Форум » Альманах » "Чудесный подарок", PG, мелодрама » Ответить

"Чудесный подарок", PG, мелодрама

Маринка: Название: Чудесный подарок Автор: Маринка Рейтинг: PG Жанр: Рассказ, мелодрама Герои: Владимир/Анна, чуть-чуть Лиза/Миша в эпизодах, остальных узнаете... Время действия: 2004-2010гг. Примечание: Когда-то с этим фиком я выступила на красном) Мой скромный вклад в наше правое дело... Не сочтите за наглость, просто хочется влиться в ваш дружный коллектив...

Ответов - 83, стр: 1 2 3 4 5 All

Маринка: 3. Стрелки на циферблате уже перешагнули семь часов, когда у двери в прихожей раздался звонок. Я побежала открывать. Посмотрела в глазок, и ничего не увидела, кроме бесподобных, так любимых мною тёмно-бордовых роз. - Кто там? - Изображая полное непонимание и неведение, улыбнувшись, спросила я. - Дед Мороз… - ответили мне. Угу, сейчас, в середине лета! Очень смешно… Я распахнула дверь. На пороге стоял мой бывший муж с букетом из 11 роз (я потом сосчитала) и красивым пакетом. - Привет… - поздоровалась я. – Вот так сюрприз! И где же твоя Снегурочка? - Привет, Ань… Растаяла по дороге… Шикарно выглядишь! - оценил он мои старания. - Спасибо… Проходи… Когда я закрыла дверь, Корф протянул мне цветы: - Поздравляю тебя… Дружески поцеловал меня в щёчку. - Спасибо… Очень красивые… Пойду, скорей поставлю их в воду… Проходи… Я кинулась выбирать вазу, подрезать стебли. Чтобы хоть как-то скрыть и унять своё волнение и смятение. По телефону-то всё было гораздо проще! Ясно, что мы не чужие друг другу, и никогда ими не станем, но кто же мы теперь? Просто знакомые? Разве же такое возможно? - Как я и обещал… - вслед за мной появляясь на кухне, Владимир достал из пакета «Персидскую ночь» и шампанское. - Спасибо… - в третий раз поблагодарила я. – Только ты забыл, я же теперь совсем не пью… Мне нельзя, алкоголь не совместим с моими лекарствами… - Продолжаешь лечиться? – негромко спросил он. - Да… Нужно закончить курс… Но если ты хочешь… - перевела я разговор. – Давай, откроем, а я буду пить сок… - Нет уж, проявлю солидарность… - улыбнулся Корф, открыл холодильник, и убрал шампанское. – Объявляем здоровый образ жизни! - Пойдём в комнату, за стол… - пригласила я его и взяла вазу с букетом. – У меня всё уже готово. Я водрузила цветы на середину стола. Владимир открыл и налил в бокалы яблочный сок. Мы сели. - За тебя! – провозгласил мой бывший муж, чокаясь со мной соком. - Спасибо тебе… «Интересно, я так и буду повторять это весь вечер?» - Рассказывай, - поинтересовался Корф. – Что нового? Как живёшь? - Живу… (Я проглотила ещё одно «Спасибо») Ничего живу… Работы много, а так… Кручусь… - Устаёшь? – то ли заботился, то ли посочувствовал он. - Терпимо… - Ну, а на личном фронте… как? – вопрос естественным образом вытекал из предыдущих. - Без перемен… - пришлось сознаться мне. – А у тебя… как дела? – в свою очередь спросила я. - А у меня… ты знаешь… всё не слава Богу! - усмехнулся Корф. - Что, барышни замучили? Проходу не дают? – я изобразила подобие улыбки. - Аня-я-я… - с укоризной протянул Владимир. – Какие барышни? Эту тему я закрыл ещё шесть лет назад, когда женился. - Но теперь-то ты снова свободен! - Я подняла свой бокал. – За тебя! Чокнулись. Он смотрел на меня как-то странно. Я не смогла понять этот его взгляд. Мы ели, выпивали сок. Избегая опасных и личных вопросов, разговаривали о чём-то отвлечённом. - Как же всё-таки ты готовишь! – воскликнул неожиданно мой бывший супруг. – Очень вкусно! - Соскучился по моей стряпне? – не удержалась я от улыбки. - И не только… - вновь этот пронизывающий долгий взгляд серых глаз. Повисла пауза… Я не знала, что сказать. - Потанцуем? – предложил Владимир. Я сумела лишь кивнуть. Он поднялся из-за стола. Включил музыку на центре, притушил верхний свет. Подошёл ко мне, подал руку… - Разрешите Вас пригласить? Я встала… И очутилась в его объятьях, крепко прижатой к нему. Как прежде бывало… Пальцы моей правой и его левой руки переплелись, и мы танцевали. - Аня моя… Анечка… девочка моя… - прошептал вдруг Владимир мне в волосы. - Это просто наваждение какое-то… Я всё время… постоянно думаю только о тебе одной… Я не могу… Я подняла голову, встретилась с его глазами, блестевшими в полумраке. - Я тоже… так соскучилась… - призналась я тогда. – Володя… Что же мы натворили с нашей жизнью? Зачем… зачем мы всё разрушили? – Я спрятала лицо у него на груди. - И что же нам теперь делать? - Это я… Я во всём виноват… Прости… Прости меня… Ты плачешь? – он, вероятно, почувствовал, что его рубашка стала влажной от моих слёз. – Анечка… Ну, что ты? Не плачь, моя хорошая… Всё-всё-всё… - Владимир ещё сильнее прижал меня к себе, гладил по волосам, по спине. - У тебя же… У нас же с тобой сегодня праздник! Сперва он целовал мои волосы, а когда я снова подняла голову, взял моё лицо в ладони, и стал осыпать его лёгкими, нежными поцелуями: лоб, оба мокрых глаза, щёки, с влажными дорожками от слёз, осушая их. И, наконец, его немножко солоноватые губы, безумно стосковавшись за время нашей бесконечной разлуки, как к источнику живительной, спасительной влаги, жадно приникли к моим губам. Я обвила его шею руками. Музыка уже давно играла сама по себе, а мы с ним целовались возле накрытого стола в полутёмной комнате… Неистово, ненасытно… Как в последний раз в жизни! Две расколотые половинки единого целого… И до «Персидской ночи» в этот вечер мы, честно говоря, так и не добрались… Продолжение следует...

Царапка: Спасибо! Мне кажется, гораздо интереснее и трогательнее, когда люди стараются вместе исправлять ошибки, а не обращаются с любимыми, как с промокашками для пробы пера - с ней (ним) натворил(а) ошибок, зато с новым всё будет по-белому.

Ninel: Что ценно в этом фанфике, автор описывает жизнь простых людей. Обычных. Как наши соседи и друзья. Не слишком умных, простых в мыслях и поведении. Незамысловатых таких, ничего в голову надолго не берут и не рефлексируют, потому что не умеют.


Маринка: Царапка пишет: когда люди стараются вместе исправлять ошибки, а не обращаются с любимыми, как с промокашками для пробы пера - с ней (ним) натворил(а) ошибок, зато с новым всё будет по-белому. Никуда им друг от дружки не деться)) Ninel пишет: автор описывает жизнь простых людей. Обычных. Как наши соседи и друзья. Не слишком умных, простых в мыслях и поведении. Классно сказано!)) Царапка, Ninel, спасибо!)))

Gata: А что - может, и получится второй раз в той же водичке искупаться :)

Маринка: Gata пишет: может, и получится второй раз в той же водичке искупаться :) Посмотрим)) Гата, спасибо за прочтение))

Маринка: 4. В общем, на следующее утро я проснулась в объятиях своего бывшего мужа. Я открыла, и тут же сразу опять закрыла глаза, чтобы ещё хоть ненадолго отсрочить тот момент, который непременно наступит. Тот миг, когда всё закончится, и он вновь уйдёт, и нам придётся расстаться. Я приняла решение. И вдруг почувствовала на своих губах лёгкий, дразнящий поцелуй. - Эй, красавица… Ты не спишь? – прошептал мой несносный муж (БЫВШИЙ! – упрямо напоминала я себе). - Нет уже… - я не стала притворяться, и открыла глаза. - Доброе утро… - улыбнулся Владимир. - Доброе утро… Он продолжал целовать моё лицо, шею, плечи, опускаясь всё ниже. - Знаешь, а я боялся, что эта ночь мне только приснилась… - Если бы так… - прошептала я, стараясь под его поцелуями сохранить последний рассудок и волю. – Всё было бы куда легче, и проще… Владимир прекратил эту сладостную пытку, поднял голову: - Что именно: всё? Ты о чём? Я промолчала. - Аня… А ну-ка, улыбнись! – насмешливо изогнув бровь, потребовал он. – Иначе, я могу решить, что тебе не понравилось… - Корф… - я высвободилась из его объятий, села на постели, подтянув одеяло на груди. - Вот в этом весь ты! Всегда думаешь только о себе! Такого поворота бедняга никак не ожидал, поэтому даже не рассердился. Просто растерялся, и забеспокоился: - Что случилось? Ань, что с тобой? - Со мной? – я повернулась к нему спиной. – Ничего… Ровным счётом! Я всего лишь проснулась… - Не с той ноги? – Он всё пытался шутить. - Ты же ещё не вставала… Сердце моё заныло, я обернулась… - Ты не понимаешь? - Нет… - признался Корф. - Нам нужно поговорить… - Я слезла с постели, достала из гардероба и накинула яркий короткий халатик. - Хорошо, давай, поговорим… - Владимир тоже поднялся, натянул брюки. Я убрала постельное бельё в шкаф, заправила кровать. А Корф так и стоял с обнажённым торсом, молча наблюдая за моими действиями, и терпеливо ждал. - Одень рубашку… - попросила я, наконец. - Зачем? – приближаясь ко мне, улыбался он. – Тебя что-то смущает? - Володя… Пожалуйста… - Силы мои стремительно таяли, словно снег под апрельским солнцем. Голос дрогнул. - Я прошу тебя… Разговор серьёзный! - У нас будет куча времени на разговор… - он запустил свои пальцы в мои волосы, заглянул в лицо. – Скажи мне только одно: ты жалеешь? - Жалею? Нет… Это было бы ещё большей глупостью с моей стороны, - добавила я. - Глупостью? – Корф нахмурился. – Ты считаешь, что мы сделали глупость? – Владимир пристально смотрел мне в глаза. - Да! – подтвердила я. – Только я никак не могу понять: когда именно? Тогда, когда разошлись, или сегодня ночью… Услышав это, Владимир немного успокоился. - Ты меня чуть до смерти не напугала! Иди ко мне… - Корф обнял меня, привлёк к себе, намереваясь поцеловать. - Володя… подожди… погоди… - начала было я, но тот не слушал. - Хорошо, что сегодня воскресенье… - шептал он между поцелуями. – Я быстренько съезжу, привезу свои вещи… А вечером мы с тобой куда-нибудь сходим. Его губы спустились ниже по моей шее к ключице, плечам, а руки потянулись к пояску моего халата. - Нет… - тихо, но твёрдо произнесла я, и отстранилась, поправляя халатик. - Что: нет? – Владимир хитро прищурился. – Останемся дома? Я не против… Я отошла к окну, отвернулась, раздёрнула шторы. Сквозь тюль рассматривала знакомый пейзаж. - Тебе незачем ехать за вещами… - в конце концов, выдавила я из себя. - Но у меня же здесь ничего нет… Даже зубной щётки… Мы… - Мы оставим всё, как есть… - я до боли закусила губу, по-прежнему глядя на Владимира. Я боялась посмотреть на него, и увидеть потухший пепельный серый взгляд, из которого исчезает, точно испаряется, надежда. – Ты думаешь, что я обо всём позабыла? Мы не будем ничего менять… У тебя своя жизнь, у меня – своя… Продолжение следует...

Царапка: Эх, Анна, всё усложняет... А Корфу всё просто. Но Анна зря - или не ложилась бы, или потом не гнала. У неё, впрочем, нервы никуда не годятся из-за бесплодия - надеюсь, муж поймёт и простит. В одну реку - любовь, не войти, так что лучше не выходить из неё с тем, с кем зашёл :)

Маринка: Спасибо, Царапкин!)) Да, Анна поступила нелогичней, чем Корф, но нервы у неё, действительно, сдали...

Gata: Тело хочет ласки, а сердце помнит обиды, какая уж тут логика :)

Царапка: Мне кажется, Анна здесь сильно обременена предрассудком, что если женщина не способна ребёнка родить, то и в жёны она не годится.

Gata: Это не предрассудок, это трагедия для женщины.

Ninel: Анна боится быть обузой для Владимира, ИМХО. Сейчас он готов на все, а что дальше? Бездетная, рефлексирующая по этому поводу, когда-нибудь Владимира это достанет и он уйдет. Анна решила обрубить сразу, но глупостью было снова лечь в постель. Впрочем, я уже говорила, что оба героя в фанфике умом не блещут.

Царапка: Ninel пишет: но глупостью было снова лечь в постель. Но очень хотелось!

Маринка: Gata пишет: Тело хочет ласки, а сердце помнит обиды, какая уж тут логика :) Женская...)) Ninel пишет: Анна решила обрубить сразу, но глупостью было снова лечь в постель. Впрочем, я уже говорила, что оба героя в фанфике умом не блещут. Подтверждаю) Головой они не подумали)) Царапка пишет: Но очень хотелось Просто до смерти)) Царап,

Gata: Царапка пишет: Но очень хотелось! Автор, проду хотим :)

Маринка: Gata пишет: Автор, проду хотим :) Желание читателей - закон! Эх, какая ж я зелёная была))

Маринка: Продолжение утреннего выяснения отношений... 5. - То есть? – в голосе Владимира послышался металл. – Ты хочешь сказать, что я сейчас должен буду просто убраться отсюда восвояси? Как ни в чём не бывало? После того, что произошло? Аня, посмотри на меня! - настаивал он. Я не двигалась, стараясь проглотить вставший в горле ком. Тогда Корф за плечи развернул меня к себе: - Аня… - А что, собственно, такого случилось? – не уступала я, пряча глаза. – Двое взрослых, свободных людей по обоюдному желанию были вместе… - Вот как? – Его красивые губы искривила усмешка. – Значит, для тебя это был банальный, ничего не значащий секс? На это я не ответила, и сумела лишь пролепетать: - Ты же сам понимаешь, что так будет лучше… - Лучше? – Владимир легонько сжал мои плечи. – Кому, Аня? Тебе? Мне? - Нам обоим… Мы с тобой слишком разные, и не сможем быть вместе… - Не сможем? А как же тогда все эти твои слова и слёзы сегодня ночью? Что это было? - Это был… праздник, но он закончился… Корф, отпустил меня, убрал свои руки, сунув их в карманы. - И часто ты себе устраиваешь, - снова ухмылка. – такие праздники? - Как ты можешь? – обиженно прошептала я. - А как ты можешь? Ты… ты представляешь, что я сейчас чувствую? – с горечью произнёс Владимир. - Догадываюсь… - глядя в сторону, негромко сказала я. - И я чувствую тоже самое. Подойдя ко мне почти вплотную, коснувшись рукой моего подбородка, Корф заставил-таки меня посмотреть ему прямо в глаза: - Тогда почему? Объясни мне! - Потому, что нам тяжело и трудно друг без друга, но и вместе не легче… - напомнила я. Владимир молчал, не перебивая. Он не отпускал мой взгляд, словно хотел увидеть, прочитать там всё, что у меня в душе. И я молилась, чтобы ему это не удалось. Преодолев минутный порыв забыть обо всём, обнять его, вновь прижаться губами к его тёплой коже и целовать, целовать, я всё же продолжала: - Допустим… Допустим ты сейчас вернёшься… И всё начнётся по новой - я опять стану психовать, ты - раздражаться… - Аня, ну я же признал свою вину, просил прощения… «Вам кажется, что если Вы сказали «мне очень жаль», все ошибки и вся боль прошедших лет могут быть перечёркнуты, стёрты из памяти, что из старых ран уёдёт весь яд…» -всплыла вдруг в моей голове фраза из любимой, десятки раз перечитанной книги. Правда, там мужчина говорил это женщине, но не в этом суть. - Что мне сделать? – донёсся до меня голос бывшего мужа. - Чего ты от меня ждёшь? Чего ты хочешь? - Ничего, Володя, - я мягко убрала его руку. - В одну реку дважды не войти… Возможно, у нас был бы шанс, если бы… - Если бы что? - Настойчиво допытывался Корф. - Неважно… Не терзай меня, прошу тебя, - почти беззвучно прошептала я, вновь отводя глаза. – Вероятнее всего, мы снова станем мотать друг другу нервы. - Я горько усмехнулась. – Мы уже это делаем… Ты не заметил? - Да потому, что это ты… - было видно, что он сдерживается из последних сил. А я всегда была слабее, и не смогла: - Да! – почти в истерике закричала я. – Да! Да, я! Я! Я – дура! непроходимая дура! Так зачем тебе возвращаться? К такой! – Моя вспышка была сильной, но короткой. Я чуть-чуть пришла в себя, заговорила спокойнее. – Дальше будет только хуже, и больнее. Я это знаю… Лучше сейчас… - Аня… Анечка… - Корф сгреб меня в свои объятья, прижал к себе. – Малыш… Что же мы опять делаем? Зачем? - Молчи… Молчи… Не говори ничего, - я обняла его, прильнула к нему напоследок.- У тебя всё ещё будет, слышишь? Володя… Я очень-очень этого хочу… правда… Поверь мне! - я заглянула в его глаза. - Я отпускаю тебя… - Отпускаешь? Это теперь так называется, да? – он грубо рассмеялся, сбросил мои руки, практически отшатнулся. Сдернул со стула свою рубашку. - Что ж, и тебе всего наилучшего! Впрочем, это я вчера уже говорил, прощай! Засовывая руки в рукава, и застёгиваясь на ходу, Владимир вышел из комнаты, ушёл, не обернувшись. Я вздрогнула, когда пушечным выстрелом захлопнулась за ним входная дверь. Без сил опустилась на кровать. Слёз не было. Я вся будто окаменела. Сколько я так просидела-пролежала? Я не помню. Точно механическая кукла, я, наконец, встала, прошла на кухню. Налила в чайник воды, зажгла газ, поставила чайник. Достала из холодильника «Персидскую ночь», его подарок. Села у стола, отрезала себе небольшой кусочек. Я жевала любимое лакомство, как траву, не ощущая вкуса. Я вообще ничего не чувствовала, кроме огромной, пугающей пустоты в душе. «Ты всё сделала правильно! Так и должно быть… Всё к лучшему!» - бесконечно твердила я себе. Чайник давно уже надрывался, свистел, а я сидела, уставившись в одну точку: на коллекцию декоративных тарелок, развешанную на стене. Память о тех местах, где мы бывали с ним вдвоём. И дырки в стене сверлил тоже он. «Володя… Володечка мой!» И вместе со слезами вдруг вернулась, явилась боль. «Как же больно! Боже мой… Господи… Для чего мне это всё?» Продолжение следует...

Царапка: Глупая, глупая, глупая...

Gata: Два сапога пара :)



полная версия страницы