Форум » Архив тайной канцелярии » Ролевая игра "Война лилий" - 2 » Ответить

Ролевая игра "Война лилий" - 2

Gata: Ролевая игра по мотивам произведений Дюма "Графиня де Монсоро" и "Королева Марго" Воцарение Генриха III стало неприятной неожиданностью для других членов семьи: его младшего брата Франсуа, который уже примерял на себя корону, а теперь вынужден довольствоваться титулом герцога Анжуйского, и сестры Маргариты, которая рассчитывала пропихнуть на трон своего мужа короля Наваррского. Расстановка сил накануне коронации. На стороне Анжу – графы Бюсси и Монсоро (мотив – на усмотрение кукловодов, честолюбие, или что еще личное), на стороне Генриха – Шико и мамаша Медичи, на стороне Марго – Жанна и Диана. Зачем это двум чаровницам? Марго может сделать мужа Жанны герцогом, а Диану развести с ненавистным Монсоро. Это как вариант, кукловоды могут выбирать сами мотивацию. Дальше начинаем интриговать, как бы заставить Генрике отречься от трона. Ищем предлоги, включая похищения и так далее. Попутно любовь-морковь и прочие страсти. Сроки проведения игры: 22-26 ноября Рулит администрация В ролях: Генрих III, король Франции - Гата Франсуа, герцог Анжуйский - Лана Маргарита де Валуа, королева Наваррская - Роза Граф Луи де Бюсси - Эйлис Шико - Светлячок Диана де Меридор, госпожа де Монсоро - Царапка Жанна де Бриссак, госпожа де Сен-Люк - Лана Граф Бриан де Монсоро - Гата Барон де Сен-Люк - lidia Генрих Наваррский - Светлячок Все желающие присоединиться к игре могут взять любой персонаж, кроме уже заявленных.

Ответов - 249, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 All

Диана: *взбешена, сверкнула глазами на мужа, и резко, едва не порвав бумагу, набросала несколько линий. Хотела швырнуть в лицо мужа, но, на миг задержав взгляд на листке, замерла. Портрет получился совсем не смешным - мужчина на нём смотрит сурово, однако всякий зритель заметил бы на его лице ум и смелость. Скупость техники уничтожила возраст - по наброску графа де Монсоро узнали бы десять лет назад, узнают и через двадцать. Графиня растеряна - рука оказалась ведома совершенно иными чувствами, чем взлелеянная обида*

Бриан де Монсоро: (Кого жена рисует ему назло - конечно же, его высочество, для которого надо было сначала подрезать крепления веревочной лестницы, прежде чем сообщить, где ее найти, протянул руку, чтобы швырнуть и второй рисунок вслед первому, но рука вдруг дрогнула и вместо листка стиснула талию графини) Каким же я был болваном, ревнивым болваном, Диана! (не дав ей опомниться, сделал то, о чем мечтал с первого мгновения, как ее увидел в Меридоре, - крепко к себе прижал, забыв про саднящую рану, и поцеловал)

Диана: *запуталась, закрыла глаза и решила - сделает то, что захочется в эту минуту - а захотелось ответить на поцелуй* *тихо* не ругайте себя - с моей глупостью вашей слепоте не поспорить.

Бриан де Монсоро: Кто-то поклоняется рубашкам Шартрской Богоматери, а у супругов Монсоро отныне реликвия - ряса отца Годульфа.

Генрих Валуа: Его величество обещал быть великодушным, и сдержал слово - по крайней мере, coram populo. Брат Франсуа подал ему на коронации шпоры, зять Анри - меч, герцог де Сен-Люк держал королевскую мантию, граф де Бюсси, пожалованный эстортуэром главного ловчего, устроил великолепную охоту. Королева Наваррская на балах затмевала красотой бриллианты всего двора. Граф Монсоро, чья физиономия не оскорбила взгляд его величества на тайной коронации, тоже не был обойден милостями и стал главным кравчим. Лишь Гизы не пожелали принять прощение и составляют в Лотарингии новое генеалогическое древо взамен утраченного, а заодно собирают и армию. Но все еще впереди - и война трех Генрихов, и убийство в Блуа, и кинжал Жака Клемана, и "Париж стоит мессы", и знаменитый Нантский эдикт. Пока же наш Генрих наслаждается триумфом и прочими радостями бытия, любовь к праздникам и развлечениям сочетая с глубокой религиозностью, заставляя двор то отплясывать на балах, то бичевать друг друга в покаянных шествиях, и даже сумел прослыть относительно неглупым монархом - разумеется, благодаря советам своего лучшего друга Шико.

Жанна: Тающая ночь, плавно перетекающая в рассвет показала два факта: господин де Сен Люк мог бы быть ловкой горничной для своей супруги, Франсуа же отметил, что госпожа де Сен Люк очень начитанная и любознательная особа. Сен Люк передал Жанне слова короля. Она уговорила мужа послать его величеству особенный подарок к коронации. Все тот же молитвенник, подаренный когда-то Генрихом Франсуа. Сен Люк сплел для него закладку из золота и серебра. Жанна написала с внутренней стороны обложки на латыни своим элегантным женским почерком: «Помни. Помним. Помню». – Этим они хотят сказать, пояснила Жанна супругу: они всегда будут хранить в сердце великодушие короля, король будет помнить, урок извлеченный посредством святого тома, а лично Франсуа будет нести в сердце королевскую дружбу. Ну, хорошо, и немножко польстить женскому тщеславию Жанны, но об этом она скромно умолчала.

Франсуа Анжуйский: Подав королю на церемонии шпоры, сыграл перед двором роль смиренного и смирившегося брата. Затем воспользовался советом Монсоро, оглушил Клюса, в наказание за насмешки, засунув в рот кляп из платка миньона, привязал того к кровати и с верным Орильи дал шпоры коню в сторону Анжера.

Генрих: Накануне коронации решил провести ночь в спальне супруги, которая в Наварре близко его к себе не подпускала. Здесь же она не посмеет его выставить за дверь на глазах у всего французского двора. Маргариты в спальне не оказалось, завалился в чем был на кровать, заложил руки за голову, и пока ожидал, предался размышлениям о происходящих событиях и их последствиях. Под утро его сморил сон, а она так и не появилась. На коронацию король и королева Наварры явились во всем блеске и величии. Вместе они были красивой парой. Он помнил, как Маргарита спасла его в ночь святого Варфоломея, когда проявила удивительную для хрупкой женщины силу духа. Генриха злило только безразличие жены, но общее восхищение и вывернутые мужские шеи питали его гордость – они же не знали, что тело прекрасной королевы ему вовсе не принадлежит. Маргарита не улыбалась, но была полна спокойного достоинства. Они провели в Париже еще несколько месяцев, пока не кончились праздничные торжества. Только по дороге в Наварру у них состоялся разговор. Генрих по обыкновению погладил ручку жены и сказал, что благодарен ей за попытку надеть ему на голову французскую корону , но сейчас не время, можно проиграть все. Однако, он помнил, что долг платежом красен и поспешил в Париж, дабы вырвать ее из рук Валуа. Да, ему намекнули, но какое это имеет значение, когда она рядом, а не в заточении в монастыре. На что Маргарита ответствовала, что Париж стоит мессы. Генриху выражение понравилось и он его запомнил. Еще он посетовал, что проигрался пройдохе Шико, а он не привык копить долги и сообщил, что пригласил его в Наварру для отыгрыша. Марго внимательно на него посмотрела, но больше не удостоила до конца пути ни одним афоризмом. Генрих Наваррский станет королем Франции и основателем новой династии в 1594 году.

Луи де Клермон: Коронация Генриха состоялась на следующий день, как и объявление монаршей воли о помиловании верноподданных герцога Анжуйского. Граф явился на коронацию без конвоя, и был немало удивлен пожалованной должностью главного ловчего, и требованием праздничной охоты. По лицу герцога он понял, что Франсуа обязательно ответит на нанесенный ему удар, а обменявшись взглядом с Марго, что свидание состоится. Их неприметный, но отлично охраняемый дом, стал приютом любви и местом зарождения новых планов. Марго была недовольна провалом, однако жаркая ночь, на время стерла огорчение с ее прекрасного лица., а открывшиеся перспективы, заставили улыбаться хитро, и самую малость коварно. Они придумают новый план, и на этот раз интрига будет достойна запечатления на золотых страницах истории. Маргарита и Генрих Наваррские оставались в Париже еще несколько месяцев, за которые граф, успел прекрасно вписаться в окружение короля. С Шико они по-прежнему упражнялись в острословии, однако Бюсси знал, что в главном вопросе, они оставались на одной стороне – стороне умной и удивительной женщины. С именем графа будет связано еще много событий в истории Франции, и в будущем еще не раз о нем скажут, как о фаворите герцога Франсуа Анжуйского. Он так и не женится и не заведет семью, однако до конца своих дней сохранит любовь и преданность Маргарите Валуа.



полная версия страницы