Форум » Альков » "Разве время лечит?", драма (часть 2) » Ответить

"Разве время лечит?", драма (часть 2)

Klepa: Название: Разве время лечит? Автор: Klepa Жанр: драма Иллюстрации: Анн@ Герои: Анна, Владимир, Лиза, Миша и несколько дополнительных персонажей. Отказ: не ищу коммерческой выгоды. Размещение рассказа вне форума только с согласия автора Примечание: огромная благодарность Gata Blanca за помощь в правке первых глав. Примечание2: новое пишется очень медленно, поэтому решила выложить старенькое Время написания: 2005 год начало здесь

Ответов - 33, стр: 1 2 All

Светлячок: Klepa пишет: сошлись на Бине Отличный выбор

Klepa: Светлячок пишет: Отличный выбор мурси

Klepa: Утром Лиза поехала в больницу, чтобы навестить дочь. Викентий проводил ее до машины и, поцеловав ей руку, прошептал: - До вечера. Лиза смотрела ему вслед и не могла понять, как за такое короткое время этот человек стал ей так дорог. Каким образом она поняла, что теперь все будет иначе? Что теперь счастье улыбнулось ей? Судьба решила вознаградить ее за годы безответной любви? Или наоборот готовит новый удар, собираясь полностью раздавить ее? Они проговорили всю ночь, потом легли спать: Викентий в гостиной, Лиза в спальне. Душа Лизы была в смятении. Ее сердце рыдало от боли, оно хотело все вернуть назад, отвергая доводы разума, не слушая гордость и крича: «Я хочу быть с ним!!». Разум пытался успокоить: «Он уже не твой. Он никогда не был твоим». «Пусть! Но он всегда возвращался ко мне!». «Не к тебе! К детям» - резко ответил разум. Сердце перестало плакать. Слезами не поможешь. Когда плачешь – это означает, что еще надеешься. Когда слез нет – надежды тоже нет. Лиза сама себя перестала понимать. Она поехала к человеку, который понимает всегда. Она поехала к матери. Марья Алексевна ждала дочь стоя на крыльце дома. - Как Таня? - Привет, мам – поздоровалась Лиза и вылезла из машины – Все хорошо. Насколько возможно в ее состоянии. Врач говорит, что через пару дней переведет ее в бокс. Меня к ней не пустили, но я передала записочку. Мне сестра обещала, что прочитает ее. - А что с мальчиком? - Тоже все в порядке – резко ответила дочь – Мама, мне так плохо – прошептала она и присела на крыльцо. - Пойдем в дом. Двойняшки убежали купаться, придут не скоро. Мы успеем обо всем поговорить. Я всю ночь не спала. Переживала за Таню. Мне очень не понравился твой тон по телефону. Что случилось? – обеспокоено спросила Марья Алексевна и стала накрывать на стол. Лиза наблюдала, как мать ставит чайник, заваривает чай, достает хлеб, сыр, сахар, конфеты в хрустальной вазочке. Лиза взяла шоколадную конфету развернула ее, откусила крохотный кусочек и заплакала. - Мама, я и Владимир разводимся - ответила Лиза, справившись со слезами. - Как? – ахнула Марья Алексевна и села на стул – Почему? - Я сама его отпустила. Я не могу удержать его детьми. - Я ничего не понимаю – призналась Марья Алексеевна – При чем тут Таня и Манька с Ванькой. Что случилось? - Таня не дочь Владимира – выпалила на одном дыхании Лиза. В глазах матери мелькнуло недоумение, сменившиеся осуждением – Мама, я была молода и глупа. Когда я узнала, что муж изменил мне, я решила удержать его старым испытанным средством. Только – Лиза замолчала – Только средство подвело меня, ребенок был не от Владимира. Я сама не знала, пока не случилась авария. Тане было необходимо переливание, ни моя, ни кровь Владимира не подходила. - Такое бывает – начала Марья Алексевна – Если у матери первая, а у отца… - Мама, но у нас все иначе – перебила Лиза – В больнице был ее родной отец. Пожилая дама пыталась справиться с волнением и прижала руки к груди. - Кто же он? - Михаил Репнин. Муж Анны Платоновой. - Отчим Влада Репнина – добавила мать. - Ты знала? Марья Алексевна кивнула. - Я видела мальчика шесть лет назад, когда забирала внучку из школы и обратила внимание на внешнее сходство Владимира и Влада. Я знала твоего мужа еще ребенком. - Да, я помню, как ты меня предупреждала, чтобы я не выходила замуж за Корфа, но я не послушалась тебя – прошептала Лиза – Мама, зачем ты скрыла от меня правду? - Какую правду? - О Владе. - Зачем? - Что зачем? – не поняла Лиза. - К чему было тебе рассказывать об этом. К тому же я не была уверена на сто процентов, что мальчик имеет какое-то отношение к Владимиру. Ты не говорила мне о том, что муж изменил тебе. И о том, что ты тоже изменила я впервые слышу. Мне жаль, что ты не избежала моей участи. Я удивляюсь как у тебя хватило выдержки столько лет помнить об этом и ни разу не проговориться. - Это было нелегко, почти невозможно – с грустью ответил дочь – Но я была готова на все, лишь бы удержать Владимира. А теперь я сама отпустила его. Сама… - Лиза замолчала - Мама, мой муж любит другую женщину. Она его тоже. У них есть сын. А я… я… - она всхлипнула – Я встретила одного человека, который мне помог иначе взглянуть на отношения с Владимиром. В глазах Марьи Алексевна появилось сочувствие, она накрыла ладонь дочери своей и пожала ее. - Я восхищаюсь тобой. - Мама, тебе не чем гордиться – покачала головой Лиза – Если бы Викентий не убедил меня в том, что удерживать мужчину детьми подло, я бы до старости играла на чувстве вины и долга Владимира или мы разошлись бы с огромным скандалом. Сейчас я поняла, как связывает человека чувство вины. Я знаю, что виновата перед Владимиром за то, что привязала его к себе ребенком. Теперь, когда выяснилось, что Таня не его родная дочь, я не могу больше удерживать его. Про свою измену я забыла, как и про измену мужа. Но про его было сложнее забыть, я так и не смогла…. Владимир был удивлен – улыбнулась она сквозь слезы – Когда я сказала, что отпускаю его. - Все равно твой поступок заслуживает восхищения. Я не смогла простить твоего отца, и его друга тоже за то, что покрывал эту связь, за ложь, за мою боль и унижение. Я очень хочу познакомиться с твоим Викентием. Лиза улыбнулась. Когда она позвонила ему, он приехал через несколько минут. Словно не уезжал, а ждал ее звонка. С ним было спокойно, надежно и не было щемящего чувства тоски. Но с ним еще не было тех ниточек, которые связывают сильнее цепей и уз Гименея. Пока он был уже не чужим, но еще не родным. В глазах Лизы появилась грусть. Марья Алексевна внимательно всматривалась в лицо дочери. - Лиза, ты должна до конца отпустить все, что было между вами. Все хорошее и плохое – сказал она тихо - Двадцать лет прожитых вместе трудно перечеркнуть за один день, но это необходимо сделать. Не оглядывайся в прошлое. Оставь его за чертой. Ты совершила поступок, который может совершить только любящая женщина. - Я, наверное, завидую им – произнесла Лиза. - Кому? - Владимиру и Анне. Обоим. Тому, что их чувство выдержало разлуку, а наше не выдержало двадцать лет близости. Мама, я очень любила Владимира, безумно. Но он не смог ответить на мое чувство, так как мне этого хотелось. Он меня любил, но иначе, а я хотела, чтобы он полностью принадлежал мне. Но так не вышло. Я надеюсь, что с Викентием будет все иначе, но я боюсь. Боюсь, что снова будет больно. Мама, если я еще раз ошибусь, я не выдержу. Слезы закапали из ореховых глаз. - Лиза, в жизни ничего не бывает гладко. Поверь мне, тучи развеются, и будет новый солнечный день, радостный и только твой. Я так и не смогла простить твоего отца и забыть свою обиду тоже. Не повторяй моих ошибок. Ты будешь счастлива. Еще будешь. Твои дети почти выросли, скоро покинут семейное гнездо, а с тобой будет человек, который тебя любит и уважает. Возможно, ты пока еще не готова ответить на его чувство. Не торопи события. Любовь она приходит со временем. Такая любовь ценнее вспышки страсти. Ты еще молода. Тридцать семь лет это не возраст. Все только начинается: дети уже почти взрослые, а у тебя еще полно сил и желаний. Я хочу, чтобы у тебя и Викентия все было хорошо. - Мама, я еще развестись не успела, а ты опять хочешь меня замуж сбагрить – засмеялась Лиза смахивая слезинки с ресниц. - Я просто хочу, чтобы моя единственная дочь была счастлива. - Я знаю – прошептала Лиза – Спасибо, мама. - Мама, мама ты приехала?! – завопили от радости двойняшки – А папа где? Лиза беспомощно посмотрела на мать. - Руки мыть быстро. Сейчас чай пить будем. - А как Таня? - Поправляется – ответила за дочь Марья Алексевна – Марш руки мыть. Дети убежали переодеваться после купания. - Когда вы скажете детям о разводе? - Мы об этом не говорили. Правду Тане мы расскажем как только она поправится и окрепнет. Про развод скажем позже. Во всяком случае, пока можно скрыть и от двойняшек тоже: Таня в больнице, Ванька с Манькой у тебя. В больницу мы договорились приезжать вместе. - Ты мудрая женщина. - Нет, мама, нет. Я все еще любящая женщина, но уже старающаяся вытеснить эту любовь из своего сердца – грустно ответила Лиза. Марья Алексевна ничего не ответила.

Klepa: - Я уезжаю – объявил Миша за завтраком. - Надолго? – спросила Анна. - На несколько дней. Я не успел закончить дела: сначала вылет самолета перенесли, потом авария. Анна облегченно вздохнула не услышав привычных упреков. Но она рано обрадовалась. - Советую вести себя хорошо – с едва уловимой угрозой сказал Миша. За столом они сидели одни. Ксюша осталась у бабушки. - Миша, я не понимаю о чем ты – ответила жена и протянула руку, чтобы взять хлеб – Ой – вскрикнула она, когда Миша перехватил ее запястье и с силой сжал. - Не делай глупостей. Если я узнаю, что ты встречалась с отцом Влада, то… - он многозначительно замолчал. Она вздрогнула. «Надеюсь, что за несколько дней твоего отсутствия ситуация разрешится в нашу пользу» - подумала Анна. - Сына можешь навещать – милостиво разрешил он и встал из-за стола – До свиданья милая. Ее едва не передернуло от отвращения, когда муж поцеловал ее в щеку. - Не надо так нервничать. – обманчиво ласковым голосом сказал Миша. – Я вернусь гораздо раньше, чем ты думаешь. И не делай глупостей. – повторил он. – За тобой следят. Обращаться в службу безопасности бесполезно, я их предупредил, что тебя преследует маньяк, а ты не понимаешь всю опасность и представь себе у него внешность… подумай, чья? Анна отвернулась. - Мерзавец. На миг забыв, что ей надо притворяться любящей и заботливой женой. - Да, моя радость. А мы с тобой едины вечно. Связанные одной кровью, скованные одной цепью – пропел он зловещий мотив и скрылся в коридоре. В отчаянии Анна схватила телефон. Тут же на пороге появился охранник и вырвал из ее рук трубку. - Анна Петровна Михаил Александрович сказал, что вас беспокоит маньяк. Звонить вам нельзя. - Почему? - Могут прослушивать номер. - Дмитрий, что за глупость – возмутилась Анна – Звоню я, а не мне. Эти звонки зачем прослушивать? Охранник быстро огляделся и шепотом ответил: - Анна Петровна ваш муж сказал, что вас преследует маньяк, но мы с ребятами поняли, что он бешено вас ревнует. Нам приказано прослушивать все ваши звонки. Вам придется потерпеть наше присутствие. Я вас не выдам, но в других я не уверен. Пожалуйста, это ради вашего блага. Потерпите несколько дней. - Дмитрий, спасибо тебе, но жить в клетке я не буду. Мой сын лежит в больнице, мне надо навещать его. - Мы вас не запираем дома, но будем всегда рядом. Нам не нужны неприятности. Я вас очень прошу. Ведите себя разумно. Пользоваться телефоном я вам не советую. Добрые карие глаза умоляли ее. Анна сдалась. - Хорошо. Вы охраняете только меня или мою дочь тоже? - Всех членов семьи Репниных. - И в больнице есть охрана? - Нет. - Почему? - Такого распоряжения не было - ответил охранник. «Значит, Влада он уже вычеркнул из членов семьи - подумала Анна – Господи, когда все это закончится». Отныне любой ее шаг будет известен мужу, а она не сомневалась, что охранники приставлены к ней только с этой целью. Анне было некомфортно, за ней идут два громилы, и один впереди нее. Она сразу вспомнила гастроли: кольцо охраны, ограждение, вопли восторженной толпы. Когда она жила дома охрана сопровождала ее только в поездках на всякие мероприятия. По родному городу Анна передвигалась на машине, большие темные очки скрывали половину лица и люди не узнавали ее. На улице гуляла Ксюша. - Мама, ты к Владу? Анна кивнула. - Я с тобой. Ой, а кто это? – спросила девочка. - Папа нанял охрану – просто ответила Анна. - Зачем? – но увидев, что мать подмигнула ей Ксюша продолжила – О, папа гениален. Всегда мечтала об охране. Ребята, а вы стрелять умеете? - Анна Петровна, утихомирьте ребенка – басом попросил Григорий и сел за руль. - Мам, а почему мы не на Пежо поехали, а на джипе? Я его не люблю, он громадный как автобус. - Ксюша успокойся, не вертись – тихо попросила Анна. Девочка кивнула и стала смотреть в окно. - Ваш мальчик идет на поправку – заверил Анну врач – Скоро переведу в бокс и вы сможете навещать его. Ксюша и Анна радостно переглянулись. - Нас так просто не уморишь – хихикнула дочь. - Привет. - Привет – поздоровалась девушка. Владимир подошел ближе и сердце сжалось. Глаза казались огромными на бледном лице. Но на устах была улыбка. - Я так рада, что ты пришел. В реанимацию не пускают, там скучно, а тут вы меня будете навещать. А мама где? - Она приедет позже. Как ты? – спросил отец присаживаясь на стул рядом с кроватью. - Хорошо – улыбнулась девушка – Правда, все хорошо. Только голова болит. - Ты говорила об этом врачу? - Ага. Он ответил, что при сотрясении мозга это нормально. Хорошо, что не тошнит. Папа – тихо позвала она – А ты очень на меня сердишься? «Папа! Она еще ничего не знает…. Что будет когда узнает правду?». - За что я должен на тебя сердиться, Айка? - Ну за то, что я – девушка стала теребить краешек одеяла – Не послушалась тебя, увиделась с Владом, и вот что из этого вышло. - Да уж – подтвердил Владимир и задумался. Таня решила, что он рассердился. - Владик не виноват. Это я попросила его поехать к тебе. - Я никого из вас не виню – успокоил дочь Владимир. «Последствия аварии оказались самыми неожиданными – подумал он про себя – Надеюсь, что ты все верно поймешь. Ты всегда была умной и чуткой девочкой. И как бы там не было моей девочкой». - Кстати, как он? - Хорошо. - Ты его видел? – с любопытством спросил Таня. - Нет. «Но обязательно зайду». - Пока, тебе надо как можно больше отдыхать. Девушка закатила глаза и жалобно вздохнула. - Посиди со мной еще, пап, пожалуйста, тут так скучно. Телевизор смотреть нельзя, читать нельзя, музыку слушать тоже. Покой и никаких движений. Таня скорчила гримаску, Владимир улыбнулся. - Терпи казак, атаманом будешь. Поправляйся – поцеловал в щеку. - Пока - Пока – попрощалась девушка и откинулась на подушки. Взгляд уперся в потолок. Опять потолок! Как же он надоел. «Скорее бы мама приехала - подумала Таня – А то я с тоски умру».

Klepa: Прошла неделя…. Долгих семь дней. Анна не знала, удалось Владимиру найти какие-то доказательства больших связей Миши или нет. Охранник следовал за ней словно тень. Однажды, когда Анна выходила из палаты Влада она столкнулась с Владимиром. Она хотела спросить как дела, но его взгляд остановил ее. Она резко обернулась и увидела Дмитрия, тот покачал головой. Анна поежилась, но потом решительно сказала: - Дмитрий, мне надо поговорить с этим мужчиной. - Анна Петровна, я не имею права покидать вас. Именно его ваш муж принял за маньяка. - Дмитрий ты свободен – твердым голосом повторила Анна. - Я буду вынужден сообщить вашему мужу об этом разговоре. - Не волнуйтесь Анна со мной в полной безопасности – сказал Владимир - И я не маньяк – улыбаясь добавил он, но глаза были ледяными как морозное синее небо. - Дмитрий, ты обещал не выдавать меня – мягко попросила Анна сменив приказ на просьбу. Охранник кивнул. - У вас пять минут. Я буду недалеко, но ничего не услышу. - Спасибо – Анна повернулась к Владимиру – Привет! - Привет! Я так давно тебя не видел… - Я тоже соскучилась. Они замолчали не зная с чего начать. - Миша уехал в командировку, должен вернуться со дня на день. Приставил ко мне охрану, Дмитрий нормальный, а Григорий и Юрий вообще не отходят от меня. Звонить не могу. Все разговоры прослушиваются. Ты что-нибудь узнал? - Пока еще нет. Но что-нибудь обязательно найдут. Я увез бы тебя, но ты не хочешь. - Я не могу. Я должна обезопасить нашу жизнь от Миши, и своих детей. Не волнуйся. Все хорошо – вымученно улыбнулась она. - Сомневаюсь – покачал головой Владимир. Он сходил с ума от ревности. - Не ревнуй, я справлюсь – тихо прошептала Анна – Как Таня? - Перевели в бокс. Как Влад? - Тоже перевели в бокс. Она что-то еще хотела сказать, но подошел Дмитрий. - Ваше время истекло. Анна Петровна пойдемте. - Пока. - До свиданья – прошептал Владимир. Он попросил своего давнего друга Жеку найти любую информацию о Михаиле Репнине. Друг заверил Владимира, что как только что-то найдут ему тут же сообщат. Но пока вестей не было. Поговорив с Анной Владимир позвонил: - Привет. Это я. Что-нибудь узнал? - Пока ничем порадовать не могу. Хотя есть одна зацепка, если наши догадки подтвердятся, то тебе нечего будет опасаться Михаила. - Хорошо. Поторопись, время не ждет. - Делаю все, что в моих силах. Пока. - Пока.

Klepa: Миша вернулся из поездки злой и раздражительный. Теперь охранники следили только за домом, в больницу с Анной ездил муж. Но к Владу не заходил. Ждал ее в коридоре. Несколько раз Анна пыталась убедить мужа в том, что внешне все должно оставаться по-прежнему, потому что и Влад и Ксюша не должны думать, что родители на грани развода. На что Миша ответил, что Анна уже настроила дочь против него. Ксюша избегала отца. У нее все время были какие-то неотложные дела: то надо найти реферат в Интернете, то купить подарок подруге на день рождение. - Привет. - Привет – улыбнулся Влад – Мама, а почему отец не навещает меня? Анна растерялась. Она понимала, что когда-нибудь сын поинтересуется, почему отец не приходит к нему. Раньше она отвечала, что Миша уехал. Но уже несколько дней муж был дома. - Владик, он очень занят и … - И не хочет меня видеть – закончил Влад – Не надо мама, не оправдывай его. Передай ему, что он и не обязан меня навещать. - Влад что ты говоришь? - Мама, что за правду ты скрываешь от меня? Испуг на лице Анны подтвердил его догадки. - Почему вы все так боялись нашей встречи с Таней? И вы, и ее родители. Почему? С нами связана какая-то тайна? Первой мыслью у Анны было отшутиться, но, подумав, она ответила: - Ты прав. Но сейчас ты слишком слаб. Я обещаю, что все тебе расскажу, как только ты поправишься и окрепнешь. - Ты обещаешь? - Да, обещаю. - Мама – позвал ее Влад, когда Анна была около двери. - Да? - Как себя чувствует Таня? - Она в соседнем боксе. И насколько я знаю, хорошо себя чувствует. Она поправится. - Слава Богу – прошептал юноша. - Влад, ты не виноват в аварии – тихо сказала Анна – И не смей винить себя, слышишь? - Хорошо, мама – и улыбнулся – Ко мне приходил отец Тани. - И что же он сказал? – с трудом скрывая волнение спросила Анна. - Мы с ним очень долго беседовали. - О чем? - Обо всем – последовал уклончивый ответ. Влад сделал вид, что очень устал, он пару раз зевнул – Мам, я спать хочу. - Пока. - Пока. Он откинулся на подушки. Вспоминая о том, как к нему заходил отец Тани. Они проговорили целый час. Потом Владимир спохватился. - Совсем я заболтался. Мне пора ехать. Поправляйся. Влад с удивлением пожал протянутую руку и потом долго думал об их разговоре. Влад испугался, увидев Владимира на пороге. Он подумал, что тот пришел ругать, обвинять его, но разговор получился совсем иным. - Привет. - Здравствуйте. - Как ты себя чувствуешь? - Спасибо хорошо. А как Таня? - Я только что от нее. Держится молодцом. - У вас замечательная дочь – сказал Влад, Владимир вздрогнул. - Да, замечательная. «И замечательный сын». - Миша, Влад интересуется почему ты не навещаешь его – сказала Анна сев в машину. - И что ты ему сказала? – лениво поинтересовался муж заводя мотор. - Что ты занят. - Правильный ответ. - Миша он не верит этому. - И правильно делает – отозвался Миша и повернул налево. - Ты хочешь превратить нашу жизнь в ад? – сухо спросила Анна – Мою и Влада? Анна консультировалась с адвокатом, и тот ей сказал, что у Миши те же права на детей, что и у нее. Он может потребовать видеть дочь и сына, и то, что Влад не родной его сын, не имеет значения. Он так же может отсудить у нее детей, если докажет ее психическую неуравновешенность, материальные трудности. - Но это будет сделать очень трудно – подчеркнул Сергей Юрьевич – Потому что ему придется найти свидетелей вашего психического расстройства или того, что вы алкоголичка или наркоманка. Свидетелей вашего нормального поведения гораздо больше. Предупреждаю сразу, если вы начнете бракоразводный процесс, не ждите, что он быстро закончится. Это будет очень трудное время: и для вас, и для вашего мужа и для детей. Взвесьте все за и против, прежде чем начинать тяжбу. - Ты сама превратишь свою жизнь в ад и своих детей тоже, если попробуешь развестись со мной. Кстати, я в курсе того, что ты встречалась с адвокатом. Мне ребята сказали, что ты ездила в юридическую консультацию. Жена ничего не ответила. - Это бесполезно, дорогая. Никакой юрист тебе не поможет. Анна отвернулась и стала смотреть в окно. Миша уверенно вел машину, а в голове были тысячи вопросов. Эти вопросы пугали его, и озвучивать их тоже не хотелось. Пусть жена остается не в курсе дела. Так будет ему спокойнее. Анна резко села в постели. Невыносимое чувство тошноты заставило ее вскочить с кровати и побежать в ванную. Склонившись над раковиной, она не могла понять причину своего недомогания. «Наверное, съела что-то не свежее» - решила она, прополоскала рот и присела на краешек ванны, пытаясь справиться с головокружением и слабостью. Немного пошатываясь, Анна вернулась в спальню. Миша спал обняв ее подушку. Ее притворство принесло свои плоды. Скандалов больше не было. Миша не кричал и не упрекал ее. Такое поведение настораживало, потому что это было не похоже на ее мужа. Анна хотела настоять на отдельных спальнях, но тогда бы ее лицемерие было бы раскрыто. Но ей удавалось избежать близости с мужем сначала из-за того, что он уехал, потом ссылаясь на усталость, головную боль. В последнее время она действительно неважно себя чувствовала. Ее часто тошнило, она стала быстро уставать, резкие перепады настроения раздражали. Анна чувствовала, что скоро Мише надоест слушать ее отговорки. Она надеялась на Владимира, что ему удастся найти управу на Мишу и его больших друзей. Анна не стала снова ложиться в постель, а прошла на кухню. Открыла холодильник, достала семгу и с неожиданным аппетитом съела огромный кусок. Она присела на диванчике в кухне. - Мам, привет – сказала Ксюша – Что на завтрак? - Я съела рыбу. - Хорошая идея. Мам, ты молоко пила? – спросила дочь показывая на стакан. Анна кивнула. - А ты не боишься сочетания рыбы и молока. - Нет. Мне ничего не будет. Я могу их спокойно есть, когда я … - внезапная догадка пронзила мозг. Тошнота. Рвота. Усталость. Потрясенная Анна оборвала фразу и смотрела на дочь прикрыв рот ладонью. - Что мам? Когда ты что? – не понимала девочка. «Когда ты беременна» – закончил фразу разум. «Я беременна? Я беременна. Я беременна!». На миг ее охватило ликование, но потом радость сменилась паникой. Мысли заметались как перепуганные птички. Непроизвольно ее руки прижались к животу. «Мой малыш. Моя горошинка. Но теперь я точно знаю кто твой отец. И я не позволю исковеркать тебе жизнь». Она только недавно приехала с гастролей, которые длились долгие полгода. И совсем забыла про предохранение. «Вечно у тебя так» - проворчал разум. «Но это точно ребенок Владимира. Мне нужен развод». «А раньше был не нужен?»- хмыкнул разум. «Но сейчас как воздух, если Миша узнает о моей беременности…». Анна судорожно сжала кулаки, муж спал, когда она вставала. Это совершенно точно. - Когда я встаю так рано – выкрутилась Анна – Поехали к Владу? - Да, конечно – девочка допила молоко и побежала в свою комнату. Когда Анна вошла в спальню, Миша уже проснулся. - Мы едем в больницу. Ты с нами? - Нет. У меня появилось неотложное дело. Жена удивленно взглянула на него, Миша улыбнулся. - Я же могу доверять тебе – нежно сказал он. Анна улыбнулась в ответ, но ее улыбка получилась натянутой. - Ты ведешь себя хорошо – тихо прошептал муж, погладил ее по щеке. Она еле сдержалась, чтобы не дернуться от его прикосновений. - А мне надо урегулировать один вопрос. - Хорошо. - Вот и славно. Муж скрылся в ванной. Анна переоделась, и слегка подкрасилась. - Пока – сказала она Мише. - Пока. Лживая дрянь – прошептал он, когда входная дверь хлопнула. Его лицо исказила гримаса ярости. - Ты мне за это заплатишь. Он схватил какую-то статуэтку с туалетного столика жены и швырнул ее о стену. Фарфоровая пастушка рассыпалась на тысячу осколков. Испуганная домработница прибежала на шум. - Михаил Александрович, что случилось? - Идите, Светлана Степановна. Позже уберете. Пожилая женщина ушла, недоумевая, что случилось с работодателем.

Klepa: Владимир сидел в своем кабинете на работе. Снова кричали в приемной. Он улыбнулся, это становится традицией. Он уже хотел встать и выйти в приемную, чтобы посмотреть, кто там ругается, но неожиданно дверь распахнулась, и на пороге возник Миша. - Добрый день – неожиданно вежливо поздоровался он. Не понимая что, привело сюда мужа Анны, Владимир решил держаться вежливо и учтиво, чтобы не усугубить еще больше и без того напряженную ситуацию. Он жестом пригласил Мишу присесть напротив. Вслед за мужем Анны вбежала Полина. - Владимир Иванович, я говорила, что вы заняты, но этот господин не пожелал ни назвать своего имени, ни цель своего визита. Уходите или я вызову охрану – пригрозила секретарша Мише, который вальяжно развалился в кресле. - Не надо никого вызывать – тихо сказал Владимир – Идите Полина. Секретарша ушла. - Что привело вас ко мне? - Не желание иметь сомнительное удовольствие лицезреть вас – резко ответил Миша, отбросив вежливость. - Я догадался – не меняя тона, сказал Владимир – Так зачем вы пришли? - Оставьте нашу семью в покое – зашипел Миша – Прекратите преследовать мою жену. - Преследовать? – переспросил Владимир – А разве ваша жена ваша собственность? И каким образом я ее преследую? - Вы часто сталкиваетесь в больнице – нашелся Миша. - Потому что дети лежат в соседних палатах. - Перевезите Таню в другую больницу. - Вы в своем уме – на миг забыв о своем намерении сдерживаться вскричал Владимир – Чтобы я тревожил больного ребенка ради вашего спокойствия? - А ради спокойствия Анны – невозмутимо поинтересовался Миша – Ее покой вас не заботит. Тем более Таня не ваша дочь, а моя и зачем продолжать так трогательно о ней заботиться. К чему такое лицемерие? Владимир подошел к Мише, тот поднялся из кресла. Взгляды скрестились как несколько дней назад в больнице. - Предлагаете мне навещать Влада? – с иронией поинтересовался Владимир. Миша скрипнул зубами. - Так было бы честнее и правдивее. - Вы мерзавец. - Вы тоже не похожи на ангела – парировал Миша – Зачем вы завели интрижку с моей женой? - Тогда Анна еще не была вашей женой. - Да не была – неожиданно согласился Миша – Но вы были несвободны. Зачем вы сломали жизнь ей, мне, своей жене! - Так это я один во всем виноват! А не вы ли любезный господин наставили мне рога?! - Долг платежом красен. Владимир уже был готов резко ответить Мише, или еще лучше съездить пару раз по его наглой улыбающейся физиономии, но сумел взять себя в руки. Мелькнувшее разочарование в карих глазах показало ему, что именно его ярости и добивается муж Анны. - Теперь уже поздно выяснять: кто виноват. Прошлого не изменишь. - Не смейте приближаться к моей жене – повторил Миша – Иначе… - Иначе что? – спросил Владимир. - Иначе вы об этом пожалеете – бросил Миша и хлопнул дверью – Всего хорошего – попрощался он с Полиной. - До свидания. Миша был в бешенстве. Он ждал, что Владимир выйдет из себя, наброситься на него, и тогда он выпустит столько лет сдерживаемую ярость и гнев. «Черт» - выругался он, потому что все никак не мог попасть в замок зажигания. Снова перед глазами Анна наклонившиеся над раковиной. Миша догадался, что жена беременна: постоянная тошнота, переменчивое настроение, а теперь еще и рвота. Раньше он думал, что Анна так плохо перенесла смену климата, но теперь он понял, что причина ее недомогания никак не связана с переездом в Россию. Его жена беременна и что самое ужасное точно не от него! «Может вернуться и набить ему физиономию» - подумал Миша. Зазвонил телефон. «О, моя дорогая женушка звонит - съехидничал он – Чувствует, что над ее любовником нависла угроза. Скоро вам всем мало не покажется». - Да, Анечка. - Милый, я и Ксюшка сегодня останемся у мамы ночевать. Не волнуйся. Дмитрий со мной. Анна молилась про себя, чтобы муж не приехал к теще. Ей не хотелось его видеть и слышать. Ей нужна была крошечная передышка, хотя бы на одну ночь. Сначала Миша хотел накричать на жену и потребовать, чтобы она немедленно ехала домой, но поразмыслив решил, что это даже к лучшему. - Хорошо, любимая. Привет Людмиле Сергеевне. - Обязательно – ответила жена и отсоединилась. - Какая же ты стерва! – крикнул Миша трубке жалея, что Анна не слышит его. Он набрал номер, когда подняли трубку сказал: - Это я. Сегодня сбудется твоя мечта. - И может быть моя – добавил он, повесив трубку. При всей своей браваде Миша был трусоват и связываться с киллером не стал бы ни за что на свете. Он и так влип в неприятную историю, о которой жене знать не обязательно. Селектор замигал. - Владимир Иваныч к вам пришел человек, говорит, что принес документы от вашего друга. - Пусть заходит. - Проходите – сказала Полина молоденькому парнишке. Просмотрев документы, Владимир довольно улыбнулся. - Приятные вести? – поинтересовался курьер. - Более чем – ответил Владимир – Спасибо вам, передайте Жеке, что Владимир Корф не забудет эту услугу. Он проводил курьера. Вернувшись в кабинет, он взял мобильный телефон, набрал номер: - Привет. Мне надо встретиться с тобой. Дело не терпит отлагательств. Спасибо, я знал, что могу на тебя рассчитывать. Спустя два часа Владимир вернулся в офис. - Полина вызови ко мне Сергея Степановича. И скажи, что дело срочное. - Хорошо – отозвалась секретарша и набрала номер. - Вы меня вызывали? – спросил Сергей Степанович, входя в кабинет. - Да, да проходите. Садитесь. Почитайте – сказал Владимир и протянул старику документы. Минут двадцать Владимир ждал, что скажет его сотрудник. «Если все удастся, я заберу Анну сегодня же, чтобы она не говорила в ответ» - решил он. - Что вы от меня хотите? – спросил Сергей Степанович, закончив читать последний лист. - А вы этого не поняли? - Понял, но это… – старик замялся. - Не законно – подсказал Владимир – Мне все равно. Сколько вам потребуется времени, чтобы подготовить документы? - Два-три дня. Владимир покачал головой. - У вас сутки. - Помилуйте Владимир Иванович невозможно успеть за такой короткий срок – попытался возразить Сергей Степанович, но, наткнувшись на жесткий взгляд серых глаз, добавил – Хорошо, я постараюсь. - Сергей Степанович медлить нельзя. От этого зависит слишком многое. - Я не понимаю вас… - В том числе и моя жизнь. Теперь вы понимаете? Старик кивнул. - Да. - Жду от вас вестей.

Klepa: - Почему с тобой охранник? – спросила Людмила Сергеевна дочь. - Так Миша решил – ответила Анна. Ксюшка и Дмитрий смотрели телевизор в гостиной. - К хорошей жене муж охрану не приставляет – проворчала мать. «Началось» - вздохнула про себя Анна. - Мама не начинай сначала – попросила она – Хватит говорить об одном и том же. - Нет, не хватит – не согласилась Людмила Сергеевна - Ты должна уважать мужа. Думаешь, я не догадываюсь, почему теперь с тобой ходит охранник? - И почему же? – устало поинтересовалась Анна. После того как она и Ксюшка навестили Влада, они поехали по магазинам. Дмитрий шел рядом на небольшом расстоянии. Утомившись от шоппинга, Анна и Ксюша решили переночевать у Людмилы Сергеевны. Она жила в соседнем доме, но они так устали, что идти домой совершенно не было сил, да и не хотелось. Тем более Анне, которая боялась, что муж догадается о ее беременности. - Ты ведешь себя аморально – начала мать – Мне Миша все рассказал. - Что он тебе рассказал? - Что ты видишься с …. – мать не закончила фразу, всем своим видом показывая, что ей неприятно произносить это имя. - Наши дети лежат в соседних палатах. Может мне паранджу надеть? – вскипела Анна. Она надеялась провести тихий вечер в обществе матери и дочери, посмотреть телевизор. Анна устала от притворства, она понимала, что надолго ее не хватит. Слова Владимира о том, что вот-вот все разрешится, успокоили ее, но с другой стороны теперь, когда она знает, что беременна, медлить нельзя. Людмила Сергеевна поджала губы так, что они стали тонкими как ниточка. - Я тебе уже говорила и повторю еще раз, что ты должна уважать мужа и хранить ему верность. - Мама, а ты знаешь, что твой драгоценный зять … - Ничего не желаю слушать про Мишу – оборвала дочь Людмила Сергеевна. - Конечно – с горечью ответила Анна – Он у тебя ангел во плоти, а я его недостойна. Мать кивнула. - Он принял твоего ребенка, он простил твою измену. Даже сейчас он не упрекает тебя за твои ошибки и проступки. - Мама, какие ошибки? Какие проступки? – не поняла Анна. - Зачем ты побежала к…., когда твой сын попал в аварию? – ответила вопросом на вопрос Людмила Сергеевна. - Я пошла к Владимиру, чтобы не допустить встречи Влада и Тани. Мама я тебе это уже говорила, про аварию я узнала от него. - Ты должна была ждать мужа! - Миша уехал в командировку! – закричала дочь – Мне нужна была помощь, и я ее получила. Что же касается упреков, то тут ты ошибаешься. Миша всю жизнь упрекает меня за Влада, и сейчас не перестает это делать. Он не навещает мальчика в больнице, Влад уже догадался о том, что отец не хочет видеть его. И делает вид, что ему это безразлично, но я-то знаю, что он переживает. - Мишу я понимаю – спокойно ответила Людмила Сергеевна – В конце концов, лучший из мужей может ошибиться. - Мама, ты слышишь, что я тебе говорю? – тихо спросила Анна – Ты вообще понимаешь, что говоришь ты, и что на твои слова отвечаю я? - Я все прекрасно слышу и слух у меня отменный. Маразм тоже не грозит. - Если Миша признал моего сына, почему он не может проявить к нему сочувствия и участия, когда он в них так нуждается. Особенно, теперь, когда он чуть не погиб. - Влад не его родной сын. - Но Влад об этом не знает!!! Он-то думает, что родной отец не хочет его видеть. По-твоему это нормально? - К хорошей жене муж не приставляет охрану – повторила Людмила Сергеевна не обращая внимание на вопрос дочери – Ты дала повод для ревности. Бедный Миша весь извелся, он был вчера у меня. На нем лица нет. От несправедливых упреков и обиды на мать у Анны навернулись слезы. Ей казалось, что она участвует в каком-то фарсе, где все знают свои роли, а ей забыли дать текст. - Что тебе рассказал Миша? – глухим голосом спросила Анна. - Что ты совсем не в себе – пожала плечами мать – Что к тебе пристает маньяк, а ты не понимаешь опасности. - Маньяк это отец Влада. Людмила Сергеевна подошла к дочери и слегка встряхнула ее за плечи, Анна вскрикнула. - Запомни, что отцом Влада является Михаил Репнин, поняла? Я не желаю слышать ни слова о …. – она поморщилась – Ты сама понимаешь о ком я. В нашей семье никто никогда не разводился. Вышла замуж, изволь жить с мужем до конца дней своих или его. - Не было разводов? – от лицемерия матери Анна потеряла дар речи – Не было разводов? А как же ты и папа? Вы развелись! - Это исключение из правил. Но такого больше не должно повториться – жесткий взгляд карих глаз впился в растерянное лицо дочери – Слышишь, никогда! Анна встала с кресла, опираясь о подлокотник. - Мама, я и не знала, что ты такая ханжа. По твоему разумению, я из-за следования дурацким правилам, которые выдуманы неизвестно кем не могу быть с любимым человеком? Только потому что не может быть исключения? Вернее исключение может быть только для тебя, а как же я? Я тоже живой человек, я женщина, которой хочется любви и ласки? Ты думаешь, что твой идеальный зять идеальный муж? - Я не желаю слушать больше наговоры на Мишу. - Мама, ты так веришь в его непогрешимость? - Да! - Как ты можешь? – не веря своим ушам прошептала Анна – Мать всегда должна быть на стороне своего ребенка, даже если против него ополчился весь мир, даже если он кругом виноват. - И даже если он поступает аморально? - А когда я поступила аморально? Семнадцать лет назад? - Да. И ты сама это признаешь. - Мама, это не самая большая провинность, которую может совершить человек, чтобы столько лет за нее расплачиваться. Я не понимаю, почему ты завела этот разговор. И с чего ты взяла, что я и Миша разводимся? – она решила пока ничего не говорить Людмиле Сергеевне, Анна испугалась, что мать выдаст ее планы, и проболтается о беременности Мише. Людмила Сергеевна пожала плечами. - Я тебе это все говорю для профилактики. Потому что у тебя уже были мысли развестись с Мишей из-за Влада. - Да и ты не дала мне сделать это. - Да и сейчас не позволю. Я не позволю, чтобы о нас сплетничали. - Да какое нам дело до сплетен. Мама, обо мне выходят по статье в неделю, одной статьей меньше, одной больше значение не имеет – Анна еще надеялась, что мать встанет на ее сторону, и что ей не придется лгать. - Я тебе все сказала. Больше мне добавить нечего. - Тогда мне тоже. Я, пожалуй, поеду домой. Мне противно твое лицемерие – сказала дочь. - Всего хорошего – попрощалась Людмила Сергеевна. - Пока. - Ксюшка – крикнула Анна – Ты поедешь со мной? - А ты куда? – спросила девочка, выглянув в холл – Ты поругалась с бабушкой? - Да, котенок. Так ты поедешь домой. - Нет, я кино смотрю. - Анна Петровна, я с вами. - Да, Дмитрий идем. Веди себя хорошо, не нервируй бабушку – наказала дочери Анна. Ксюшка скорчила гримаску. - Хорошо, маменька. - Пока егоза.

Klepa: - Миша, ты дома? – с порога крикнула Анна. В ответ была тишина. «Слава Богу - подумала она – Значит, у меня еще есть время, чтобы спокойно обо всем подумать». Она переобулась в тапочки и заметила изящные босоножки на высоком каблуке. «Странно, у меня таких нет». Пораженная внезапной догадкой Анна вбежала по лестнице и остановилась на площадке, чтобы перевести дух, от быстрого бега у нее закружилась голова. «Не может быть. Не может быть». Только эти слова звучали в голове. - Что здесь происходит? – спросила она, заглянув в комнату. - Ой – взвизгнула обнаженная брюнетка и попыталась прикрыться одеялом. - Может, ты объяснишь мне, что здесь происходит? – спросила Анна у Миши, который стоял рядом с кроватью в одних трусах, на его лице была растерянность. - Ты же собиралась ночевать у матери – только и смог выдавить он. - Я передумала – спокойно ответила жена, на ее лице не дрогнул ни один мускул – Я жду тебя в гостиной. И вышла, плотно закрыв за собой дверь. - Ты должен ей все рассказать – схватила брюнетка Мишу за руку. - Ольга не сейчас. - Ты обещал мне! - Не дави на меня – закричал он. Все идет совсем не так, как он планировал. Черт его дернул привести любовницу в дом. Но Ольга в последнее время вела себя неадекватно, грозилась все рассказать Анне, а Мише сейчас не нужны были скандалы со стороны жены. Т.е. в его понимании он мог кричать на Анну, а она не должна была усомниться в его непогрешимости. - Одевайся – бросил он одежду Ольге. - Аня это не то, что ты думаешь – начал с порога Миша. На его лице было искреннее раскаяние. Жена резко обернулась. - Это даже не смешно и так банально. Твоя любовница секретарша. И сколько времени длится ваша связь? – спросила она. Из-за плеча Миши выглядывала Ольга. - Я сказал, иди в машину. - Я никуда не пойду – ответила любовница – Пока ты ей все не расскажешь. Мне надоело слушать твои отговорки. Анна наблюдала за мужем и внезапно расхохоталась. - Что с тобой? – спросил Миша. - Со мной? Со мной все в порядке! А вот о тебе этого не скажешь. Сколько у тебя было любовниц? - Ты никак ревнуешь? – еле слышно спросил муж. - Ревную? – Анна снова расхохоталась – Боже сохрани. И в мыслях подобного не было. Мне только непонятно к чему такое лицемерие? Зачем так мучить меня, Ксюшку, Влада? Зачем? - Это ты виновата! – закричал Миша. - Я? В чем? - Я перестал доверять тебе. Мне все время казалось, что ты сравниваешь нас и сравнение не в мою пользу. - И ты самоутверждался за счет связей на стороне? - Да! С ними я чувствовал себя мужчиной: любимым и желанным. - Дай мне развод, и все будет, так как ты хочешь. Зачем сохранять брак, если он не приносит радости никому из супругов? - Я не дам тебе развод! - Ты мне обещал, что разведешься с ней – завизжала Ольга. - Я могу и передумать – небрежно бросил Миша. - Что??? – Ольга подскочила к нему и залепила пощечину – Ты подлец. А как же наш сын? - Что? Ваш сын? – Анна побледнела и присела на краешек дивана – У вас есть ребенок? - Да. Мальчику четыре годика. Анна почувствовала, что растерянность и удивление прошли, и на их место приходит ярость. - Ты столько лет упрекал меня за Влада? Ты сколько раз кричал мне о том, что не можешь забыть моей измены? Но ты сам изменил мне! - Я не изменял тебе! - А как на свет появилась Таня? - Это не измена. - Да, я помню, что ты применяешь двойные стандарты при оценке моих и твоих поступков. Но если о Тане ты ничего не подозревал, пока правда не открылась, то про этого ребенка ты знаешь. Ты столько лет лгал мне, и теперь не хочешь меня отпускать? Да какое у тебя право держать меня! - Анна, наш развод не обсуждается! Ольга иди в машину, поговорим в дороге. - Я никуда не уйду! – заявила любовница – Мне надоели твои отговорки: либо ты разводишься и женишься на мне, либо – Миша не дал ей договорить, закрыв рот ладонью. - Еще одно слово – с угрозой в голосе проговорил Миша – И ты пожалеешь о нашей встрече. Ты меня поняла? Ольга испугано закивала. - Что касается тебя моя дорогая женушка, ты никуда не уйдешь, а если в твою прелестную головку все-таки придут такие мысли, помни, чем все это может закончиться. - Тебе меня не запугать – твердо ответила Анна и встала с дивана – Я уйду, и только попробуй чинить мне препятствия. Она решительно двинулась к выходу, но муж преградил ей путь. - Пусти. Мне больно. Он сильнее сжал ее запястья. - Ты останешься здесь. - Нет! Я ни минуты не хочу оставаться в этом доме, я ни минуты не хочу терпеть твое общество. Ты мне противен и отвратителен. - Ах, какой ты стала смелой – восхитился Миша – Только вчера вела себя как овечка, а сегодня превратилась в тигрицу. Ты думаешь, я не знаю, что ты беременна? Анна побледнела и вырвала свои руки. - Миша, опомнись – взывала она к разуму мужа, растирая запястья – Если ты все знаешь... - Да и это ничего не меняет! - Меняет. Потому что теперь я знаю о тебе все: и о Тане, и мальчике. Твоя лживость отвратительна. - А твоя правдивость ничтожна! Ты не смогла скрыть от меня то, что изменила мне?! Ты не смогла притвориться, что Влад мой сын?! - Мы на тот момент расстались!!! – закричала Анна – И ты всю жизнь упрекал меня за то, что я не скрыла от тебя правду. Возможно, ты и прав. Мне надо было солгать тебе. Но я не смогла, а ты… ты смог. Когда я призналась тебе, что была с другим, ты промолчал. Ты всю жизнь заставил меня чувствовать себя виноватой в том, что я причинила тебе боль. Первые годы нашего брака мне казалось, что все еще может наладиться. Но в последнее время ты стал совсем не выносим. Твои обвинения, твои придирки к Владу навсегда разрушили мои чувства к тебе. - Чувства? - с издевкой спросил Миша – А они были? - Конечно, иначе я не смогла бы прожить с тобой столько лет. - Аня, зачем ты лжешь. Ты прожила со мной семнадцать лет, потому что твой любовник был не свободен. Теперь, когда он разводится, тебе тоже захотелось свободы, чтобы наконец-то быть вместе с ним. Но ты не учла одного обстоятельства: меня!!! - Миша, ты потерял всякое моральное право не давать мне развода. Ты промолчал про Лизу, теперь есть Таня. Неоспоримое доказательство твоей измены. - У тебя есть Влад – парировал муж. - Да, я и не отрицаю этого. Но я не скрывала это от тебя. Во-вторых, есть второй ребенок, о существовании которого ты прекрасно осведомлен и в чьем воспитании ты наверняка принимаешь самое непосредственное участие. - Да – подтвердил Миша – Только Кирилл не записан на мое имя, а Влад официально считается моим сыном. - Я скажу, что Кирилл твой сын – подала голос Ольга с волнением наблюдавшая ссору супругов – И медицинский анализ подтвердит мои слова. - Ты не посмеешь – с угрозой в голосе проговорил Миша. - Посмею – ответила любовница – Я хочу замуж. Замуж за отца своего ребенка. Раньше я верила твоим словам, что жена не отпускает тебя. Теперь я вижу, что все наоборот: не она тебя, а ты ее не отпускаешь. И если понадобится мое свидетельство на суде, я выступлю. - Аня, ты забыла, о чем я тебя предупреждал? - Я все прекрасно помню – ответила она – Но тебе меня больше не запугать! Дай мне пройти. Сегодняшний вечер вымотал ее окончательно: ссора с матерью, скандал с мужем. Анна хотела уйти, уйти к человеку, которого любила. Она устала оглядываться на других людей, устала притворяться, устала жить так, как навязывает мать. - Я ездил к твоему любовнику – бросил Миша, надеясь, что это ее остановит. - Зачем? – Анна резко обернулась. - Чтобы он не разрушал нашу семью. - Твои доводы убедили его? – с иронией спросила жена. - Если ты сейчас уйдешь, ты пожалеешь об этом – тихо повторил Миша. - Я жалею, что вышла за тебя замуж. И жалею о том, что не смогла уйти раньше. Прощай. - Черт!!! – завопил Миша – Ольга, это ты во всем виновата!!! Больше Анна не слышала ни слова, потому что дверь заглушала нарастающий скандал в гостиной. Но разборки мужа с любовницей теперь ее не касаются.

Klepa: Земля, где так много разлук Сама повенчает нас вдруг За то, что верны Мы птицам весны Они и зимой нам слышны Любимый мой/ Любимая песня Анна вышла из подъезда. И в последний раз оглянулась на дом, где столько лет жила относительно счастливой жизнью. Она надеялась, что дети поймут и примут ее решение о разводе. «Ты все-таки решилась» - похвалил разум. «Я думала, что ты будешь меня ругать» - удивилась она. «Нет, ты поступила правильно. Теперь я умолкаю». Она улыбнулась. - Анна Петровна, я с вами – крикнул Дмитрий. Она обернулась, и облачко огорчения омрачило ее лицо. Дмитрий был символом прошлой жизни, символом ее рабства от законов морали, чувства вины, боязни резко поменять свою жизнь. Но теперь, когда она знает всю правду о своем муже, о том, что ложь чаще всего скрывается под обвинениями, что на чувстве вины можно играть как на курсах валюты на бирже, Анна не хотела никаких напоминаний о браке с Мишей. От этого брака осталась только Ксюшка и какие-то обрывочные счастливые воспоминания. - Дмитрий, ты свободен - ответила она и пошла к своему Пежо. - Анна Петровна, я обязан следовать за вами повсюду. - Дмитрий – твердо сказала Анна – Я больше не нуждаюсь в охране. И Мише знать о моих передвижениях больше не надо. Мы разводимся. - Что вы. Я никогда не рассказывал, где вы были вашему мужу – обиделся охранник. - Что же ты отвечал на вопрос: где я была? - Что вы весь день провели с сыном в больнице. - Теперь это не имеет значения. - Давайте я вас отвезу – предложил Дмитрий искренне желавший услужить. - Хорошо – согласилась Анна и назвала адрес. Пока они ехали, она позвонила дочери. - Ксюша? Ты еще не спишь? - Мам, всего лишь семь часов, какой сон? - Ты останешься у бабушки? - Да, мы же договорились. - Она сильно ругалась, когда я ушла? – спросила Анна. Девочка замялась, после того как мама ушла, бабушка немного посидела на кухне, а потом пришла в гостиную и стала вдалбливать в голову внучке, понятия морали и порядочности. У Ксюшки на языке вертелся резкий ответ, и она еле сдержалась, чтобы не сказать Людмиле Сергеевне, что она думает по поводу нотаций. Когда Ксюша поняла, что больше ни минуты не выдержит, если будет слушать нудные слова бабушки, она быстро проговорила. - Бабуль, мне надо узнать задание – и выбежала из комнаты. - Какое задание? – опомнилась Людмила Сергеевна – Сейчас лето. Но девочка уже убежала - Она стала меня воспитывать – призналась дочь. - Поняла, что меня уже поздно и отыгрывается на тебе – усмехнулась Анна. Ксюша захихикала. - Наверное. Ты меня завтра заберешь? - Да, конечно. Я могу и сегодня тебя забрать, но… - Что случилось? – насторожилась дочь. - Ксюшенька, я не хочу об этом говорить по телефону. Если хочешь, я могу приехать к тебе сейчас, и мы поговорим. Анна еще боялась, что дочь не до конца понимает, чем может обернуться для нее развод родителей. Что все может оказаться гораздо сложнее и больнее, чем она себе это представляет. - Вы с папой разводитесь – скорее констатировала, чем спрашивала Ксюша. - Да – призналась Анна, понимая, что ложь бессмысленна. Тем более дочь была на ее стороне. - Хорошо. На миг девочке стало страшно, но у нее было много друзей, чьи родители были в разводе. И у Сашки Чернова, и у Катюшки Белкиной, но ее друзья не унывали. Даже хихикали, что теперь на Новый год и День рожденье два подарка, а не один. В последнее время, когда отношения между родителями накалились до предела, Ксюша хотела только покоя. И мысль о том, что теперь она будет постоянно жить с матерью и видеть отца по определенным дням уже не страшила ее, как в первый раз, когда она задумалась о подобной возможности. Теперь, когда мать честно ей сказала, что развод состоится, Ксюша испугалась лишь на мгновение. - Только пока ничего не говори бабушке, я сама ей обо всем расскажу. - Конечно – заверила мать Ксюша – Если бабушка сейчас узнает, она всю ночь будет меня воспитывать, а я спать хочу. Анна вздохнула с облегчением, раз ее девочка шутит, значит, все хорошо. - Пока, котенок. Я тебя завтра заберу. - Чао – попрощалась дочь. - У вас замечательная дочка – сказала Дмитрий. Анна улыбнулась и прижала ладонь к пока еще плоскому животу. «А тут у меня живет девочка или мальчик?». На работе Владимира не оказалось. - Он уехал три часа назад – сказала Полина. Она помнила, как шеф нес эту женщину на руках, и теперь секретаршу мучило женское любопытство. С интересом и даже с завистью Полина смотрела на Анну: пышная юбка подчеркивала тонкую талию, блузка обтягивала высокую грудь. Самой Полине, чтобы поддерживать фигуру приходилось сидеть на жесткой диете и ходить на фитнесс. - А он не сказал куда поедет? – спросила Анна, не обращая внимания на слишком пристальный взгляд Полины. - Нет – ответила секретарша, и в ее голосе послышались злорадные нотки. - А когда вернется? - Сегодня не вернется. В машине Анна повертела в руках прямоугольный листочек с адресом. - Анна Петровна теперь куда? – спросил Дмитрий, который, увидев, что хозяйка вернулась одна, понял, что тот к кому она приехала, отсутствует. - Отвези меня по этому адресу – и протянула ему визитку. Когда они подъехали к загородным коттеджам, почти стемнело. Сначала их не хотели пропускать, но когда Анна назвала свое имя, машину тут же пропустили. «Владимир говорил, что предупредил охрану» - вспомнила она. - Дмитрий, ты свободен – сказала Анна и вылезла из машины. - А как же вы назад поедете? – спросил охранник. - Назад я не поеду. На лице охранника мелькнуло удивление, но он не стал ни о чем спрашивать. - До свидания, Анна Петровна – попрощался Дмитрий и уехал. - Прощай – прошептала она. Она поднялась на крыльцо и немного постояла, всматриваясь в вечернее небо. Правильно ли она поступает? А вдруг все окажется просто наваждением, и если станет слишком реальным и настоящим рассыплется как карточный домик… «Ты трусишь?» – удивлено спросил разум. «Нет!». Анна постучала в дверь, но никто не отозвался. Она еще раз постучала и дернула ручку, дверь неожиданно открылась. Она вошла в дом.

Klepa: - Владимир – позвала она – Ты где? На миг ей стало страшно, тишина в доме казалось мертвой. И ей уже чудилось, что Миша все-таки осуществил свою угрозу. Напрасно разум пытался убедить ее в том, что такой трус как ее бывший муж никогда не свяжется с киллером, и не сможет убить сам. Тревога нарастала как снежный ком, в столовой его не было, хотя охранник сказал, что Владимир приехал около часа назад, и должен быть дома. - Володя – она уже не звала, а кричала. Увидев свет в гостиной, Анна заглянула в комнату и облегчено вздохнула, заметив, что Владимир сидит в кресле, и спит. Возле него валялись бумаги, видимо он их просматривал, перед тем как его сморил сон. Она подошла ближе и невольно улыбнулась. Все как тогда. Все как тогда семнадцать лет назад, когда она ушла. Владимир спал, когда она уходила. И он опять спит, когда она вернулась. От нахлынувшей нежности защипало в глазах. Анна провела пальчиком по его бровям, носу, губам, ямочке на подбородке. Потом прикоснулась кончиками своих пальцев к его губам, а затем к своим. Словно забрала свой прощальный поцелуй, словно и не было разлуки в семнадцать лет. Анна присела на пол, и положила голову Владимиру на колени. Она сделала свой выбор. Она разругалась с матерью, ей предстоит выдержать развод с Мишей, но больше она не будет прятаться и бояться. Спустя годы Анна поняла истинную причину, почему она сбежала от Владимира. Да, было чувство вины, да, она помнила, как было плохо матери, когда отец оставил ее, как внутренне она потухла, полностью растворившись в любимом мужчине, и когда он ушел, у нее в душе осталась только пустота. И Анна всю свою сознательную жизнь боялась потерять себя, и именно этот страх заставил ее сбежать, … но сейчас она поняла, как глупо бояться, как глупо бояться любить, это все равно, что бояться жить… Мягкий свет торшера разгонял сумерки. Анна огляделась по сторонам: большой стол в углу, на котором мигал монитор компьютера, два больших кресла, между ними торшер, два книжных шкафа и много-много полок тоже с книгами. В темноте Анна не смогла прочитать названия, но, судя по цвету томов, это были собрания сочинений. Анна протянула руку и провела по темным волосам, в которых уже появились серебряные нити. Владимир проснулся и встал, положил руки ей на плечи и судорожно вглядывался в лицо, словно не верил, что это действительно она. - Аня? – удивленно спросил он – Аня. Слава Богу – выдохнул он и прижал ее к себе. - Поаккуратнее – со смехом попросила она – Ты мне ребра раздавишь. Он ослабил объятия. - Если бы ты знала, как я испугался. - Чего? - За тебя. - Все хорошо – заверила Анна и заглянула в серые глаза – А почему ты испугался? Ты что-нибудь нашел? - Да – кивнул Владимир – Но пока ничего не могу тебе сказать. Я хотел тебя уже сегодня забрать, но в больнице тебя не было. Он поправил, выбившейся из прически локон. Все еще не веря, что Анна здесь. Он ждал ее в больнице, но так и не дождался. Позвонить не решился, потому что она предупреждала его о том, что звонки прослушиваются, а он не мог подвергнуть Анну хотя бы малейшей опасности. Осталось подождать до завтра, завтра все будет готово, и Миша навсегда исчезнет из их жизни. - Мы утром с Ксюшкой навещали Влада, а потом ходили по магазинам. - Я приехал вечером. Думал, что увижу тебя и увезу. - В тундру? – смеясь, спросила Анна. - Можно и в тундру – согласился Владимир. Они замолчали, не отводя друг от друга глаз. Слова были столько раз сказаны, что теперь они были не нужны. Молчание не давило, наоборот, словно волшебной золотой паутиной окутывало их, все сильнее и сильнее привязывая друг к другу. Две судьбы снова столкнулись, но не для того, чтобы разлететься, а чтобы теперь навеки переплестись в причудливый вензель отношений. Постепенно смешинки из глаз пропадали, уступая место какой-то затаенной грусти. Наверное, даже в самый счастливый миг их жизни они так и не избавятся от легкого сожаления, что все могло бы пойти иначе. Если бы… - Ты с Ксюшкой? Анна покачала головой. - Нет, она осталась у бабушки. - Твой муж… - начал, было, Владимир, но она кончиками пальцев коснулась его губ, призывая к молчанию. - Я ничего не хочу слышать о моем бывшем – это слово Анна подчеркнула – муже. Сейчас имеет значение только я и ты. Мне надоело оглядываться на других людей, а дети…. Дети я надеюсь, нас поймут и примут наше решение. Вместо ответа Владимир поцеловал ее, тонкие руки оплели его шею, Анна прижалась к нему. Отвечала на поцелуй, поражаясь тому, как ей удалось выдержать разлуку, как она смогла притворяться перед Мишей, и не выдать себя. Как она могла сомневаться несколько минут назад, что поступает неправильно. Владимир крепче сжал Анну в объятиях. За эти две недели он соскучился по ней гораздо больше, чем за семнадцать лет. Вроде было все как всегда. Он видел ее, слышал, но не мог дотронуться. Раньше никакой надежды на совместное будущее не было. Теперь, когда ничто не мешало им быть вместе, кроме страха Анны перед мужем, что Миша может навредить детям и Владимиру, да охранники, которые следовали за ней по пятам. Когда он приходил к Тане, а потом заходил к Владу, запах ее духов еще витал в воздухе, создавая иллюзию, что Анна еще здесь. Это выматывало, и раздражало, хотелось просто схватить ее за руку и увести с собой. И будь, что будет. Когда они сталкивались в больничном коридоре, Анна бросала на него испуганный взгляд, умоляя подождать. И он ждал. Приезжал с работы в пустой и тихий дом. И до утра как раненый зверь метался по дому, сходя с ума от ревности, от страха потерять ее. Он видел в глазах Миши странный блеск, который бывает у людей с неуравновешенной психикой. Как только Владимир получил известие о том, что он может избавить Анну от Миши, он принял решение увезти ее немедленно. Увидеться они могли только в больнице, и он поехал туда. Но в больнице они не встретились, и Владимир поехал домой, рассчитывая, что утром точно увидит Анну и скажет ей радостные новости. Дома он решил немного поработать, но не за столом, а в кресле, включил торшер, взял бумаги и неожиданно заснул, успев просмотреть только один договор из запланированных пяти. А она сама пришла к нему. Наверное, так и должно было быть. Она сама ушла и сама вернулась. Поцелуй из нежного стал страстным, но было какое-то странное чувство. Оно витало вокруг них, оставляя в воздухе серебристые ниточки. Это чувство было настолько сильным, сильнее любви и страсти, что в какой-то момент необходимость определить, что это заставило их прервать поцелуй. - Ты тоже это чувствуешь? – спросила она, почти касаясь губами его щеки. - Да. - Что это? - Любовь? - Она была и раньше. Это что-то иное. - Бесконечность – одновременно сказали они и рассмеялись единству душ и мнений. Да, это была бесконечность, незыблемость. Это чувство было в новинку, настолько острым, что заглушило любовь и страсть. Бесконечность того, что завтра не растает как снег под палящим солнцем, что ты не исчезнешь в туманной дали, оставив после своего ухода чувство пустоты и безнадежности. Незыблемость того, что теперь мы будем вместе: ты и я, что я с тобой, а ты со мной. И теперь только от нас зависит, сможем мы быть вместе. - Я люблю тебя – прошептал он и потянулся к ее губам. - Подожди – остановила его Анна – Я должна тебе кое-что сказать. Владимиру на миг стало страшно, что она опять уйдет, оттолкнет и оставит наедине с его болью, любовью… вдруг Анна опять пришла из-за детей, а вдруг он ошибается? Он выпустил ее из объятий и немного резко ответил: - Я тебя слушаю. - Володя, я беременна. Его лицо осветила улыбка, но в глазах была настороженность и недоверие. «Если ты ее любишь, ты должен ей верить – сурово сказал внутренний голос – Иначе продолжать ваши отношения не имеет никакого смысла». «Я ей верю» - немного запинаясь, ответил Владимир. «Но мысль о том, что этот ребенок может быть от Миши, посетила твою светлую голову?» - ехидно осведомился голос. Анна видела, что Владимир не так рад, как ей бы того хотелось. Сначала она хотела обидеться, но внезапная догадка все расставила по местам. Она подошла к нему и взяла его лицо в ладони: - Это твой ребенок. И я не дам минутному сомнению разрушить все, что у нас уже есть. Я не была с Мишей очень долго.

Klepa: - Прости – привлек ее к себе и прижался щекой к шелковистым волосам – Прости, я не должен был так думать, даже мысли такой допускать, что ты можешь обмануть меня. Прости. Анна ничего не ответила. Она всматривалась в лицо человека, которого очень любила, но знает ли она его. Владимир так же внимательно смотрел на нее. «Ты должен ей верить» - назидательно внушал внутренний голос. «Я ей верю, я усомнился всего на несколько секунд». «За эти несколько секунд можно было все разрушить…». «Как он мог усомниться в твоих словах?» – возмущался разум. «Ему было больно» - ответило сердце. «Но эту боль причинила не ты» - продолжал возмущаться разум. Слишком мало времени они провели вместе, слишком мало знают друг друга, теперь, когда, казалось бы, такие непреодолимые препятствия уже преодолены, не окажется ли их чувство просто химерой, неуловимым призраком, который жил только благодаря разлуке. Долгие годы разлуки, как ни странно, легче перенести, чем долгие годы близости. Им предстоит узнать достоинства и недостатки друг друга. Восхититься первыми, принять и смириться со вторыми. Выдержать прессинг со стороны близких людей, и самое главное все объяснить детям, так, чтобы те поняли, и не винили самих себя в разводах своих родителей. Слегка дрожащими руками Анна обвила его шею. Все вопросы, все ответы остались за гранью, бесконечная усталость этого дня, огромное напряжение последних двух недель отпустили ее, когда сильные руки обхватили тонкую талию и прижали к себе. Он был нужен ей, сейчас, здесь, завтра, через год, спустя тысячу лет. Она выдержит все, кроме новой разлуки с ним, кроме одиночества вдвоем. - Я люблю тебя, я так люблю тебя. Как же я по тебе соскучился. Девочка моя, сладкая моя девочка… Владимир целовал ее, а она каждый раз немного отступала назад, пока не уперлась в стол. Не переставая целовать Анну, Владимир подсадил ее на стол, пышная юбка задралась, оголяя стройные ноги. Нетерпеливые пальцы пытались расстегнуть бесконечные крючечки на блузке. Она положила руки Владимиру на плечи и откинулась назад, подставляя себя под его жадные губы. От сладких поцелуев по телу пробегала легкая дрожь. Анна стянула с него футболку, прижимаясь губами к гладкой коже, обнимая сильное тело. Каждая клеточка ее тела хотела быть с ним, каждая струнка ее души стремилась к нему на встречу. Как она могла сомневаться в том, что поступает неправильно? Анна всхлипнула, когда его пальцы нежно сжали ее грудь, унимая сладкую муку. Пелена застилала глаза, все вокруг кружилось в странной дымке, хаотичные быстрые поцелуи горячили кровь, заставляя желать большего, хотелось снова ощутить его внутри, сильного, мощного, раствориться в нем, потерять голову, зная, что твои чувства взаимны, что любишь ты, и любят тебя. Владимир медленно целовал ее грудь, подбираясь к вершинке соска, жаждущего ласки, языком очертил ореол и обнял губами напрягшуюся ягодку. Покусывал, посасывал, лаская языком. Анна застонала, сильнее прижимая его голову к себе, перебирая короткие темные волосы. - Любимый мой…. Володя… иди ко мне…. От ее шепота Владимир заводился еще больше, но он сдерживался, сознательно продолжая мучить себя и Анну. Аромат ее кожи сводил с ума, он целовал нежную шею, лаская грудь ладонями, сжимая соски пальцами. Анна выгибалась ему на встречу, не замечая, что впивается ногтями в его плечи. Владимир с силой втянул воздух, когда женские пальчики, расстегнув молнию на брюках, погладили набухшую плоть, а затем слегка сжали ее, осторожно касаясь чувствительной головки. Он поднял голову и посмотрел на Анну. В сумрачном свете летнего вечера она видела только глаза Владимира, горевшие страстью и безграничной любовью. Горячие ладони скользили по атласной коже, поднимаясь, все выше, мягкое кружево дразнило ладонь, он стянул с нее насквозь промокшие трусики, и резким движением вошел в нее, утоляя бешеное желание. - Да, да, да – шептала она, встречая его толчки, сильнее сжимая ногами его бедра. От наслаждения на глазах выступили слезы, это было блаженством снова ощутить его мощь, и знать, что теперь они вместе. Навсегда. - Я люблю тебя – выдохнула Анна, выгибаясь в его руках. - Анечка – прошептал Владимир и со стоном излился в нее. Анна прижалась щекой к широкой груди, слушая, как бьется его сердце, чувствуя, что он целует ее волосы. - Помнишь, что ты сказала мне семнадцать лет назад? – спросил Владимир спустя некоторое время. Анна подняла голову и заглянула в темные глаза. - Ночь еще не закончилась – с улыбкой ответила она. Он улыбнулся в ответ. - Ты права – прошептал Владимир и, подхватив ее на руки, понес в спальню. Анна тихонько рассмеялась, уткнувшись в его шею. Поздно ночью почти засыпая под треск поленьев в камине, она прошептала: - Я очень счастлива. - Я тоже. Услышала она ответ Владимира и заснула с улыбкой на губах, он крепче обнял ее и тоже заснул. Огонь в камине стал едва заметным, как недавний огонь любви бушующий в сердцах. Но стоит поднести новое полено, и костер разгорится с большей силой. Игра язычков пламени на почти сгоревших поленьях делала их похожими на драгоценные камни, в момент рождения из небытия. Костер любви горит и не погаснет, пока живы души способные любить.

Klepa: Tu coltanto tu1 Еще было очень рано, за окном пели птицы, радуясь новому солнечному дню. Анна сама не поняла, отчего проснулась, она села. Что могло ее разбудить? - Что случилось? Тебе плохо? – тут же проснулся Владимир. Анна не успела ответить, внезапно подступившая тошнота заставила ее вскочить с постели, и побежать в ванную. Она склонилась над раковиной, держась за ее края, противный мерзкий ком подкатил к горлу и освободил ее от своего присутствия. - Ты как? – спросил он, заглянув в ванную комнату, придерживая одеяло на плечах. Анна неопределенно качнула головой, после того как ее вырвало, на миг стало легче, но дурнота не отступала. Она присела на пуфик, пытаясь унять дрожь в коленях, ей было холодно, зубы стучали. Владимир сел рядом, закутал Анну в одеяло, слегка прижав к себе. - Тебе лучше лечь или посидишь еще? Она закрыла глаза, прижавшись щекой к широкой груди. Она забыла, что в мужских объятиях может быть спокойно и надежно. - Отнеси меня – жалобно проскулила Анна, почувствовав, что тошнота отступила. Владимир легко поднял ее на руки, и отнес в спальню, бережно опустил на кровать. - Тебе что-нибудь принести? – спросил он, склонившись над нею. - Нет. Давай спать. Тошнота накатила новой волной, Анна устало откинулась на подушки, облизывая пересохшие губы. - Я сейчас. Через пару минут вернулся. - На – протянул он что-то оранжевое. - Что это? - Курага. Анна поморщилась, на миг, представив, что ей придется положить в рот, затем прожевать, и самое гадкое проглотить что-то из еды. - Я не хочу. - Попробуй – настаивал Владимир – Тошнота пройдет. В крайнем случае, выплюнешь. Поразмыслив, она кивнула и нерешительно взяла мокрый от воды сушеный фрукт. Откусив крохотный кусочек, она долго его жевала, прислушиваясь к своим ощущениям, но тошнота не возвращалась. Съев еще пару штук, Анна поняла, что ее больше не мутит. - Лучше? - Да. - Еще будешь? - Нет, спасибо. Он осторожно вытянулся рядом с ней, Анна прижалась к нему. - Спи – тихонько поцеловал Владимир в нежный висок. Она что-то сонно пробормотала и устроилась на его груди, забавно подложив под щеку ладошку. Этот жест ему напомнил, как они ночевали в лесу... как давно это было… Яркий солнечный свет залил комнату. Владимир проснулся первым, Анна все также спала у него груди, так и не убрав ладошку из-под щеки. Он протянул руку, и погладил шелковистые волосы. - Анечка – тихо позвал он – Просыпайся. Мы проспали. Но она продолжала спать. Владимир улыбнулся, немного подвинулся вниз так, что теперь голова Анны лежала на его плече, и прижался губами к алому рту, скользя языком по сладким губам, нежно накрыл упругие полушария ладонями, слегка поглаживая. Затвердевший сосок дразнил ладонь, не в силах устоять перед искушением Владимир спустился ниже и жадно обхватил губами манящую вишенку. Нежное тело выгнулось навстречу горячим губам, Анна застонала, запустив пальчики в темные волосы, сильнее прижимая его голову к груди. Еще не освободившись от плена сна, она попала в сладостный плен любимых губ и рук. - Володя… Он приподнялся на руках, нависая над ней. Не говоря больше ни слова, Анна протянула к нему руки, прося наклониться к ней, и сама потянулась к нему, потерлась, как кошка о его плечо щекой. Поймав ее губы в сладкий плен своих губ, Владимир прижал Анну к кровати, целуя ее нежно, медленно. Восторг любви, пьянящее счастье, безудержный огонь разгорелся с новой силой, опаляя своим дыханием, кружа их в волшебной, чарующей магии костра. Снова души воспарили над землей, летя навстречу ветру, тела стали единым целым, сердца бились в унисон, отстукивая секунды, минуты, часы… Два дыхания сплелись в единый стон. Уставшие, но довольные они еще долго лежали рядом, не желая разнимать сладкие объятия. - Ты оказывается соня – сказал Владимир спустя некоторое время. - Соня? – удивленно переспросила она и подняла голову – Сколько сейчас время? - Уже полдень, и я безнадежно опоздал на работу. - Начальство не опаздывает, оно задерживается – с серьезным видом возразила Анна, но уголки ее губ дрожали, а глаза искрились от смеха и счастья. - Но даже начальству нельзя задержаться на весь день – с сожалением ответил Владимир, целуя уже не пытающуюся сдержать свой смех Анну. - Тогда пора вставать. - Да. ______________________ 1 ты только ты (итал.)



полная версия страницы