Форум » Альманах » «Пробуждение» » Ответить

«Пробуждение»

Царапка: Название: «Пробуждение» Автор: Царапка Рейтинг: PG-13 Жанр: мелодрама, продолжение линии Михаила и Анны игры «Dolce Vita». Спасибо Гате, Розе и Свете, разрешившим развить тему.

Ответов - 52, стр: 1 2 3 All

Царапка: Ночью за окном разыгралась метель, не замеченная мужчиной и женщиной, сгоравшими в собственной буре. К утру улеглись и ветер, и страсть. Первой ожила девушка и потянулась, ощутив – тело, в котором перед сном не чувствовалось ни костей, не пульса, вновь повинуется. С улыбкой глянула на незадёрнутые занавески, на робкие лучики, лениво забрезжившие над горами. В душе Анны царили мир и блаженство. Никаких сожалений о горячем ночном безумии она не испытывала. Да, поступила неправильно, да, любой мудрый и не очень советчик перечислит тучу резонов, почему нужно быть сдержаннее и хитрее – но Анна сделала так, как хотела, без расчёта повиновавшись желанию и стуку сердца. Девушка выбралась из горячих объятий, скользнула в ванную и тихонько ополоснулась. Тело горело, кое-где были видны синяки, хотя ночью никакой боли не чувствовалось. Что поделать, такая уж неженка, не помогает спортзал. Обнажённая, как была ночью, подошла к выходящему на горы окну. Тишина, никого, можно подумать – а думать не хочется, ведь сегодня наступил Новый год! Новое счастье… и новую работу придётся искать... но это потом, когда они вместе… а может быть врозь, вернутся в огромный город. Что принесёт утро праздника? Мишка спит, хороший, смешной и вовсе не плюшевый. Он откроет глаза и неизвестно, что придётся в них прочитать… пока отрезвление не настало, не стоит забивать этим голову. Анна нырнула обратно под одеяло, примостив золотую головку на плече Михаила. Он не спал, наблюдая за девушкой сквозь ресницы. Тоненькая, изящная, лёгкая, кто бы мог догадаться, как сильна она в страсти! Михаила эта малышка всегда раздражала. Раздражали лукавые глазки, упрямый лоб, дерзкие колкости и упорство, едва речь заходила о редакционной политике. Раздражала с первого дня, когда студентка-стажёрка, похожая на подростка, появилась в издательском доме и поступила под начало Варвары. В простых джинсиках или бриджах смотрелась сбежавшей на волю принцессой. Смеялась, ничуть не смущаясь начальского авторитета, держалась уверенно, смотрела в глаза. Все удивились, когда Варвара, года четыре спустя покидая издательский дом ради своего дела, рекомендовала девчонку на своё место. Михаил первым выступил: «Что за бред!», и получил от уважаемой женщины: «Меньше под нос смотри, и хватит бредить». Александр пожал плечами и решился рискнуть – его слово было законом. От девушки ожидали точного продолжения прежней политики, но она перевернула журнал вверх дном – как ни странно, с полного одобрения бывшей шефини, переданного Михаилу по телефону. Идеи клубились, рубрики возникали одна за другой, пока новый макет журнала не был представлен на редакционный совет всего дома. Поначалу сочетание казалось диким – где кулинария, где спорт, но женщины смотрели с нескрываемым любопытством, и Алекс снова рискнул – вернее, ему было не до того. Успех был впечатляющим, и девчонка получила возможность раздражать Михаила больше и чаще, регулярно участвуя в редакционных советах. Один раз Репнин её поддержал – при модернизации сайта журнала системщики не спешили с заменой оборудования и движка, уверяя – для нового дизайна и планируемой посещаемости достаточно существующих мощностей. Анна была категорически против, требуя испытаний. Её едва не заклевали до слёз, а она всё мотала бедовой своей головой. Михаил подсчитал и решил – возможно, девчонка права, хотя вряд ли, но обрушение сайта при переходе на новый дизайн и добавлении сервисов обойдётся неприемлемо дорого. Высказался – и получил благодарный взгляд, от которого по всему телу прошла волна… конечно же, раздражения. Так к новому году и добрались до каникул в горах, и непонятно какими судьбами в первый день праздника проснулись в одной постели. Анна лежала в его объятиях, славная, безмятежная, отдыхала после отчаянной ночи, и не подумаешь, что предаваться любви она способна как в первый и последний раз в жизни. Что поутру? Изогнётся, как кошечка, поблагодарит и предложит забыть? Захочет ли новых встреч? Не зная ответ на вопрос, Михаил непроизвольно притянул подругу к себе, и она перестала скрывать, что проснулась. Серые глазища открылись, в них забрезжили отблески неба, тумана, глубокой воды, губы тихонько шепнули: «С добрым утром!». Он её чмокнул в нос и признался: - Аня, мне с тобой было здорово… но… давай позавтракаем? Девушка улыбнулась, кивнув. - Спустимся или заказать в номер? Яичницы здесь не пожарить… – состроила виноватую рожицу. Михаил обвёл комнату взглядом. Всюду валялась разбросанная одежда, да ещё и ковбойская. - Знаешь, лучше зайду к себе, оденусь нормально. Полчаса хватит? - Хватит, я уже была в душе. - Отлично, до встречи внизу. Хорошо, когда времени мало на сборы – некогда замереть у окна, глядя на облака, мечтая и размышляя. Праздник, огни… и вдруг сожмёт сердце… не надо, пока всё хорошо, спеши, беги вниз, пора завтракать, улыбайся! А есть правда хочется. Как всегда, лёгкой походкой и высоко держа голову, Анна спустилась в обеденный зал и осмотрелась, будто бы невзначай. Михаил уже ждал её и улыбнулся. Шведский стол предлагал еду на любой вкус – для диетиков, диабетиков и обходящихся без всех этих глупостей. Набрав себе всякой всячины, они устроились у окна, болтая о мелочах, будто ничего особенного и не произошло между ними. А может, оно так и есть? – подумалось Мише. Что ж прям такого… - настроение сразу испортилось, и пришлось глянуть в прозрачные глаза девушки, пытаясь разгадывать, что на их дне затаилось. Чёрт, чёрт! Почему это вдруг важно? До той секунды, когда проказница захлопнула дверь, он ничего и не ждал, кроме как развлечения на ночку-другую. Потом заело – динамить вздумала?! Шалишь! Нет той девушки, которая прогонит в окно… Потом… что случилось потом, когда он увидел в глазах Анны сияние звёзд, когда она бросила кокетничать и дурачиться, тонкие руки её стали сильными, нетерпеливыми, губы раскрылись для поцелуев, девушка отдалась беззаветно и безрассудно... Исчезнет ночной мираж, оставив лишь память? А ведь не забыть… Анна будет ли помнить? Вот она, как обычно, смотрит приветливо, с веселинкой... Анна задумалась, потихоньку глотала горячий кофе, наблюдая таящий туман над вершинами гор. Она не лучше своего внезапного друга знала о будущем и станет ли оно общим. Крылышки уже довелось опалить, и что бы там ни было, если Миша решит… Анна упрямо сдвинула брови… если они вместе решат не продолжать отношения, свидетелем расставания станет улыбка. - О чём ты думаешь, Аня? – негромкий голос пробудил от грёз девушку. - О тебе, - выпалила она незатейливо, не успев придумать подходящий ответ. - Польщён, - Михаил усмехнулся. – Покатаемся после завтрака? Девушка охотно кивнула. Страх высоты отпускал, с Михаилом совсем не было страшно, и мысль о горных лыжах впервые не вызвала паники. Может быть, получится одолеть склон, с которого так изящно и лихо скатывались Наташа и Катя? Весь день любовники говорили о разном – лыжи, путешествия, кошки, разводные мосты и устроенный фирмой праздник их занимали; ни одного серьёзного слова о возвращении в будни не было сказано. «Он будто боится сделать мне больно… а ночью совсем не боялся. Медведь!» - подумала Анна, и глаза задорно блеснули. Она-то уж точно ничего не боялась. До вечера все были заняты своими делами. Если кто и обращал внимание на вдруг возникшую пару, то вида не подавал. С наступлением темноты в первый день года в отеле устроили новый праздник – снова шампанское, дед мороз - правда, нанятый, музыка, угощение, танцы. Неожиданно для Михаила Анна надела зелёное платье густого малахитового оттенка. Он не видел девушку в таком цвете и поразился – как ей к лицу загадочные шёлковые переливы. Не пытаясь отнять у Катрин лавры змеи, Анна держалась с простотой спустившейся к подданным королевы, и поскорей отнять её у толпы захотелось безумно. Новой ночью Анна оказалась совершенно иной. Лихорадочное безумие сменилось тягучей негой. Девушка жаждала насладиться каждым мгновением близости, манила, игриво отталкивала, чтобы вновь поманить, не спешила, ленилась и вдруг превращалась в комок огня, так же вмиг замирая и слушая биение страстных сердец. Она наслаждалась и дарила себя, не скупясь, а любовнику всё было мало.

Светлячок: Отлично получился образ Варвары. Яркий, интересный и запоминающийся. В остальном не хватает слова "плоть". Пора ему уже появиться в фике.

Царапка: Светлячок пишет: Отлично получился образ Варвары. Рада, что понравилось! Варя - такая стряпуха, всегда с ней получится вкусное блюдо.


Царапка: Утром, чувствуя теплоту тел друг друга, они поняли – праздник закончился. Второй день нового года – ещё не будни, но только формально, обычные выходные. Михаил приподнялся на локте. - Аня, сегодня думаю поговорить с Сынычем. Лежащая на спине девушка повернула голову в его сторону. - Мне в любом случае уходить. - Почему? Может, он отменит это дурацкое правило. - Не важно. Ты из руководства, - произнесла Анна обыденным тоном. - И что? – он хмыкнул. – У тебя принципы? Или не хочешь, чтоб говорили? - Миша, я не собираюсь с тобой спорить и что-то доказывать. Нельзя работать, если у тебя роман с кем-нибудь из начальства, - она с трудом проглотила не высказанное: «всё равно, расстанемся ли мы завтра, через год или никогда не расстанемся», потом добавила вслух. – Точка. Михаил посмотрел на упрямый лоб, прорезанный складкой между бровей, и не стал отвечать – бесполезно. Поцеловал её: - Ладно, придумаем что-нибудь. Анна в ответ улыбнулась. После завтрака Репнин не стал терять времени и разыскал шефа-приятеля. - А, проснулся! – настроение Саши было вполне себе. – Я уж думал, до самолёта придётся прожить без твоего сиятельного лица. - Догадываешься, на что ты мне сдался? Романов слегка поморщился. - Забудь. - Мы с Аней… - Считай, я не слышал. Новый год, все были пьяны… - Сашка, это не спьяну. - Брось, не корчи из себя джентльмена. - Это ты брось свои фокусы! – обозлился Михаил. – У нас роман, и мы будем встречаться в городе. - Ты… - Саша вытаращил глаза. – Серьёзно?! С этой пигалицей? - Полегче! – Репнин предостерегающе поднял руку. – Аня – моя девушка, твои комментарии неинтересны. - Ну что, друг, бросаешь меня? - Нечего было вводить такие дурацкие правила. Саша подумал. - Мари увольняется. - Считай – «сад-огород», «Варвара», у обоих журналов отличные показатели, и неизвестно, сколько ещё уйдёт после праздников, - догадки Репнин решил не озвучивать. – Каждого по отдельности заменить можно, сразу всех – туши свет. - Леший с тобой, оставайтесь. В новый год – новые правила. Но Маша уйдёт всё равно – очень мне надо будущую жену в подчинённых держать. Михаил рассмеялся. - Аня то же самое говорит. - О Маше? – Романов взглянул холодно и остро. - Нет, конечно, о себе – говорит, увольняется всё равно. - Тьфу, что ты мне тогда голову заморочил?! Она уходит, ты остаёшься, делов-то. С остальными разберёмся по ходу проблемы. Пусть в январе дела передаст, выходное пособие – и вперёд! - Ну это ты загнул вообще! – вышел из себя Михаил. – За кого ты меня принимаешь? Романов минуту подумал. - Ладно, выводи за штат свою… девушку! Пусть заключает подряд, посчитай, сколько от выручки «Спроси у Варвары» обошлись её зарплата с бонусами и прочими соцпакетами, назначь этот процент на год. Будет считать себя вольным художником и не маячить в офисе лишний раз. - Вот это другой разговор! - Ладно, - съехидничал. – Будешь отвечать за её косяки. Выпьем? - Вечером, сейчас мы на трассу. - Ну вот, - проворчал Саша. – Был человек, а теперь… Михаил не слушал уже, выйдя из комнаты. Анна расчёсывала волосы у себя, распустила и медлила, порой задумываясь со щёткой в руке. Ей на три месяца хватит запасов, даже на ипотеку, если не транжирить по пустякам. Чтоб не терять времени и обойтись без родительской помощи, придётся подкармливаться переводами. А Миша? Чем он займётся, если уволится? С улыбкой девушка вспомнила «будем издавать журнал вредных советов». Может быть, может быть… - затея не выглядела слишком серьёзной. Дверь открылась, и Анна очнулась от своих дум. Михаил подошёл, усадил белокурую нимфу себе на колени и пересказал суть разговора. - Подряд? Отлично! – Анна обрадовалась, к своему журналу она прикипела, искать новое была пока не готова. Улыбалась она изумительно. Светились глаза, волосы распушались, и мужчина, целуя полуоткрытые губы, удивлялся себе – как он мог не замечать нежную, колдовскую, притягательную красоту, бывшую рядом? Не хотел замечать, придумывал недостатки, искал повод для раздражения… Поцелуи становились всё требовательнее, и до трассы Михаил с Анной добрались только за час до обеда. Остаток каникул пролетел без тревог. Аня почти перестала бояться крутых спусков, но сноуборд оставила на другой раз. Впереди ждало нелёгкое испытание – самолёт. Страх высоты преследовал девушку, сколько она себя помнила, в чём, конечно, пришлось признаться. Миша постарался приободрить её. - Не трусь, прорвёмся! Аня натянуто улыбалась. В самолёте бледная девушка завернулась в плед и попробовала заснуть, опустив голову на плечо друга. Лететь три часа не так уж и тяжело, но мужчина нешуточно волновался за свою спутницу. Кто бы подумать мог – дерзкая, озорная, вдруг превратится в несчастного перепуганного котёнка. С чего так? Миша гладил её по шёлковым волосам, потом рука сама собой забралась под плед. Пальцы коснулись небольшой упругой груди, мужчина вздохнул, вспоминая жаркую ночь, усмехнулся и нахально расстегнул мелкие пуговички анниной блузки. Кожа там нежная, гладкая, зацелованная и ждущая поцелуев. Анна проснулась и стала часто дышать, чуть хихикая. - Мне щекотно… - промурлыкала она, вновь блестя глазками. - Перестать? - Не-а… мне нравится, - она потянулась еле заметно, поправила плед так, чтобы возня не была заметна, и положила ладошку на руку любовника, слегка направляя шаловливые пальцы. - Смотри, так возьмёшь, да и вылечишься! - Пока не совсем… - девушка скорчила озорную гримаску. – Можно ещё полечить, - она прикрыла глаза и незадолго до объявления посадки осмелилась на чай с бутербродом. Взяв багаж, Михаил наклонился к уху девушки и спросил её тихо: - К тебе или ко мне? - Вспомню, как собиралась… у меня жуткий бардак. - Значит, решили, - он вызвал такси.

Ninel: Игру не получилось прочитать, поэтому постраюсь в фике уловить её дух.

Царапка: Не знаю, согласятся ли другие участники насчёт духа

Gata: Царапыч, ты это все-таки сделала. Мегабизон! Царапка пишет: Не знаю, согласятся ли другие участники насчёт духа Диана романтизировала наше грехопадение в новогодней ролке О воплощении характера игрового Репнина судить не возьмусь, поскольку роль не моя, только на подхвате, а по фику - очень приятная у них с Нютой пара складывается Жду развития отношений. Саня меньше самодур, чем был в игре :)

Светлячок: Gata пишет: Саня меньше самодур, чем был в игре :) Саня тут вообще не Саня. В игре у него была индивидуальность и отсутствовала тяга к пошлым ночным приключениям. И прилетели друзья на частном самолете Сани. Почему назад какими-то левыми рейсами, знает только амнезия у героев фика. Gata пишет: О воплощении характера игрового Репнина судить не возьмусь Что-то мне подсказывает, что Розу мы тут не встретим и ее мнение не узнаем.

Царапка: Светлячок: отсутствовала тяга к пошлым ночным приключениям. здесь вроде тоже ;)

Gata: Царапка пишет: здесь вроде тоже ;) Здесь он более к ним снисходителен в ущерб авторитету :) Какой разговор, изобразить перса тютелька в тютельку может только кукловод, но тогда написание фиков по мотивам превратится в продолжение игры

Царапка: Gata пишет: Здесь он более к ним снисходителен в ущерб авторитету :) зато в пользу дела. Насчёт самолёта - обратно они ведь летели в компании девушек ;)

Светлячок: Царапка пишет: Насчёт самолёта - обратно они ведь летели в компании девушек ;) Мой Саня (а иных в игре не было) никогда бы не поперся в общей толпе ни ради каких девушек. Остальные хоть пешком. А Маню в свой самолет. Поэтому ты про него ерунду написала с билетами, и что возмущает - не согласовала. Царапка пишет: Спасибо Гате, Розе и Свете, Свете спасибо за критику явных косяков, видимо.

Царапка: Светлячок: что возмущает - не согласовалапрошу прощения, мне казалось, я отправила тебе все абзацы, где упоминается Алекс. Вечером проверю, что упустила, в любом случае исправляю.

Светлячок: Царапка пишет: прошу прощения, мне казалось, я отправила тебе все абзацы, где упоминается Алекс. Ты мне написала, что есть только одна сцена, где есть Саня. Что написано пером... В итоге я вижу не Саню, а твое представление о нём. Твои представления, Диана, извини, меня не устраивают. ИМХО, да скока угодно представляй, если сама фик пишешь из головы, а не по факту игры. В игре кукловод решает, что может, а что не может делать его перс. К слову. Когда мы играли Меч и розу, я всегда спрашивала прежде, чем выдать пост, где не только мои персы. Только в Феличите был косяк, но я за него каюсь и до сих пор посыпаю голову пеплом перед Гатой и Розой.

Gata: Милые дамы, есть вопросы, которые предпочтительно решать в привате.

Светлячок: Gata пишет: Милые дамы, есть вопросы, которые предпочтительно решать в привате. Это предвзято и подыгрывпание одному ближнему, ИМХО. Текст фика выкладывается в открытый доступ, и пусть автор будет готов в открытом доступе услышать нелицеприятную правду о результате. Когда будут косяки вырублены топором, тогда все прочие нюансы перейдут в приват.

Gata: Светлячок пишет: Это предвзято и подыгрывпание одному ближнему Это забота админа о прочих форумчанах, которым неинтересно читать пререкания по техническим вопросам. Царапка, прошу впредь внимательнее делать выборки для согласования с другими игроками. Светлячок, дыши ровнее. Ничего непоправимого с твоим Саней не случилось. Для желающих поспорить прошу повторно ознакомиться с последним пунктом раздела "У нас не принято" в Этикете

Светлячок: Gata пишет: пререкания по техническим вопросам. Это принципиальный, а не технический вопрос! И дышать ровнее я буду только после того, как он будет решён.

Gata: Светлячок пишет: Это принципиальный, а не технический вопрос! И дышать ровнее я буду только после того, как он будет решён. Тебе напомнить еще об одном принципиальном вопросе, который был улажен без топанья ногами на весь форум?

Царапка: Упоминание Сани в эпизоде с самолётом я убрала.

Светлячок: Царапка пишет: Упоминание Сани в эпизоде с самолётом я убрала. Инцидент исчерпан, но не забыт.

Царапка: Ещё раз приношу извинения за лохушество.

Царапка: Михаилу нравилось жить загородом, и он приобрёл небольшой коттедж на окраине Пушкина, вложив все деньги, которые были у него год назад после назначения на должность вице-президента издательского дома Романовых. Интерьер был спартанский, только холл отделан с привлечением дизайнера – поклонника футуризма. Перед тем, как обзавестись мебелью, всё, что оставалось наличных, Репнин потратил на аппаратуру. Сам развесил по стенам колонки, врубил Pink Floyd, лёг на пол, раскинул руки и был абсолютно счастлив. С тех пор пролетели три года, а сегодня Аня переступила порог, разулась и босиком пробежала по холлу, с любопытством разглядывая обстановку. Стальной блеск поддерживающих внутреннюю галерею узких колонн привлёк внимание девушки, и она прокрутилась вокруг одной из труб, как вокруг шеста на стриптизе. Опаньки, что эта красотка умеет ещё? Изящная маленькая блондинка вошла в дом, как вернулась домой. Дом принял её благосклонно. Особого беспорядка здесь не было – перед отъёздом Репнин оставил ключи приходящей уборщице, разбросанные вещи она не тронула, но пыли в помине не было, и в холодильнике лежали продукты. Живём! К Анне они заехали на другой день, начав переезд. Она жила в двушке в недавно построенном доме, с гордостью сообщив – родители подарили только однушку, расширялась сама, правда, добрав ипотеку. В паркинге под землёй стояла весёленькая Kia Rio, вызвавшая у мужчины скептичное хмыканье – четырёхколёсный велосипед, если что – сомнётся в гармошку. Обстановка поначалу произвела впечатление вполне предсказуемой для такой девушки – светлые тона, мебель из бука, линии арт-нуво… только кухня из досок, крашенных в ультрамарин. Анечка явно любит контрасты. Началась трудовая неделя. Формальности уладили за один день, и Ане теперь на работу нужно было появляться нечасто – в основном ей, по контракту, полагалось трудиться дома, связываясь через сеть с коллегами и руководством. Девушка быстро разведала адрес ближайшего фитнесс-клуба, первые дни себя баловала по утрам, вставая к самому завтраку, но, пару раз получив нагоняй за работу почти до ночи, исправилась, и вечера полностью принадлежали мужчине. Михаил возвращался домой, не представляя, что ему ждать. Анна решила готовить по рецептам своего журнала – результат мог порадовать и озадачить. Пару раз получилось изумительно вкусно, гораздо чаще приходилось вспоминать честное признание умения готовить только яичницу, а то и брать девчонку в охапку и тащить в ресторан. Одевалась она дома тоже под настроение – от коротеньких шортиков до коктейльного платья. Неизменным оставалось одно – радость и нежность, светившиеся в глазах каждый вечер, тепло, разливающееся по телу, бурные ласки, уносящие в океан, разные каждую ночь и непохожие на штудии по Камасутре. Что бы не делала Анна, это могла быть только она, фантазия её белокурой головки, колотящегося, как у воробышка, сердца, требование её души, тела, желаний, беззаботного наслаждения каждым мгновением. Всего две недели совместной жизни понадобились, чтобы казаться знакомыми вечно. И всё же в любой миг гармония могла быть нарушена. Михаил с удивлением понял – он очень ревнив. Анна входила куда угодно, сияя, сверкая, не пытаясь спрятать свою красоту за личиной рабочей лошадки, как бывало в издательском доме. На девушку разве что фонарные столбы не оборачивались, и Михаил вспоминал – его будка отнюдь не лик олимпийского бога. Раньше за ним подобного не водилось, хотя женщины бывали у него – закачаешься, почему же вдруг Аню ревнует, каждый совместный выход с трудом дотягивает до конца, когда можно увезти её в дом и уложить поскорее в постель, доказывая девчонке, чья она с этого года. А раньше? Репнин чуть не за голову хватался, осознав бредовые вспышки ревности к прошлому. Ей двадцать пять, конечно, у неё были мужчины! Ничего иного он и не ждал, знал это с первой ночи! И всё-таки неприятно порой, дурацкое, странное чувство, что любви она училось неведомо у кого, и теперь её страсть – наследие той науки. Надо же быть таким идиотом! Хуже всего, как-то проговорился. Они поутру в воскресенье лежали в постели. Расслабленные, обнажённые, ещё не остывшие после ночи, поправлять скомканные простыни было лень. Михаил перебирал пряди женских волос, иногда подносил их к губам, наслаждаясь ароматом, задумчиво прикидывал, чем сегодня заняться. Обязательно лыжи, потом можно по кольцевой рвануть до залива, посмотреть на закат… вечером заказать домой суши. Встречаться с друзьями пока не хотелось – они с Аней были ещё слишком голодными друг до друга. Чуть позже, немного насытившись и лучше узнав друг друга, если это возможно. Не верится, что только месяц они живут вместе, а в прошлом году были чужими. - Ну что, позавтракаем, пора? – он потянулся. - Боишься остаться на любовной диете? – Анна шаловливо пощекотала мужчину. - Люблю приправы, - он подмигнул. - Что же угодно моему повелителю? Кофе с рогаликами? - Рога? Нет, это не надо! – он погрозил пальцем. Анна фыркнула. - Вот скажешь! Ну у тебя и ассоциации! Хорошо, круассан! Михаил смутился – надо ж такую глупость сморозить. - Ань, я не о том… просто… мне и в голову не пришло! Я понимаю, всё было раньше, в общем, забыли… - Раньше? – Анна резко села в кровати, смотря прямо перед собой. – О чём ты, почему заговорил вдруг о «раньше»? Ему неприятен был этот дурной разговор, но сердце пронзила до боли острая мысль – кем бы ни был прошлый мужчина, Анна любила его, не могла не любить, не могла быть с человеком, которого не любила, пустить к телу того, к кому холодно сердце. Долгим ли было чувство, быстро ли охладело, но не быть не могло! В глазах темнело, настроение стало премерзким, и ничуть помочь не могло понимание нелепости ревновать к прошлому. Он отвернулся, поднялся с кровати, натянул штаны и футболку. Анна осталась сидеть на коленях, опираясь на руки и не спуская глаз с Михаила, похожая на маленького зверька, готового укусить или убежать. Тело её напряглось, во рту пересохло, девушка чувствовала – происходит важное и непонятное, один из крутых поворотов лабиринта их отношений, за ним – дальше в путь или к выходу. Понять, впрочем, было несложно – Мишу заело на прошлом, сам знает, что глупо, оттого больше бесится. Стало обидно до боли – не мог ведь он ожидать, что современная девушка в двадцать пять окажется девственницей! Все всё знают и понимают, а толку? На язык натекли злые слова, хотелось съязвить: «Зачем тебе знать моё прошлое? Своим хочешь похвастаться? Посчитаться – сколько мужчин у меня было, сколько куриц на твоём насесте кудахтало?». К счастью, сдержаться ей удалось, но слёзы на глаза навернулись, руки ослабли, Анна скользнула с кровати и, как была голая, помчалась в душ. Михаил сел на стул, ругая себя. Вот так, бестолково обидел, что нашло на него? Ане больно, он понял это отлично. Пошёл на кухню, поставил кофе. Вскоре появилась и девушка, силясь держаться, как ни в чём не бывало. Хлопотала, стараясь не суетиться и не глядеть на мужчину украдкой, а он смотрел прямо на её блуждающие глаза. Подбирал слова, хотел извиниться… потом подошёл, обхватил её, с силой прижал к себе и поцеловал в губы. Из тонких пальчиков выскользнул бутерброд, шмякнулся на пол, но они не заметили, упоённо топя прошлое в Лете. Вечером Анна всё-таки вернулась к этому разговору, желая расставить все точки и решив – есть деталь, о которой лучше признаться самой. - Миш, - сказала она между делом, нарезая салат. - Раз уж зашёл разговор, и чтобы закрыть эту тему… я успела побывать замужем. - Да ну?! – он впрямь прибалдел от такой новости, хотя по большому счёту какая разница – был штамп в паспорте или нет? Анна остановилась, держа нож на весу, и спокойно как можно короче обрисовала: - Недолго, студенческий брак с неподходящим парнем назло родителям. Родители были правы. Успела развестись перед дипломом и все документы оформить на родную фамилию. Не рассказываю обычно, не хочу ворошить. Всё. - Ты – просто шкатулка с сюрпризами, - он почесал за ухом. Девушка улыбнулась. - Надеюсь, страшнее этого нет… - развела руками и шутливо прибавила: - Храплю ли я по ночам, ты уже выяснил. - В другой раз послушаешься родителей? Она гордо вскинула голову, но глазами смеялась уже. - Не-а, сама. Он глянул пристально, надеясь, что его мысль незаметна. Померещилась тень на прекрасном лице? Точно ли с прошлым покончено? И понял вдруг – да, бесповоротное, бесспорное да! Аня посмотрела прямо в лицо, в кои-то веки серьёзно, точно камень свалился с души Михаила. - Слушай, ты решила порезать, как в чоппере? - Ой… заболталась с тобой! – подмигнув, она свернула зелень с доски в салатную миску. – Вот!

Gata: Царап, мне кажется, что ты много лет поклонялась не той паре :) Не знаю, может, со мной и не согласятся, но на мой вкус, это самый теплый фик из всех, тобой написанных, начиная с толкушки Вспоминаю все твои вованны - фактически это были оды Нюрасе, Корф шел при ней бесплатным приложением, а Мишку ты наделила живым теплом и почти поставила с ней рядом

Светлячок: Gata пишет: это самый теплый фик из всех, тобой написанных, начиная с толкушки Я силилась что-то прочувствовать, но усилия были тщетными. У Дианы в фиках персы такие прилизаные, она так старается Нюшке угодить, что выходит исключительно схоластика.

Царапка: Gata пишет: Корф шел при ней бесплатным приложением Забавно, я далеко не сразу стала уделять внимание Анне, поначалу она была для меня слишком понятна. А с парой М+А у меня сплошь обломы какие-то, феерически дурацкие. Gata пишет: Мишку ты наделила живым теплом и почти поставила с ней рядом Может быть, от противного :) Светлячок пишет: Дианы в фиках персы такие прилизаные, она так старается Нюшке угодить Здесь-то зачем? Она не крепостная ;-)

Светлячок: Царапка пишет: Здесь-то зачем? Она не крепостная ;-) Ты не меня, а себя спроси.

Царапка: Самый сложный ответчик.

Корнет: На мой взгляд, субъективный, конечно, Михаил ведет себя вполне достойно.

Царапка: Корнет пишет:Михаил ведет себя вполне достойно.Рада, что он произвёл такое впечатление.

Царапка: Зимние недели летели, каждый день удлинялся, и вот уж бывало порой, что Михаил засветло добирался до дому. В издательском доме готовились обновить дизайн к 8 Марта. Редакторы сбились с ног и трудились ночами, руководство забыло, где офис, а где квартира. Подругу Репнин находил в самых разных местах и позах, когда она так увлекалась работой, что не слышала звякания ключей. Здоровенный Мак Анне разрешили забрать из офиса, и тяжесть не мешала девушке перебазировать рабочий инструмент со стола на кровать, на пол, на кухню, Михаил не удивился бы, обнаружив экран с надкусанным яблочком на потолке. Впрочем, труженица интересовала его гораздо больше. Возвращаясь, он не спешил объявлять о своём присутствии и наблюдал за горящими глазами Анны, увлечённо стучащей по клаве или болтающей ногами, если в этот день она устраивалась животом на полу. Удивился по-настоящему, застав Аню, безмятежно сидящую среди вороха мужских рубашек и с энтузиазмом колдующей иглой с длинной ниткой. - Ты что? - А? Ой, я думала рано… пуговицу пришивала, - она подняла свою работу – и вместе с ней подол шёлкового кимоно. - Хорошая ты портниха! – Михаил покатился со смеху, глянул на озадаченное личико и засмеялся ещё сильнее. - Ладно… Она выскользнула из своего одеяния, бросила всё на пол вместе с иголкой, но поймать себя не позволила, оставив мужчину со сбившимся дыханием, едва успевшего глянуть на мелькнувшую в двери узкую спинку. Вернулась девушка уже одетой… в полупрозрачную ночную сорочку, вскинула голову, рукой упёрлась в бок, топнула ножкой и объявила бескомпромиссно: - Сначала – ужин! – и снизошла… - Лёгкий… Как и что он ел, Михаил не запомнил, к утру сделав вывод – путь к желудку мужчины лежит через сердце. Через пару дней Аня показала любимому вицику макет нового дизайна. Вердикт Михаил изрёк коротко: - Винегрет. Девушка побледнела, затем вспыхнула, вырвала листы, просилась прочь, не слушая комментариев: - Ань, ну нельзя сразу столько пихать… Он хотел пойти за ней, объяснить и утешить, потом решил – пусть сама немного подумает, поймёт – перестаралась и одеяло на себя тянет. Соединить два направления вышло оригинально и классно, добавлять ещё два – губить успех на корню. Услышав с кухни треск разрываемой бумаги, включил любимую группу. Михаил лёг на кровать и прикрыл глаза, наслаждаясь мощным ритмом классики рока. Песня кончилась, он решил переключить Deep Purple на Black Sabbath, стал нащупывать пульт, и рука его нашла что-то мягкое, ласковое, шелковистое, тёплое… Аня неслышно вернулась и пристроилась к нему под бок, а, обнаруженная, положила голову на живот мужчины, вздохнула и честно призналась: - Мишкаааа… мне всё переделывать надо… - Ну ты ж понимаешь… - Да… - выдохнула она. – Не могла выбрать… журнал – это не сайт, где вставляешь маааленькие кнопочки на другой раздел. В какой-то момент чувствовала – переборщила, но увлеклась, так было жалко. - Успеешь исправить? - Думаю освежить к весне – и хорош. Моему дизайну и рубрикам года нет, читатели толком ещё не привыкли. - Ну, хватит-хватит, о работе потом… С новым дизайном разобраться успели, очередной номер ушёл в печать, снег начал таять, и вечера Михаил с Анной проводили разнообразно. Бывало, она срывала любовника в театр, или он звонил ей с дороги, решив взять с собой на рок-концерт - с последнего мероприятия Анна возвращалась домой наэлектризованной и взъерошенной. Лыжи убрали в кладовку, и Анна вернулась к занятиям танцами. Вечерние сюрпризы не пришлось долго ждать – в холле появилось большое зеркало, перед которым девушка репетировала. Присутствовать при этом она строго не позволяла, пришлось схитрить и поставить скрытую камеру. Посмотреть было на что. Анна разучивала танец семи покрывал. По каждому движению было понятно – хореографией девушка начала заниматься давно. Отточенные взмахи рук, гордая посадка головы, натренированная улыбка, шаги в такт, изгибы умелого тела. Знакомая и загадочная, каждый день открывавшаяся новой гранью, она завораживала, ослепляла, заставляя мужчину, которому подарила себя, забыть о существовании других женщин. Михаил предвкушал новое наслаждение, заодно взбучку, когда он признается в своей проделке, но не состоялось ни то, ни другое. Посреди рабочего дня раздался звонок. Агузаровские «Кошки» - Аня. Голос звучал напряжённо и грустно, грозным диссонансом с весёлой мелодией звонка и шаловливой бедовостью Ани. - Миша, папу на «Скорой» увезли, мама только что позвонила… может, сегодня его оперируют… я в больницу… - Куда? Что-нибудь привезти? Забрать тебя? - Не знаю, не надо… пока… - отбой и короткий гудок. Михаил растерялся. Хотел что-то сделать и остановился в бессилии. Потом собрался – впереди важное совещание, заказчики, твою дивизию, потом программисты будут гундосить о новой серверной… Пару раз получилось набрать Аню – она ничего толком не говорила и была явно подавлена. К вечеру раздался долгожданный звонок: - Миша, операцию сделали, вроде пока ничего, но мама на нервах, давление подскочило. Я с ней переночую. Пока. - Что-нибудь… - опять проклятый гудок. Он тяжело опустился в кресло. Город за окном почудился чернее зимы. Возвращаться домой одному? В пустой дом, где нет Ани, где её не будет вечность в несколько дней? Ждать в холодной постели, звонить, слушая её голос и натыкаясь на её вещи – маленькие туфли на шпильках, пушистые тапки, ночную рубашку под подушкой и стопочку стрингов в комоде? Почему она не попросила приехать, не позвала? Сама, непременно сама, сильная, дивизию твою, женщина! Михаил побарабанил пальцами по столешнице. Ревёт небось, в горле комок, или маму свою утешает… а любовник здесь лишний. Любовник! Бойфренд… вместе в постели, за ужином, на концерте, трепаться о чём-то, планировать отпуск, радоваться близости во всей полноте, но вот к Ане пришла беда, и она где-то там, без своего Мишки. В городе, далеко, решает свои проблемы, а бойфренд даже адрес не знает. Как-то так получилось, что с родителями Анны он ещё не знакомился. Может, не очень-то и хотел. Пару раз отношения с девушками доходили до такой стадии, а потом всё рассыпалось, и не вспомнить подробностей, хотя предкам Михаил нравился неизменно. Какие-то мелочи вдруг вставали поперёк горла, рушилось понимание, к парню появлялась масса претензий и ожиданий… в общем, после знаменательного события «знакомство с мамой» отношения выдерживали недолго. С девушками он «расставался друзьями», и при прощании каждая напоминала свою мамашу. И вот, ерунда, старые комплексы – а в результате Репнин не знал, куда ехать. Набрал ещё раз номер Анны – телефон вне зоны, сел или выключен. Только этого не хватало. Быстро прошагав туда и обратно по комнате, он хлопнул себя по лбу, сообразив – адрес должен быть в кадрах! Новой квартире Ани всего полтора года, значит, она при поступлении на работу указала адрес родителей! Или… он с шумом вдохнул… жила тогда с мужем? К чёрту, рискну… Информацию вице-президенту предоставили, разумеется, без проблем. Так… Михаил решительно направил свой джип по Московскому. Перед поворотом в нужный двор вышел и купил охапку белых роз, взял всё, что было в киоске, без счёта. Подъезд сталинки, наверное, всё-таки здесь родители… Домофон. Мужчина замер, боясь услышать чужой мужской голос, и едва не закричал, узнав анин. - Кто? - Это я! Молчание. Потом недоверчиво: - Миша? - Я! - Господи… - загудел зуммер, и дверь открылась. На третий этаж Михаил добрался бегом. Сердце стучало, и он чуть не стукнулся об открытую дверь. Аня в простом, слишком большом для неё халатике, не накрашенная, родная, уставшая, смотрела во все глаза. - Мишкаааа… - с удивлением, недоверием к своим глазам, потом надеждой и нежностью. – Мишка, - и, счастливо: - Мишкаааааааааа! Он ввалился в квартиру, боясь уронить свой букет и повисшую на шее девушку. В глубине тёмного коридора появилась женщина средних лет с утомлённым лицом, тонкими чертами напоминавшая Аню. - Здравствуйте… - Мам, это Миша… - девушка встала на ноги и прижимала розы к груди. - Очень приятно. Марфа Егоровна, - мать улыбнулась, не став исключением. - Извините, я поздно… разбудил, да? - Ничего, всё в порядке… - она свернула куда-то, наверное, на кухню. Молодые остались одни. По щекам девушки текли слёзы. Тяжёлый день, страх, бесконечные разговоры с врачами и матерью, старания всё уладить, потом – отец, непривычно беспомощный на койке в палате. Анне и в голову не пришло попросить Мишу помочь, и теперь она стыдилась и радовалась – он нашёл её сам, приехал, незваный и долгожданный. Миша не стал её утешать, утирать её слёзы, просто смотрел, улыбаясь. В этот миг Анна перестала быть тайной, он видел её сердце насквозь, знал – никому там больше нет места, и отныне общей для них стала не только радость.

Gata: Ребята учатся быть вместе не только в удовольствиях. И рабочие трудности, и житейские - на этих рифах немало влюбленных суденышек побилось, ну а тем, кто выплыл - попутного ветра! Особенно трогательный момент, когда Мишка нагрянул в квартиру Анниных родителей

Царапка: Gata пишет: Особенно трогательный момент, когда Мишка нагрянул в квартиру Анниных родителей Моя очень польщённая

Ninel: Жду продолжения и общения Михаила с будущей тёщей. Пока картина складывает идеалистичная.

Царапка: Ninel пишет: общения Михаила с будущей тёщей Улыбнулась, глянув на твою авку

Царапка: Неизвестно, сколько они бы стояли в немом разговоре. Марфа Егоровна прервала уединение. - Чайник вскипел. - Ой… - Анна, пошевелившись, уколола ладонь шипами и с удивлением посмотрела на кровь. - Ну вот… - Пустяки, сейчас перестанет, - девушка убежала за вазой. Марфа Егоровна побыла с молодыми недолго, сделала пару глотков, поцеловала дочь в волосы и ушла. Едва за матерью закрылась дверь, Аня очутилась на коленях друга и стала целовать его так же отчаянно, как в их первую ночь. Ответ не уступал жаром, и до кровати они едва дотянули. Стоны наслаждения пришлось сдерживать – Аня закрывала рот любовника поцелуем, едва чувствуя – он взрывается, и шептала: «Мама спит, тише… Мишенька, родной мой, любимый», а он отвечал: «Повтори…», «Любимый, люблю», он пил эти слова с её губ. Ночь блаженства, полного единения тел и сердец, счастливая, благословенная ночь… Утром удалось рассмотреть комнату. Когда-то здесь жила хорошая девочка, школьница, потом студентка. Простые обои, книжные полки, массивный письменный стол и скромный шкаф – дочь строго воспитания, мечтающая вырваться из-под опеки. Кровать не очень широкая, но это сегодня и лучше, лежать, тесно прижавшись друг к другу. Какой день недели? Повезло, ведь суббота! - Аня… - А… - сонная кошечка прикорнула у него на плече, не собираясь открывать свои глазки. Михаил помолчал. Решение было для него очевидным, но слова подбирались с трудом. После вчерашнего они не могли жить, как раньше, слишком близки и важны стали друг другу. Он хотел, чтобы Аня принадлежала ему перед всеми, никакой двусмысленности в именах и названиях, общим у них должно быть отныне всё в жизни. - Аня! – он настойчиво потряс девушку за плечо, и она удостоила его взглядом. - Я… хотел спросить… ты как насчёт второй раз попробовать? - Попробовать? – она ещё не проснулась. - Ну, рискнёшь? Она хлопала глазами. - Я хотел сказать… - наверное, вид был дурацкий. Анна стала догадываться и замерла, прогнав остатки своего сна. - В общем… пойдёшь в загс, если я составлю компанию? - Мишкааа… - зазвенело в её голосе счастье, потом девушка спохватилась, постаралась изобразить мало подходящую взлохмаченным волосам серьёзность на личике, важно произнесла. – Я подумаю, сэр… - засмеялась, боднула возлюбленного в грудь и шепнула. – Знаешь ведь… Медведь! *** Анниному отцу стало лучше через несколько дней. Девушка сияла, сказав родителям о близкой свадьбе, ходила по земле, как по радуге. Наконец, Миша повёз её в подавать заявление. По дороге Аня была непривычно смирной, как будто испуганной, маленький притихший воробушек. Остановив джип, Михаил подал девушке руку, и она вдруг сверкнула глазами, на дне которых плескалась отчаянная решимость. - Миша… постой, я должна спросить тебя… прости, не подумала раньше, так была счастлива… - Что? – у него не было ни малейшей догадки. - Ты… как ты относишься к детям? От неожиданности мужчина остолбенел, к чему такой странный вопрос? Девушка зачастила. - Я не о чём-то конкретно, не то, что я срочно хочу, или… беременна… - подняв глаза, она не могла не улыбнуться над растерянностью любимого. – И у меня нет ребёнка. Это просто вопрос. Есть люди, которые не хотят детей никогда… - Серьёзно? – Михаил никогда об этом не думал, вообще не задавался такими далёкими планами. - Да… - Анна вздохнула. - Ты о… - Не важно! – выкрикнула она. – У них масса доводов, почему им так лучше… а я… не могу ничего толком ответить, только чувствую себя инопланетянкой. - А… - не стоило к гадалке ходит, Аня пережила крайне тяжёлый момент, и он поспешил успокоить. – Мы с одной планеты с тобой, это точно, - он подал ей руку. – Пойдём? Девушка радостно выпрыгнула, вновь поздоровавшись с солнцем. Свадьба - всегда жуткая суета. Аня сказала, что хочет свадьбу, в её понимании - красивое платье, торжественная регистрация, поздравления, цветы на площади Победы, фото у Медного всадника и разбитые бокалы на Стрелке... спасибо, без длительного застолья она готова была обойтись. - По бокалу шампанского в загсе, потом перекусим с родителями - и в аэропорт! Последняя часть Михаила заинтересовала, он пробовал угадать, что придумает Аня, - как обычно, не попал даже близко. - В Южную Африку, - безмятежно изрекла девушка. - Куда?! - Михаил думал попроще - на Мадейру или в Европу. - Зачем? - Посмотреть на акул, - был готов безапелляционный ответ. - Их тебе в Питере мало? - жених рассмеялся. Аня чуть сморщила нос. - Бизнес-акулы занудные, неинтересные, еле ворочаются. Он едва отсмеялся. - Ладно, будут тебе акулы. - Там ещё есть большие кошачьи... - мечтательно протянула невеста... - Понял, в гости к родне собралась. Сразу бы так и сказала! Свадьбу назначили на конец апреля, когда сдадут годовые дела. Суматошное время - девичник, мальчишник... У Ани нарисовалась стайка подружек, Репнин познакомил девушку со своими друзьями, не работавшими в Dolce Vita, их, впрочем, было немного и не особенно близкие. Торжественное мероприятие. Вечером накануне дня регистрации мать забрала Анну как следует выспаться. Друзья пытались подпоить одинокого жениха, но он вовремя просёк каверзу и выгнал их вон, а потом они полночи строили с Аней планы по скайпу, втихаря от родительницы. В день регистрации Михаил жутко нервничал. Пришлось облачиться в новый парадный костюм, терпеть ухмылки друзей, именно сегодня всюду чудились пробки, прогноз Яндекса не успокаивал. Добрались в результате за час до нужного времени, и прошлось подпирать стенку в комнате жениха. Впрочем, товарищи по скорому счастью выглядели не лучше - у всех на лице растерянное выражение. Когда вызывали следующего по очереди, тот оживал, путался в ногах и хлопал глазами в ответ на ободряющее похлопывание по плечу. Михаилу казалось - прошла вечность, когда администратор вызвал: «Репнин!». Уф... Где там букет?! И вот он стоит в холле перед лестницей, по которой должна спуститься невеста, под обстрелом взглядов гостей, мечтая, чтобы всё поскорее закончилось и он с невестой, то есть с женой, улетит на другой конец света. Южная Африка - отлично придумано! Зазвучал «Гимн великому городу», Михаил обрадовался, что не марш Мендельсона, которым добрые друзья дразнили его целый месяц. Ну скоро там?! Он увидел - и замер. Анна спускалась по лестнице в лёгком кружевном платье, надетом поверх прямого атласного чехла, с алым поясом, и причёской - точно такой, как была в новогоднюю ночь, только украшенной флердоранжем и прозрачной фатой. Миша узнал, улыбнулся, вспомнил их первую ночь, потом обомлел. Такой он Анну не видел. По лестнице неторопливо плыла самая прекрасная, гордая женщина, покоряющая сердца с первого взгляда, уверенная в своей победе и лишь чуть опирающаяся на руку сияющего, подтянутого отца. Толпа гостей нестройно вздохнула, кто-то пробормотал громким шепотом - «отхватил Мишка...», а жених с трудом верил, что всего через полчаса волшебное создание станет его женой. Женой! Взгляд невесты обратился на Михаила и преобразился. Победная гордость растаяла, уступив место нежности. Улыбка превратила принцессу из сказочного королевства в родную любимую Анечку, идущую к своему счастью. Невеста положила нежную ручку под локоть жениха. Михаил повёл её к регистраторше, стараясь унять бардак в голове, и сосредоточился на задаче - не пропустить заветный миг, когда нужно ответить «да» и не промазать, надевая кольцо на тоненький пальчик любимой. Спустя четверть часа Михаил опрокинул бокал шампанского в пересохшее горло. Законная с этого дня половина деликатно пригубила. Плутовка, опустив глазки, позволила всем убедиться - главой семьи будет муж, а супруг ни капли не сомневался - прелестное создание сделает так, как ей будет угодно. День клонился к закату, и молодожёны, в конце концов, сбыли с рук официальную программу вместе с традиционной. Час на последние сборы наедине - и вот Аня сидит в такси, смирно сложив на коленях руки, с видом прилежной школьницы, подложившей на стул преподавателя кнопку. Муж сел рядом, по-хозяйски обнял её поцеловал, перевёл дух... Всё, женаты! - Шеф, в Южную Африку! Таксист ухмыльнулся и вырулил к аэропорту. Конец.

Olya: А Нату почему на свадьбу не пригласили?

Царапка: На свадебной фотографии будет все, просто список не прилагается - и так в лицо знаем

Olya: Царапка пишет: На свадебной фотографии будет все, просто список не прилагается - и так в лицо знаем Диана

Gata: Царапка пишет: Толпа гостей нестройно вздохнула, кто-то пробормотал громким шепотом - «отхватил Мишка...» Думаю, в конечном итоге Анне повезло не меньше :) Царапка пишет: Есть люди, которые не хотят детей никогда… Такие обычно и жениться не хотят - по крайней мере, уже состоявшиеся и отдающие отчет своим желаниям и поступкам. Хотя девушку тоже можно понять - обжегшись на молоке... Диана, спасибо за теплую душевную историю Редко удается словить от тебя безусловный позитив, без морализаторства и т.д., тем оно ценнее

Царапка: Gata пишет: Такие обычно и жениться не хотят - по крайней мере, уже состоявшиеся и отдающие отчет своим желаниям и поступкам. Не факт, бывает и так, что в загс не прочь, детей - ни-ни. Gata пишет: спасибо за теплую душевную историю и тебе спасибо за игру!

Светлячок: Я не буду лить елей на творческие раны. Диана - далеко не нервная барышня с трепетными ноздрями, а строчащий многа нюшковулкан, поэтому уперто не воспринимает критические замечания. А без них тут не обойдешься. Начну, ладно, с похвалы. Еще раз повторю лучший перс этого фика - Варвара. Её было мало и она не слиплась в общей романтической патоке. Чего тут Гата углядела душевного я не поняла. Типичная история от Дианы, где Нюрец в бронзе и по ней стекает мёд. Что тут нового? Да, ничего! Раньше в ее исполнении повезло Корфу, что Нюшка снизошла, теперь вот под раздачу попал Мишка. Кто следующий? А Диана может, когда пишет не про Анну. И от БиО отщипывать не надо. "Медведь" - это в ласковом изложении Ольги, Беня. А твой Мишка в этом фике - прирученный сеттер. И повезло ему с акулами или нет, пока вопрос открытый.

Царапка: Света, спасибо за отзыв! Михаила мама с папой так обозвали, что без Топтыгина не обойдёшься :-) Светлячок пишет: уперто не воспринимает критические замечанияСтараюсь по мере сил. По мне, Анна здесь - обычная весёлая милая барышня, я очень старалась не делать её приглаженной и слишком хорошей, но если читатели увидели медовую бронзу - что ж тут поделать!

Светлячок: Царапка пишет: По мне По тебе, ага. Царапка пишет: что ж тут поделать! Писать иначе. И, может быть, старик Державин тебя заметит и ... благословит.

Царапка: Светлячок пишет: Писать иначе.Стараюсь по мере сил ;-) Об отношениях Анны и Михаила я написала так, как увидела их в игре, что получилось, то получилось.

Gata: Светлячок пишет: Чего тут Гата углядела душевного я не поняла Светлана, о вкусах не спорят.

Ninel: Интересная вышла повесть о настоящем человеке. Я Михаила имею в виду. Из всех персонажей он мне больше всех запал в душу. Только у меня вопрос к автору. Зачем надо было неприменно женить Михаила и Анну? Их отношения текли в определенном русле. Свадьба была возможна, но лучше было бы оставиться без конкретики. Дать нам самим это решить. А так получается, что мы имеет в финале мыслишку: "Самое интересное, после свадьбы, мы не узнаем".

Царапка: Так уж оно получилось ;) У героев своё мнение на этот счёт, я увидела их свадьбу.

Ninel: Царапка пишет: Так уж оно получилось ;) Конечно, автор - барин. Я лишь о том, что мне было бы интереснее.

NataliaV: Светлячок пишет: Типичная история от Дианы, где Нюрец в бронзе и по ней стекает мёд. Мне так не показалось. Анна - обычная девушка, которая хочет замуж за хорошего мужчину с положением. Получает его, в том числе благодаря тому, что не только берет, но и отдаёт. Ninel пишет: Я лишь о том, что мне было бы интереснее. Мы все прекрасно понимаем, что все безоблачным в семейной жизни не бывает. Этого в реале достаточно. Иногда хочется романтики. Много романтики.

Царапка: NataliaV пишет: Анна - обычная девушка, которая хочет замуж за хорошего мужчину с положением В общем, да, я писала об обычной девушке, но про положение не думала

Gata: Царапка пишет: про положение не думала У девушек это на подкорке )))



полная версия страницы