка приехала из России, и не замужем, находится под опекой сестер Уиндем. Мой друг, любовные интрижки хороши только с замужними дамами, или, в крайнем случае, с веселыми вдовушками – подмигнул лорд Брокстон. - Но так упоительно сорвать первым цветок невинности… – задумчиво произнес граф, не отводя глаз от Анны. – Я женюсь лет в сорок – заявил лорд Брокстон. Граф рассмеялся. - Ни за что не поверю в то, что вы, Джон, когда-нибудь женитесь. Да не родилась еще та женщина. - Тогда умру холостяком! – весело проговорил лорд Брокстон. ______________________________________________________________________ * строчка из песни Софии Нижарадзе «Звезды».

Klepa: - Спасибо, – поблагодарила Анна сэра Уильяма, который помог ей сесть на стул. - Вы ослепительны - глупо улыбнулся он. Она учтиво кивнула, и закрыла лицо веером, чтобы скрыть улыбку. - Не угодно ли выпить? – спросил Генри, сын леди Черчилль. - Вы очень любезны – ответила девушка. Она утомилась за время приема. Столько комплиментов Анна не слышала за всю свою жизнь. Восторги и восхищение в глазах молодых людей был приятны. Леди Черчилль, слывущая строгим нравом, очень тепло приняла ее. Анна, оглядываясь по сторонам, рассматривая наряды дам, их украшения, слушая веселую болтовню своих кавалеров, ей казалось, что она попала в сказку. Варвара была права. Ей необходимо было уехать, чтобы привести свои мысли и чувства в порядок. Кто знает, если бы ей это удалось сделать два года назад, может, и не случилось бы той ужасной трагедии? - Леди Анна, вы чем-то расстроены? – участливо спросил сэр Уильям, полностью покоренный красотой, манерами, и умом княжны Долгорукой. - Простите, мне нехорошо, – извинилась Анна и встала, поискала глазами тетушек, но Элизабет и Пенелопы нигде не было видно. Она поспешила покинуть своих кавалеров, пока они не опомнились и не вызвались ее проводить. Анна вышла из бального зала. Проходя мимо одной из дверей, она задела платьем вазу, стоящую на полу. Кружево зацепилось за вылепленный орнамент, девушка наклонилась. - Никогда! – раздался женский голос. – Слышите, никогда мужчины не бросали меня! Своих любовников всегда бросала я! - Хоть в чем-то я буду у вас первым, – насмешливо ответил мужской голос. Анна покраснела, невольно она подслушала чужой разговор. Она пыталась освободиться, но пальцы плохо ее слушались. Раздался звук пощечины. - Мерзавец! - Был рад знакомству, – беспристрастно ответил мужской голос. Анна услышала приближающиеся шаги, страшась быть застигнутой врасплох дернула платье, и освободилась из плена. Ваза угрожающе накренилась, девушка протянула руку, чтобы удержать вазу на месте. Анна отступила на один шаг назад, распахнулась дверь, и кто-то налетел на нее, едва не сбив с ног. - Простите, сударыня! – извинился незнакомец. Анна, приподняв вуаль, не сдержала вскрика: - Владимир?! Его брови поползли вверх. - Мы знакомы? – поинтересовался он, с интересом разглядывая девушку. Анна смешалась. - Но… - Вы ошиблись, сударыня, – мягко проговорил незнакомец, поцеловал ее руку, поклонился и стремительным шагом направился в зал. - Что б тебе провалиться, негодяй! – из комнаты выскочила эффектная брюнетка. Ее глаза сверкали от ярости, черные локоны, уложенные в замысловатую прическу, отливали синим, как вороново крыло. Она сделала вид, что не замечает Анну, и направилась за незнакомцем. Анна стояла на месте, прижимая руки к горящим щекам. Первым ее желанием было броситься за незнакомцем и узнать его имя, но это было неприлично. - Энн, вот вы где. - Тетушка, – обернулась Анна. - А мы везде вас ищем. Мы уже едем домой. Пойдемте, попрощаемся с радушными хозяевами. Леди Черчилль мило улыбнулась Анне. - Леди Анна, надеюсь, вам понравилось у нас? - Мама, вы смущаете нашу гостью, – ответил за девушку Генри. – С нетерпением буду ждать новой встречи, – тихо проговорил он, целуя ей руку. Анна смутилась и кивнула. Тетушки были довольны. Дебют их подопечной был блестящим. Когда Анна ушла спать, Элизабет и Пенелопа не смогли отказать себе в удовольствии поговорить о прошедшем бале. - Может девочка встретит здесь свое счастье? – мечтательно проговорила Пенелопа. - Тебе охота заниматься свадебными хлопотами, – пожурила ее сестра. Пенелопа смутилась. - Я была бы рада, если бы Анна осталась в Англии, – призналась Элизабет. - А тебе не кажется, что мы должны отписать Петру Михайловичу, если кто-нибудь будет просить руки его дочери? Элизабет не удержалась и фыркнула. - Пока это не случилось, мы ни о чем не должны писать. - Мне кажется, что Генри очень заинтересовался Анной, – осторожно сказала Пенелопа. - Мне это не нравится, – скривила губы сестра. – У него такая ужасная репутация, и только уважение к его матери позволяет ему бывать в приличных домах. Иначе бы все отказались его принимать. А ее дочь? Вот не позавидуешь Беатрисе с таким выводком. Пенелопа согласна закивала. Ночью Анна долго не могла уснуть. Ее сердце начинало, бешено колотиться, стоило вспомнить, как она столкнулась с двойником Владимира Корфа. Сейчас ей казалось, что она придумала, что они похожи. Ворочаясь с боку на бок, Анна мучилась вопросами, на которых пока не было ответа. У Ивана Иваныча были еще дети, кроме Владимира и Ивана? У Владимира был брат-близнец? Но почему она ни разу о нем ничего не слышала? Кто же этот человек, едва не сбивший ее с ног, всячески отрицающий факт, что они знакомы? Заснула девушка только под самое утро, и спустилась к завтраку позже остальных.

Светлячок: Про Англию не слабо. Там еще нашу кралю не видали Первый фик у Клепы, где мне Анна не нравится. Т.е. она не плохая-хорошая, а - никакая. Обычная. Нет в ней изюму. Физиономия на коллажах у нее к тому же унылая. Прости, Клепик, но я говорю, что думаю. Klepa пишет: А тебе не кажется, что мы должны отписать Петру Михайловичу, если кто-нибудь будет просить руки его дочери? Кому она нужна-то кроме Вовки

Klepa: Светлячок пишет: Первый фик у Клепы, где мне Анна не нравится. Т.е. она не плохая-хорошая, а - никакая. Обычная. Нет в ней изюму. Физиономия на коллажах у нее к тому же унылая. Прости, Клепик, но я говорю, что думаю. навен тада последний, потому что всю ВА дописанную уже выложила а чего прости? говоришь, что думаешь, это хорошо . я перемудрила в этом фф, как-то не айс самой .

Светлячок: Klepa пишет: говоришь, что думаешь, это хорошо Спасиб за понимание Я пороюсь в твоих фиках, может чего еще откопаю. Не сразу, т.к. столько вованны в меня не лезет. Буду чередовать

Klepa: Светлячок пишет: Я пороюсь в твоих фиках, может чего еще откопаю. Не сразу, т.к. столько вованны в меня не лезет. Буду чередовать после ВА выложу Саш-Нату в современности .

Klepa: это я такой свинтус??????? или это глюк борды??? начала выкладывать давно законченный фик и остановилась на полпути????? м-дя... отмаза про девичью память кажется, уже не пройдет а почему у меня текст съезжает на кайму по бокам? картинки все уменьшенные, тогда почему такой фокус

Klepa: - Энн, вы бледны сегодня, – обеспокоилась Элизабет. – Вас утомил вчерашний вечер? - Нет, тетушка, – улыбнулась девушка. – Не спалось. Мысли не давали покоя. Сестры переглянулись. - Какие мысли? – осторожно поинтересовалась Пенелопа, кудряшки снова выбились из прически, но она не обратила на это никакого внимания. - Думала о доме, все ли в порядке, – солгала Анна и, чтобы больше не отвечать на вопросы тетушек, принялась за завтрак. - Ни о чем не думайте! – сказала ей Элизабет. – Вы приехали отдохнуть. Если что-то случится, родные пришлют вам весточку. - Жаль, что остальные не смогли приехать с вами, – посетовала Пенелопа, и ее лицо омрачилось печалью. – С тех пор как Дженнифер – это наша младшая сестра, – вышла замуж за двоюродного брата вашего отца, мы никого не видели из семейства князей Долгоруких. - Она приезжала сюда спустя три года после свадьбы, – добавила Элизабет. – Но это было так давно. - А потом они погибли, – с горечью проговорила Пенелопа. – И Дженнифер, и Сергей, и малыши, – ее глаза наполнились слезами. - Мне жаль, – Анна дотронулась до руки тетушки. - Энн, вы так на нее похожи, – сказала Элизабет, промокнув слезы платочком. – Мы поддерживали отношения с вашей прабабушкой, но когда она умерла, связь оборвалась. Ваш отец писал крайне редко, а последние несколько лет не писал вовсе. - Он написал нам полгода назад, – оживилась Пенелопа, и кудряшки весело закачались в такт движению ее головы. - И нам захотелось познакомиться с вами, – добавила Элизабет. - Я счастлива, что у меня есть такие тетушки, – растроганно сказала Анна, смахнув слезинку с ресниц. Поначалу она испугалась строгих манер Элизабет, но сейчас она знала, что за показной строгостью скрывается доброе и отзывчивое сердце. Весь день прошел в беседах о прошлом, о настоящем. Обе тетушки интересовались жизнью новой родственницы. Анна рассказывала обо всем, о чем могла поведать. О некоторых эпизодах она умолчала: о танце Саломеи, о том, как приходила ночью в спальню к Владимиру, боясь, что тетушки не поймут и осудят ее. Узнав о ее крепостном прошлом племянницы, сестры заохали, заахали. И наперебой стали осуждать старого барона за то, что он осмелился сделать крепостной девкой княжескую дочь. Анна защищала Ивана Иваныч, говоря, что ни в чем не нуждалась: ни в любви, ни в ласке, но Элизабет и Пенелопа остались при своем мнении. Они живо интересовались обстоятельствами, при которых выяснилось, что Анна дочь Петра Михалыча. Рассказывая о смерти Владимира и последующих событиях, девушка не совладала со своими чувствами и разрыдалась. Перепуганные старые леди начали утешать девушку. - Энн, вы еще встретите настоящую любовь, – увещевала ее Пенелопа. - Тетушка, я вчера на приеме встретила человека, очень похожего на Владимира, – Анна подняла глаза, полные слез. Элизабет нахмурилась. - Если вы не представлены друг другу, то вы не должны с ним разговаривать. Анна замолчала. «Сударыня, вы ошиблись». Но она не могла ошибиться…. Голос? Девушка встрепенулась. Голос тот же, тогда она просто не обратила внимания смущенная оттого, что подслушала чужой разговор, и взбудораженная множеством впечатлений от поездки и прошедшего вечера. Сейчас, когда волнение улеглось, любопытство не давало покоя. Тетушки, обеспокоенные бледностью Анны, сказали, что сегодняшний вечер проведут дома. И хотя гостья уверяла, что чувствует себя хорошо, старые леди были непреклонны. За неторопливой беседой и чаем время пролетело незаметно. Едва щека Анны коснулась подушки, как девушка сразу заснула. Вечер в доме леди Черчилль проходил не так мирно, как у старых леди Уиндем. - Как он смеет так со мной обращаться! – бушевала маркиза Джулия де Ламбаль, в девичестве Джулия Черчилль. - Успокойся, сестрица – лениво проговорил Генри – Ты знала, что интрижка с лордом Ричардом Ардингли продлиться недолго. Молодая женщина фыркнула. - Я тебя предупреждал – назидательно сказал брат. - Да пошел ты к черту со своими предупреждениями! – окончательно разозлилась Джулия – Он посмел бросить меня!!! А когда я влепила ему пощечину, заявил, что был рад знакомству. Ужасный человек! Она повернулась к брату, ища у него поддержки, но Генри запрокинув голову, захохотал так, что стеклянная посуда в буфете начала слегка позвякивать. - Надо будет запомнить – отсмеявшись, сказал брат – Как избавиться от надоевшей любовницы. - Лучше помоги мне заполучить его обратно – Джулия грациозно присела на диван рядом с братом, и заискивающе глядя в карие глаза, добавила – А я тебе тоже чем-нибудь помогу. - Ох, Джулия, ты никогда не смиришься с отказом – подразнил сестру Генри. - Я не из тех женщин, которых можно бросить, ничего не объяснив! – ее глаза снова начали метать молнии. - Рискну предположить, что ваши отношения просто исчерпали себя – заметил брат. - Что? – Джулия резко встала с дивана и начала нервно расхаживать по комнате. – Я хочу за него замуж! – выпалила она. - Джули, за кого ты хочешь замуж? – спросила леди Черчилль, она подошла к сыну, тот послушно поцеловал ее в щеку, и присела рядом. - За Ричарда Ардингли. Беатриса наморщила носик. - Дорогая, он менее знатен, чем ты. Его дядя странный человек. - Мне все равно – отмахнулась дочь – Я хочу за него замуж. Мать беспомощно посмотрела на Генри. - Оставьте, матушка – ответил сын – Все равно вы не переубедите Джулию. Она так упряма. - Я настойчива – возразила сестра – Наш роман продлился гораздо дольше, чем с остальными, и это давало мне возможность надеяться – заметив внимательный взгляд матери, Джулия прикусила язык. - Я никогда не дам своего согласия на этот брак. - Мне все равно – ответила дочь – После смерти Жана мне досталось огромное состояние, да и сам Ричард не беден. Его дядя, лорд Горинг, поможет племяннику, своему единственному наследнику. - Джулия, это не прилично бегать за мужчиной – назидательно сказала мать. - Я хочу за него замуж! – упрямо повторила дочь, и топнула ножкой обутой в изящную атласную туфельку – И без вашей помощи или с нею, я добьюсь своего! – и, подхватив юбки, убежала. - Бедняжка до сих пор не может оправиться после гибели Жана – с сочувствием прошептала мать. Генри во время прикусил язык. Когда маркиз Жан де Ламбаль умер, его молодая вдова отправила письмо в Англию матери, в котором писала, как она несчастна, что горе ее безмерно. Беатриса жалела дочь, и чтобы помочь ей пережить утрату, написала Джулии, что та может вернуться домой, где близкие и родные люди поддержат ее. С родственниками со стороны мужа Джулия была не в ладах. Но леди Черчилль не знала, что писем было два. Второе было на имя Генри. Это письмо до сих пор лежит в его секретере, Генри Черчилль никогда ничего не выбрасывал, даже крохотные записочки. В том письме Джулия писала, что рада избавиться от семейных уз, что муж настолько надоел ей, что она решила завести любовника. Но увы, с ними жила мать Жана, Жозефина, которая пристально следила за невесткой. Поэтому когда Жан погиб на охоте, это была трагическая случайность, Джулия с облегчением вздохнула. Этот брак устроила ее мать, и хотя первые несколько месяцев Джулия тепло относилась к мужу, то в последнее время он ее начал безумно раздражать. Она вернулась домой. После положенного срока траура, молодая вдова с удовольствием окунулась в развлечения, и суматоху балов. Генри задумчиво погладил подбородок. Теперь его неугомонной сестрице снова захотелось замуж. «Это будет непросто» - подумал Генри и самодовольно улыбнулся своим мыслям, вполуха слушая болтовню матери. Он любил сложные задачи. Если Джулия хочет заполучить Ричарда, брат с удовольствием ей в этом поможет.

Gata: Klepa пишет: а почему у меня текст съезжает на кайму по бокам? картинки все уменьшенные, тогда почему такой фокус Над ссылочкой на песню Нижарадзе в первом посте была слишком длинная черта. Счас всё окей

Klepa: Вечерело. В огромном кабинете за массивным столом, весь заваленным бумагами сидел молодой мужчина и пристально смотрел на огонь в камине. - Ричи, ты еще не спишь? – спросил лорд Горинг, заглянув в кабинет. - Нет, дядя. Очнулся от своих грез молодой человек. - Ты сегодня рано вернулся – проговорил Адам. Ричард улыбнулся. - Вам не нравится, когда я возвращаюсь под утро, вам не нравится, когда я прихожу рано. На вас не угодишь. Дядя сел напротив него, и задумчиво посмотрел на племянника. - Что-то случилось? - Нет – отмахнулся молодой человек. Лорд Горинг неопределенно хмыкнул. - Ясность появилась? – спросил Адам, глядя на бумаги. Племянник тяжело вздохнул и глухо ответил: - Нет. Все как раньше. Никакой определенности. Лорд Горинг похлопал его по плечу. - Все наладится – и вышел. - Конечно – согласился Ричард, и он снова уставился на огонь в камине, словно тот мог ему подсказать, что делать и как быть дальше. Следующий день прошел, как и предыдущий, с той лишь разницей, что Элизабет и Пенелопа отправились в магазин и взяли с собой Анну. Старые леди были искренни и милы, гостье было приятно в их обществе. На следующий день Анна с тетушками снова пошли в гости. На этот раз к леди Брокколи, которая отличалась веселым и беззаботным нравом. Светские приемы в ее доме проходили шумно и весело. В отличие от строгих правил в доме леди Черчилль, которая потворствовала желаниям своих детей, но об остальных судила со всей строгостью. Напрасно старалась Анна найти в толпе мужчин высокую фигуру незнакомца, его нигде не было видно. Девушка приуныла. Она очень хотела снова увидеть этого человека, чтобы окончательно понять, что просто перепутала. За эти два дня Анна беспрестанно себе твердила, что незнакомец похож на Владимира, и то самую малость. - Леди Анна, вас что-то беспокоит? – спросил Генри, вальсируя с русской красавицей и недовольный тем, что Анна украдкой смотрит по сторонам, а не на него. Она мило улыбнулась, и кокетливо наклонив голову, ответила: - Нет, сэр Генри. Он сделал вид, что поверил в искренность ее слов. Тем более что после его замечания девушка больше не отводила глаз и смотрела только на него. Генри сыпал комплиментами, ему нравилась Анна, в какой-то момент в голове молодого лорда мелькнула мысль, а не пора ли ему жениться. Мысль была настолько странной и несвойственной для его характера, что Генри на мгновение остановился. Анна не заметила странного выражения на лице молодого лорда. - Я устала, проводите меня к тетушкам – попросила она, когда танец уже закончился. Они подошли к небольшой нише, в которой сидели сестры Уиндем. - Благодарю вас за танец – Генри поклонился, поцеловал руку девушки, поздоровался с тетушками Анны, и поспешил откланяться, сославшись на необходимость разговора с лордом Брокстоном. - Энн, лорд Черчилль проявляет к вам интерес – начала Элизабет, но ее прервал веселый смех девушки, старая леди поджала губы, но в ее глазах были смешинки. Пенелопа посмотрела на сестру, и подмигнула ей. - Простите, простите, тетушка Элизабет – справившись со смехом, попросила Анна – Только напрасно сэр Генри сыплет комплиментами и пытается ухаживать за мной. - Дорогая, вы приехали в Англию не затем, чтобы выйти замуж – напомнила Пенелопа. Девушка кивнула. - Я приехала, чтобы разобраться в своих чувствах – тихо прошептала Анна и в ее глазах появилась грусть. - Энн, нельзя грустить на балу – назидательно проговорила Элизабет. Анна еще раз кивнула. Она настолько задумалась, что даже не заметила, как к ним подошел представительный седоватый мужчина, тетушки стали, оживлено беседовать с ним. Спохватившись, что Анна давно молчит, Пенелопа тронула девушку за руку, и когда та повернулась к ней, сказала: - Позвольте представить вам нашего старого друга, лорда Адама Горинга. Анна присела в реверансе, и, подняв глаза, онемела. Рядом с лордом Горингом стоял незнакомец, и улыбался одними уголками губ. - Рад знакомству – лорд Горинг поклонился – А это мой племянник, лорд Ричард Ардингли. Старые леди поджали губы. Они не жаловали племянника Адама, но держались с ним вежливо и учтиво. - Княжна Анна Долгорукая, наша родственница – представила Анну Элизабет. Девушка не сводила глаз с Ричарда, и молча подала ему руку для поцелуя. Узкая ладонь слегка дрожала, выдавая волнение, молодой человек с удивлением посмотрел на Анну. Та робко улыбнулась. - Позвольте пригласить вас? – спросил Ричард ее. У нее хватило сил только кивнуть. - Дядя, леди Элизабет, леди Пенелопа – учтиво поклонился Ричард, и увлек Анну в центр зала. - Красивая пара – невольно восхитится лорд Горинг. - Адам, как бы мы хорошо не относились к вам. Вашему племяннику никогда не жениться на нашей родственнице – резко ответила Элизабет. Ее обеспокоила странная немота Анны, та словно окаменела, когда увидела Ричарда. Неужели и она станет очередной жертвой попавшей в когти этому хищнику. Пенелопа ободряюще сжала руку сестры. - Мы этого не допустим – уверено заявила она, словно прочитала мысли Элизабет. - Дай-то Бог – прошептала сестра – Лорд Черчилль проявляет к нашей подопечной интерес, теперь еще племянник Адама. Анна девушка благоразумная, но все может случиться. - Все будет в порядке – прошептала Пенелопа. Лорд Горинг ничего не слышал. Он только смотрел на вальсирующих Ричарда и Анну, и не мог унять странное волнение. «Будь счастлив, мой мальчик – подумал он – Ты это заслужил как никто». - Досадная ошибка исправлена – тихо прошептал Ричард. - Какая же? – не поняла Анна, с трудом унимая бешено колотящееся сердце. - Теперь мы знакомы – ответил он, не сводя с нее глаз. Девушка смутилась от такого пристального внимания с его стороны, и залилась краской. - Я вас смутил? – насмешливо спросил Ричард. Анна бросила на него изумленный взгляд и снова отвела глаза. Все ее надежды, что Ричард и Владимир немного похожи, растаяли как льдинка в бокале. Они были не просто похожи, а очень похожи! Даже тембр голоса был таким же. - Я не привыкла к такому вниманию со стороны мужчин – вышла она из неловкого положения, не желая выдавать свои истинные чувства. Она решила незаметно все разузнать о Ричарде. Он удивленно приподнял бровь. - В России живут слепцы? - Отчего же? – к ней вернулась, утраченная было уверенность. - Они не оценили вашу красоту? Он уверенно вел ее в танце, и не старался невзначай прижать к себе крепче, чем полагалось, в отличие от лорда Черчилля. - Если это так, то они были слепы. Анна внимательно посмотрела на него. Ричард снова улыбался одними уголками губ, и не сводил с нее взгляда. - А ваш дядя, лорд Горинг давно знаком с тетушками? – перевела она разговор на безопасную тему. - Не знаю – честно ответил Ричард. Не в силах вынести его насмешливый взгляд, Анна отвернулась. У нее сложилось впечатление, что он видит ее насквозь. Тем временем как сам остается для нее тайной. - А кто были ваши родители? – спросила она, надеясь найти в его словах хоть что-то, что могло бы ее натолкнуть на разгадку. Лорд Ардингли ответил не сразу. - Адам и моя мать были братом и сестрой. Я их совсем не помню. Родители умерли, когда я был совсем маленьким. Меня воспитывал дядя, его жена к тому времени тоже скончалась – добавил он совсем тихо. Анна вздрогнула, заметив, как в зал входит маркиза Джулия де Ламбаль. Теперь она знала как зовут эффектную брюнетку, с которой она столкнулась в коридоре. Вчера леди Черчилль и ее дочь навещали тетушек, и Анна познакомилась с дочерью Беатрисы. Ревность сжала сердце. Ричард так же заметил Джулию, но никак не отреагировал на ее появление. - Вы устали? – заботливо спросил он у Анны, когда та несколько раз сбивалась с такта. - Немного – смущенно ответила она. Он отвел ее к тетушкам, и ушел к дяде, который разговаривал с графом Квенстоном.

Klepa: Анна пыталась привести мысли в порядок, но они словно испуганные птички метались в ее голове. «Это просто совпадение – твердила она про себя – Бывает же, что люди просто похожи между собой». Почему она не спросила во время танца? Теперь Анна корила себя за то, что постеснялась задать мучающий ее вопрос. Тетушки оживлено беседовали с леди Брокколи и не замечали, что их родственница чем-то озабочена. Зато это заметил Генри и поспешил к Анне. - Он ветреный. - Кто? – не поняла девушка и удивлено посмотрела на лорда Черчилля. - Ричард Ардингли – пояснил Генри и присел рядом с ней – Скажу вам по секрету, что он и моя сестра собираются объявить о помолвке. Но пока это тайна – и заговорщически подмигнул ошеломленной Анне. Генри решил одним выстрелом убить двух зайцев: подготовить сплетню, что Джулия и Ричард собираются пожениться, и уничтожить соперника в глазах Анны. Он нутром чувствовал, что девушка проявляет симпатию к лорду Ардингли, и что она ему тоже понравилась, а Генри не терпел соперников. И чтобы уничтожить их: морально или физически был готов на все. - Простите, мне надо выйти – Анна поднялась и исчезла в толпе танцующих пар, прежде чем Генри успел что-либо возразить. Напрасно девушка искала Ричарда среди гостей в зале. Его нигде не было, и лорда Горинга она тоже не видела. Джулия де Ламбаль весело смеялась над шутками графа Квенстона. Увидев ее Анна замедлила шаг. И уже хотела оставить свою затею, но потом пересилила себя и решительно направилась к выходу. Тем более ей показалось, что в проеме дверей мелькнула знакомая фигура. Она выбежала в коридор. - Подождите – закричала Анна Ричарду, который уже поворачивал за угол, но он не услышал ее просьбы, и исчез за поворотом. На миг Анна растерялась. Она и так пренебрегла всеми приличиями, но ждать больше не было сил. Она хотела все разузнать сегодня. Поэтому она глубоко вздохнула, и направилась следом за Ричардом. Она заметила, как он вошел в какую-то комнату. Она постучала в дверь. - Войдите. Анна робко вошла в комнату. - Не закрывайте дверь – насмешливо предупредил ее Ричард – Это хоть как-то спасет вашу репутацию. Девушка вспыхнула, но не ушла. - Простите мою настойчивость, но вы так похожи на одного… - Анна запнулась, лорд внимательно смотрел на нее – Очень близкого и дорогого мне человека. Я… Она что-то еще говорила, но Ричард не слушал ее слов, он только слышал нежный голос, который журчал как ручеек, смотрел, как двигаются ее губы, как сияют ее глаза. Прежде чем Анна успела опомниться, мужские руки властно притянули ее к себе, а горячий рот накрыл ее губы требовательным поцелуем. Она хотела оттолкнуть лорда, смущенная и возмущенная его поведением. Анна пыталась вырваться, но у нее ничего не получалось. Ричард жадно целовал ее, словно измученный путник, припавший к живительному источнику. У нее не оставалось сил на сопротивление, и она взбудораженная его поцелуем, поцеловала его в ответ. - Что здесь происходит? Голос леди Черчилль прозвучал, как гром среди ясного неба. Ничуть не смущаясь, Ричард ответил вопросом на вопрос: - А что случилось? Он загородил собой Анну, давая ей возможность прийти в себя. Девушка испуганно выглядывала из-за его плеча, и содрогнулась, заметив гневный взгляд леди Черчилль, и недоуменный - леди Брокколи. - Это же… - Беатриса задохнулась – Неприлично целовать девушку, если…. - Целовать невесту позволительно – возразил Ричард – Хотя, согласен, что перешел некие границы. Надеюсь, что моя невеста будет благосклонна к своему совершенно потерявшему голову жениху? – спросил он у Анны, и очаровательно улыбаясь, поднес ее руку к своим губам, глядя в глаза. Анна с удивлением взглянула на него, но руки не отняла. - Как? – еле слышно спросила Беатриса – Вы женитесь на ней? – и посмотрела на Анну, словно видела ее впервые. - Буду рад видеть вас на свадьбе – сухо ответил Ричард, и, взяв Анну под локоть, увел ее, оставив леди вдвоем. Мадлен так и не смогла вымолвить ни слова. - Зачем вы представились моим женихом? - А вы хотите стать главной героиней сплетен? – насмешливо спросил Ричард. От его пронизывающего взгляда она поежилась. - Сколько вы пробыли в Лондоне? Неделю? Две? - Четыре дня – смущенно ответила Анна. Он приподнял бровь, девушка окончательно смешалась. - Всегда можно пустить слух, что вы приехали ко мне, своему жениху – подбодрил Ричард девушку. - И поэтому накануне вы порвали со своей …. – Анна запнулась, подбирая слово – Любовницей – выпалила она и прикусила язык. - О! – восхитился он – Из вас выйдет талантливейшая сочинительница сплетен. - Распускать слухи – это дурной тон – нравоучительно ответила девушка. - Но иногда они крайне полезны – проговорил Ричард. - И все же зачем вам играть роль моего жениха? - Играть? – переспросил он, - Я собираюсь жениться на вас по-настоящему. Когда-то жениться мне придется все равно. Вы мне кажетесь самой подходящей партией. Он вел ее по коридору в зал, Анна едва поспевала за широким шагом лорда. - Я? Чем же? - Вы красивы, умны, и очень упрямы – добавил он, около входа в бальный зал. - Никогда не считала, что упрямство можно отнести к достоинствам – пробормотала Анна. - Леди Анна – поклонился он и, увидев ее кивок, закружил в вальсе. - И все-таки, зачем вам жениться на мне? – недоумевала Анна. Казалось, она летит над паркетом, рука Ричарда крепко сжимала ее талию, а вторая держала ее ладонь.



полная версия страницы