Форум » Поэтический альбом » Лирика 20 века » Ответить

Лирика 20 века

Klepa: Предлагаю в этой теме говорить о поэтах серебряного века

Ответов - 145, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 All

Светлячок: Olya , а никто не обещал Корфам, что будет легко и приятно с их то прошлым.

Gata: А у меня первая ассоциация была с "Унесенными ветром". Хоть на тему ВА тоже неплохо ложится. Оленька, спасибо за стихи. Тоже что-то взгрустнулось... * * * Какая темная зима, какие долгие метели! Проглянет солнце еле-еле - и снова ночь, и снова тьма... Какая в сердце немота, ни звука в нем, ни стона даже... Услышит смерть - и то не скажет. И кто б ответил? Пустота... О нет, не та зима, не та... И даже нежности твоей возврат нежданный и летучий, зачем он мне? Как эти тучи: под ними жизнь еще темней, а мне уже не стать певучей. Но разве же не я сама себе предсказывала это, что вот придет совсем без света, совсем без радости зима?.. (Ольга Берггольц)

Olya: Gata пишет: Какая в сердце немота, ни звука в нем, ни стона даже... Услышит смерть - и то не скажет. Сильные строчки, спасибо


Четвёртая Харита: Олечка, это моё любимое стихотворение у Ахматовой ещё "Сероглазый король" Olya пишет: Задыхаясь, я крикнула: "Шутка Всё, что было. Уйдешь, я умру." Улыбнулся спокойно и жутко И сказал мне: "Не стой на ветру" ППКС! Это ВовАнна в будущем. Даже сцена в повозке в последней серии имеет какие-то предпосылки. А Унесённые ветром не соглашусь, Скарлетт сильный человек у неё будет будущее, а Ретт тем более ИМХИО, вот у ВовАнны его не может быть. Я не вижу для Корфа и Анны счастливого конца в принципе ни с кем другим, потому что их семейная жизнь поломает и без того уже исковерканных людей. Но я и не вижу их счастливой чемейной жизни, нам в конце не дали таких надежд. Это мне во всей их истории больше всего не нравилось.

Четвёртая Харита: Gata пишет: Но разве же не я сама себе предсказывала это, что вот придет совсем без света, совсем без радости зима?.. Красиво и пожалуй жизненно, но не могу согласиться с такой зимой навсегда. Надеюсь, что скоро прийдёт весна .

Olya: Четвёртая Харита пишет: А Унесённые ветром не соглашусь, Скарлетт сильный человек у неё будет будущее, а Ретт тем более ИМХИО, вот у ВовАнны его не может быть. Ну я сама как-то не подумала ассоциировать с "Унесенными ветром", хотя странно, потому что дейтствительно есть какой-то посыл, в настроении и атмосфере. Только никак не могу себе представить, чтобы Ретт Батлер вышел шатаясь. Не такой человек, будет всегда идти прямо, что бы не чувствовал. Вова - другое дело. И Анька когда поймет, что конец - скинет наконец маску снежной принцессы и побежит за ворота несмотря и на ветер и на якобы гордость. Но проблемы-то глубоко внутри, а не на поверхности, поэтому резкими движениями ничего уже не поправишь, хотя это и грустно... Дашунь, мне приятно, что наши мнения совпали

Четвёртая Харита: Olya пишет: Не такой человек, будет всегда идти прямо, что бы не чувствовал. Да так и было Ретт вышел прямо и гордо и она потом потом стояла твёрдо. А вот Вовку я шатающимся очень хорошо представляю, и безучастным тоже. Нет уж Вовочка не Батлер, совсем не Батлер ...

Четвёртая Харита: Что-то взгруснулось и вспомнила одно из самых любимых стихотворений. Марина Цветаева Я тебя отвоюю у всех земель, у всех небес, Оттого что лес — моя колыбель, и могила — лес, Оттого что я на земле стою — лишь одной ногой, Оттого что я тебе спою — как никто другой. Я тебя отвоюю у всех времён, у всех ночей, У всех золотых знамён, у всех мечей, Я ключи закину и псов прогоню с крыльца — Оттого что в земной ночи́ я вернее пса. Я тебя отвоюю у всех других — у той, одной, Ты не будешь ничей жених, я — ничьей женой, И в последнем споре возьму тебя — замолчи! — У того, с которым Иаков стоял в ночи. Но пока тебе не скрещу на груди персты — О проклятие! — у тебя остаешься — ты: Два крыла твои, нацеленные в эфир, — Оттого что мир — твоя колыбель, и могила — мир! 1916г.

Gata: Четвёртая Харита пишет: Я тебя отвоюю у всех времён, у всех ночей, У всех золотых знамён, у всех мечей, Моя коллега обожает Цветаеву и часто читает ее стихи на память. Сегодня день Николая Гумилева. Еще не раз Вы вспомните меня И весь мой мир, волнующий и странный, Нелепый мир из песен и огня, Но меж других единый необманный. Он мог стать Вашим тоже и не стал, Его Вам было мало или много, Должно быть, плохо я стихи писал И Вас неправедно просил у Бога. Но каждый раз Вы склонитесь без сил И скажете: «Я вспоминать не смею. Ведь мир иной меня обворожил Простой и грубой прелестью своею».

Olya: К славной дате Мое любимое у Гумилева, впервые услышала его в театре на спектакле и в тот же вечер нашла весь текст. Уж очень меня проняло с первых строк. Слово В оный день, когда над миром новым Бог склонял лицо свое, тогда Солнце останавливали словом, Словом разрушали города. И орел не взмахивал крылами, Звезды жались в ужасе к луне, Если, точно розовое пламя, Слово проплывало в вышине. А для низкой жизни были числа, Как домашний, подъяремный скот, Потому что все оттенки смысла Умное число передает. Патриарх седой, себе под руку Покоривший и добро и зло, Не решаясь обратиться к звуку, Тростью на песке чертил число. Но забыли мы, что осиянно Только слово средь земных тревог, И в Евангелии от Иоанна Сказано, что Слово это - Бог. Мы ему поставили пределом Скудные пределы естества. И, как пчелы в улье опустелом, Дурно пахнут мертвые слова.

Корнет: Спасибо за напоминание стихов Николая Гумилёва.

Четвёртая Харита: В.Высоцкий. Первый его стих, который выучила, а сегодня прочла и сразу представились БНцы и их поездка в Двугорское. Жалко что это стихотворение, а не песня, можно было бы клип сделать . «От скучных шабашей...» В ролях: Ведьма намбе ван - Оленька; Ведьма намбе ту: - Нати Леший - старичок Оболенский Вурдалак - неудобно как-то, но это принц крови Александр Домовой - некто ИИ. От скучных шабашей Смертельно уставши, Две ведьмы идут и беседу ведут: "Ну что ты, брат-ведьма, Пойтить посмотреть бы, Как в городе наши живут! Как все изменилось! Уже развалилось Подножие Лысой горы. И молодцы вроде Давно не заходят - Остались одни упыри..." Спросил у них леший: "Вы камо грядеши?" "Намылились в город - у нас ведь тоска!. "Ах, гнусные бабы! Да взяли хотя бы С собою меня, старика". Ругая друг дружку, Взошли на опушку. Навстречу попался им враг-вурдалак. Он скверно ругался, Он к ним увязался, Кричал, будто знает, что как. Те к лешему: как он? "Возьмем вурдалака! Но кровь не сосать и прилично вести!" Тот малость покрякал, Клыки свои спрятал - Красавчиком стал, - хоть крести. Освоились быстро, - Под видом туристов Поели-попили в кафе "Гранд-отель". Но леший поганил Своими ногами - И их попросили оттель. Пока леший брился, Упырь испарился, - И леший доверчивость проклял свою. А ведьмы пошлялись - И тоже смотались, Освоившись в этом раю. И наверняка ведь Прельстили бега ведьм: Там много орут, и азарт на бегах, - И там проиграли Ни много ни мало - Три тысячи в новых деньгах. Намокший, поблекший, Насупился леший, Но вспомнил, что здесь его друг, домовой, - Он начал стучаться: "Где друг, домочадцы?!" Ему отвечают: "Запой". Пока ведьмы выли И все просадили, Пока леший пил-надирался в кафе, - Найдя себе вдовушку, Выпив ей кровушку, Спал вурдалак на софе.

Светлячок: Даша, ты меня до дрожи в коленях напугала на ночь стишатами. Чур меня, чур меня!

Четвёртая Харита: Светлячок пишет: Даша, ты меня до дрожи в коленях напугала на ночь стишатами. Да вот, с детства любовь питаю к сомнительным вещам . А вы говорите, сериалы про каких-то зачумлённых вампирёшек. Тут целый комплект .

Светлячок: Четвёртая Харита пишет: А вы говорите, сериалы про каких-то зачумлённых вампирёшек. Я такое не говорю и не смотрю.

Эйлис: Администрация приветствует творческие порывы и вдохновение, уважает творчество признанных гениев, однако не стоит забывать о тематике данного клуба. Дети Дракулы, в любых маскарадных костюмах, на наши балы, вечера и посиделки не приглашаются.

Gata: В день танца хочу вспомнить у Высоцкого "Белый вальс" Какой был бал! Накал движенья, звука, нервов! Сердца стучали на три счета вместо двух. К тому же дамы приглашали кавалеров На белый вальс, традиционный - и захватывало дух. Ты сам, хотя танцуешь с горем пополам, Давно решился пригласить ее одну,- Но вечно надо отлучаться по делам - Спешить на помощь, собираться на войну. И вот, все ближе, все реальней становясь, Она, к которой подойти намеревался, Идет сама, чтоб пригласить тебя на вальс,- И кровь в висках твоих стучится в ритме вальса. Ты внешне спокоен средь шумного бала, Но тень за тобою тебя выдавала - Металась, ломалась, дрожала она в зыбком свете свечей. И бережно держа, и бешено кружа, Ты мог бы провести ее по лезвию ножа,- Не стой же ты руки сложа, сам не свой и ничей! Был белый вальс - конец сомненьям маловеров И завершенье юных снов, забав, утех,- Сегодня дамы приглашали кавалеров - Не потому, не потому, что мало храбрости у тех. Возведены на время бала в званье дам, И кружит головы нам вальс, как в старину. Но вечно надо отлучаться по делам - Спешить на помощь, собираться на войну. Белее снега белый вальс, кружись, кружись, Чтоб снегопад подольше не прервался! Она пришла, чтоб пригласить тебя на жизнь,- И ты был бел - белее стен, белее вальса. Ты внешне спокоен средь шумного бала, Но тень за тобою тебя выдавала - Металась, дрожала, ломалась она в зыбком свете свечей. И бережно держа, и бешено кружа, Ты мог бы провести ее по лезвию ножа,- Не стой же ты руки сложа, сам не свой и ничей! Где б ни был бал - в лицее, в Доме офицеров, В дворцовой зале, в школе - как тебе везло,- В России дамы приглашали кавалеров Во все века на белый вальс, и было все белым-бело. Потупя взоры, не смотря по сторонам, Через отчаянье, молчанье, тишину Спешили женщины прийти на помощь нам,- Их бальный зал - величиной во всю страну. Куда б ни бросило тебя, где б ни исчез,- Припомни вальс - как был ты бел!- и улыбнешься. Век будут ждать тебя - и с моря и с небес - И пригласят на белый вальс, когда вернешься. Ты внешне спокоен средь шумного бала, Но тень за тобою тебя выдавала - Металась, дрожала, ломалась она в зыбком свете свечей. И бережно держа, и бешено кружа, Ты мог бы провести ее по лезвию ножа,- Не стой же ты руки сложа, сам не свой и ничей!

Gata: Александр Твардовский Соперники Он рядом сидит, он беседует с нею, Свисает гармонь на широком ремне. А я на гармони играть не умею. Завидно, обидно, невесело мне. Он с нею танцует - особенно как-то: Рука на весу и глаза в полусне. А я в этом деле, действительно, трактор, - Тут даже и пробовать нечего мне. Куда мне девать свои руки и ноги, Кому рассказать про обиду свою? Пройдусь, постою, закурю, одинокий, Да снова пройдусь, да опять постою. Добро бы я был ни на что не умелый, Добро бы какой незадачливый я. Но слава моя до Москвы долетела. И всюду работа известна моя. Пускай на кругу ничего я не стою. А он на кругу - никому не ровня. Но дай-ка мы выедем в поле с тобою, - Ты скоро бы пить запросил у меня. Ты руку ей жмёшь. Она смотрит куда-то. Она меня ищет глазами кругом. И вот она здесь. И глядит виновато, И ласково так, и лукаво притом. Ты снова играешь хорошие вальсы, Все хвалят, и я тебя тоже хвалю. Смотрю, как работают хитрые пальцы, И даже тебя я ценю и люблю. За то, что кругом все хорошие люди, За то, что и я не такой уж простак. За то, что всерьёз не тебя она любит, А любит меня. А тебя только так... 1937 Рассказ танкиста Баллада Был трудный бой. Всё нынче как спросонку... И только не могу себе простить: Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку, Но как зовут, - забыл его спросить. Лет десяти-двенадцати. Бедовый. Из тех, что главарями у детей. Из тех, что в городишках прифронтовых Встречают нас, как дорогих гостей. Машины обступают на стоянках, Таскать им воду вёдрами не труд. Выносят мыло с полотенцем к танку И сливы недозрелые суют... Шёл бой за улицу. Огонь врага был страшен. Мы прорывались к площади вперёд, А он гвоздит, - не выглянуть из башен, - И чёрт его поймёт, откуда бьёт. Тут угадай-ка, за каким домишком Он примостился - столько всяких дыр! И вдруг к машине подбежал парнишка: «Товарищ командир! Товарищ командир! Я знаю, где их пушка... Я разведал... Я подползал, они вон там, в саду»... «Да где же? Где?» - «А дайте, я поеду На танке с вами, прямо приведу!» Что ж, бой не ждёт. «Влезай сюда, дружище...» И вот мы катим к месту вчетвером, Стоит парнишка, мимо пули свищут, - И только рубашонка пузырём. Подъехали. «Вот здесь!» И с разворота Заходим в тыл и полный газ даём, И эту пушку заодно с расчётом Мы вмяли в рыхлый жирный чернозём. Я вытер пот. Душила гарь и копоть. От дома к дому шёл большой пожар. И помню, я сказал: «Спасибо, хлопец...» И руку, как товарищу, пожал. Был трудный бой. Всё нынче как спросонку. И только не могу себе простить: Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку, Но как зовут, - забыл его спросить. 1942

Gata: В июньский зной захотелось чего-нибудь изящно-прохладненького. Из Серебряного века :) Игорь Северянин Мороженое из сирени! Мороженое из сирени! Полпорции десять копеек, четыре копейки буше. Сударышни, судари, надо ль? не дорого можно без прений… Поешь деликатного, площадь: придётся товар по душе! Я сливочного не имею, фисташковое всё распродал… Ах, граждане, да неужели вы требуете крем-брюле? Пора популярить изыски, утончиться вкусам народа, На улицу специи кухонь, огимнив эксцесс в вирелэ! Сирень – сладострастья эмблема. В лилово-изнеженном крене Зальдись, водопадное сердце, в душистый и сладкий пушок… Мороженое из сирени! Мороженое из сирени! Эй, мальчик со сбитнем, попробуй! Ей-Богу, похвалишь, дружок! Вирелэ', ныне чаще виреле' (фр. virelai) — старофранцузская стихотворная форма с трёхстрочной строфой (третья строка укорочена), одинаковой рифмовкой и с припевом.

Светлячок: Gata пишет: Вирелэ', ныне чаще виреле' (фр. virelai) — старофранцузская стихотворная форма с трёхстрочной строфой (третья строка укорочена), одинаковой рифмовкой и с припевом. Вроде по-русски написано, а ничего не понятно.



полная версия страницы