Форум » Зеленая лампа » Уголок книголюба-2 » Ответить

Уголок книголюба-2

Gata: Мы не всё время проводим в интернетне :) Иногда берем в руки старую добрую книгу, или что-нибудь из новеньких бестселлеров, садимся в кресло у окна (или с ногами на диван) и погружаемся в мир, подаренный нам мастерами слова. Предлагаю здесь делиться впечатлениями от прочитанного - что запало в душу, или наоборот, не понравилось. Какую литературу вы предпочитаете - "тяжелую" прозу или беллетристику, каких любите писателей - классиков или современников, и т.д. и т.п.

Ответов - 301, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 All

Роза: Сегодня я предлагаю Пообедать по-мушкетерски «Покорять Париж он явился с настрелянными по дороге четырьмя зайцами, двенадцатью куропатками и двумя перепелками, в обмен на которые хозяин таверны согласился приютить его на два дня». «Наступило время обеда. «Ого! — произнес прокурор. — Как аппетитно пахнет суп!» — «Что необыкновенного находят они все в этом супе?» — подумал Портос при виде бледного бульона, которого, правда, было много, а плавало лишь несколько гренок, редких, как острова архипелага. После супа служанка подала вареную курицу… Бедная курица была худа и покрыта той толстой и щетинистой кожей, которую, несмотря на все усилия, не могут пробить никакие кости. Госпожа Кокнар придвинула к себе блюдо, искусно отделила две большие черные ножки, которые положила на тарелку своего мужа, отрезала шейку, отложив ее вместе с головой в сторону, для себя, положила крылышко Портосу и отдала служанке курицу почти нетронутой… Вместо курицы на столе появилось блюдо бобов, огромное блюдо, на котором виднелось несколько бараньих костей, на первый взгляд казавшихся покрытыми мясом…» Перечитывая романы Дюма-отца, мы вновь и вновь убеждаемся, что гастрономические их страницы — пирушки мушкетеров и римских разбойников, королевские трапезы и галантные ужины в альковах монастыря, а порой и в тюремных темницах, бесконечные попойки и потасовки во всех этих харчевнях, «Сосновой шишке» или «Нечестивце», «Козочке» или «Щите Франции», «Красной голубятне», «Вольном мельнике», «Золотой лилии» etc. — не менее занимательны, интригующи и остросюжетны, чем военные и любовные приключения героев. Более того, это настоящая кулинарная книга французской кухни и отменно распробованная самим автором коллекция ее вин. Вспомните легендарный завтрак мушкетеров в бастионе Сен-Жерве под градом протестантских пуль и непрерывными атаками ларошельцев, под восторженный рев зевак из королевского лагеря. Они выиграли пари, продержавшись в бастионе полтора часа вместо одного, проведя свой военный совет и расправившись при этом с противником и полдюжиной бутылок анжуйского вина под куриное жаркое. Изрешеченную пулями салфетку (флаг бастиона) Ришелье повелел расшить тремя золотыми лилиями и вручить ее в качестве штандарта отряду мушкетеров… А неописуемо роскошный высоченный пирог с подрумяненной аппетитной корочкой, украшенной фамильным гербом герцога Бофора, присланный ему в Венсенскую тюрьму на приятельский ужин с тюремщиком Раме, — с восхитительной начинкой из фазана, куропаток, двух кинжалов и веревочной лестницы для побега?.. А гусь над жаровней, насаженный на саблю швейцарского драгуна? «Эй, горе-трактирщик, живо подставьте противень, чтобы не потерять ни капли жиру с этого драгоценного гуся» (внемли, Паниковский!): «Он праф, — ответствовал швейцарец, — гусини шир ошень фкусно с фареньем». А прейскурант благородного разбойника Луиджи Бампа, друга графа Монте-Кристо, — по которому было предложено откушать в римских катакомбах барону Данглару: зажаренный цыпленок — 100000 франков, маленький хлебец («раз цыплята так непомерно дороги в этом проклятом погребе») — те же 100 тысяч. «Чем я заплачу, скотина? — воскликнул вне себя Данглар. — Ты, кажется, воображаешь, что я таскаю сто тысяч франков с собой в кармане?» — «У вас в кармане пять миллионов пятьдесят тысяч франков, ваше сиятельство, — сказал разбойник Пепино, — это составит пятьдесят цыплят по сто тысяч франков штука и полцыпленка за пятьдесят тысяч франков». — «Вот вам чек на предъявителя». — «А вот вам цыпленок». Данглар со вздохом разрезал птицу; она казалась ему очень постной по сравнению с такой жирной суммой. А знаменитый погреб в трактире какой-то проселочной дороги, в котором мы повстречали забаррикадировавшихся, вооруженных до зубов и пьяных в стельку графа де ла Фер и его слугу Гримо с головой, трясущейся, как у пьяного рубенсовского сатира, — среди гор битых бутылок, окороков и колбас, основательно обглоданных, плававших в лужах оливкового масла и вина, истекавшего последними каплями «крови» из большущей бочки, в которую Гримо по пьяни позабыл вставить пробку?.. Картина, исполненная ужаса и мрачной красоты, достойная кисти «малых голландцев», не раз запечатлевавших подобные вакханалии. А вот совсем другой пейзаж — в духе «барбизонцев». Солнечный свет на лесных прогалинах, как завеса золотистой кисеи, щебет птах, чудесная долина, в глубине которой дремлет прелестное озеро, и завтрак в замке Портоса, теперь, 20 лет спустя, ставшим дю Валлоном де Брасье де Пьерфоном, правда, без баронского титула. Вы помните, конечно: «Отведайте моих котлет, милый д'Артаньян. Из собственной баранины». — «У вас они очень нежные, могу вас поздравить. Дайте мне еще». — «Нет, попробуйте лучше зайца. Я убил его вчера в одном из своих заповедников». — «Черт! Как вкусно! Да вы кормите ваших зайцев, верно, одной богородичной травкой!» — «А как вам нравится мое вино? Не правда ли, приятное?» — «Оно превосходно». — «А тем не менее это местное». — «В самом деле?» — «Да, небольшой виноградничек на южном склоне горы: он дает двадцать мюридов». — «Великолепный сбор». Приятного аппетита!

Светлячок: Роза пишет: «Отведайте моих котлет, милый д'Артаньян. Из собственной баранины». Котлет из баранины не ела, но звучит слюноотделительно.

Ифиль: Роза пишет: И Эдуарда Кочергина "Крещенные крестами". Уже само название говорит о качестве самого произведения, ИМХО Ну, не знаю, мне понравилось, написано интересно. Хотя, для меня эта тематика сложновата.

Mona: Романы Дюма тем и прелестны, что они романтичны, живоописательны, любвеобильны и вкусны. Я знаю, что А.Дюма сам писал кулинарные книги. Там что-то невообразимое на наш слух и вкус. А также кулинарствовал в семействе Нарышкиных во время прибывания в России.

Роза: Mona пишет: А.Дюма сам писал кулинарные книги. Там что-то невообразимое на наш слух и вкус. Я где-то встречала его описание как сделать говяжий бульон из голубя и подстрелянного из окна ворона. Надо найти.

Ифиль: Сейчас дослушиваю "Смиллу и ее чувство снега". Питер Хегг Очень занудная книга. Я думала, будет интересней. Недавно прочитала Марианну Гончарову, "Черная кошка в оранжевых листях". Собрание рассказиков автора из жизни. Смешные, и не очень. Есть и те, над которыми хочется задуматься. Рекомандовано читать холодной осенью! Согреват. Еще читаю Джека Керуака "В дороге". - Очень сложный язык для интеллегентного человека. И Дена Брауна "Утраченный символ". Только начала, пока нравится. Долго думала, что масоны - есть какое-то религиозное сборище, как оказалось, нет.

Роза: Ифиль пишет: Долго думала, что масоны - есть какое-то религиозное сборище, как оказалось, нет. Автор срывает очередные исторические покровы? Ифиль пишет: ейчас дослушиваю "Смиллу и ее чувство снега". Питер Хегг Очень занудная книга. Я думала, будет интересней Экранизация не лучше.

Falchi: Ифиль пишет: Сейчас дослушиваю "Смиллу и ее чувство снега". Питер Хегг Очень занудная книга. Я думала, будет интересней. Дослушиваешь? Аудиокнига что ли? Мне вообще Хег нравится, хотя он и тяжелый, но в нем подкупает пронзительность. Но больше Смиллы мне понравилось его "Условно пригодные". Ифиль пишет: Еще читаю Джека Керуака "В дороге". - Очень сложный язык для интеллегентного человека. Еще б, столько травки выкурить. Я помню его как-то читала, но не осилила, бросила.

Ифиль: Falchi пишет: Дослушиваешь? Аудиокнига что ли? Мне вообще Хег нравится, хотя он и тяжелый, но в нем подкупает пронзительность. Но больше Смиллы мне понравилось его "Условно пригодные". Да, слушала аудиокнигу. Ибо обычную я бы бросила на половине. Зацепило то, что автор пишет от лица женщины. Роза пишет: Экранизация не лучше. Я ее не смотрела, оценить не могу. Falchi пишет: Еще б, столько травки выкурить. Я помню его как-то читала, но не осилила, бросила. Я ее не всю читаю, частично. Поэтому пока тяну.

Царапка: В кинотеме разговор перешёл на литературу, поэтому отвечаю здесь на: http://castell.forum24.ru/?1-16-0-00000007-000-40-0#028.002 Роза пишет: Cубъективное мнение. Один "пессимистичный" Мольер чего стоит у французов. Я пропустила "послереволюционное". В моих глаза очень заметен контраст между французской литературой по 18 век и позже. С юмором стало хуже, с иронией, настроение у писателей мрачное. Французское дворянство у Бальзака, Стендаля, Золя откровенно жалкое - и это примета не только времени. В "Пармской обители" Стендаля итальянское дворянство пободрее будет, а французское в "Красном и чёрном" запугано до одурения. Мадам де Реналь пару раз упоминает, что простолюдины в любой момент могут отправить аристократов на гильотину. Просит Жульена (любопытный момент их отношений) позаботиться в этом случае о её детях. У Дюма в "Монте-Кристо" та же петрушка. Может, он потому и увлёкся XYII веком, что дворянство с ещё не сломанным хребтом ему было милее?

Klepa: Ифиль пишет: Дена Брауна "Утраченный символ". Только начала, пока нравится. Долго думала, что масоны - есть какое-то религиозное сборище, как оказалось, нет. а "Ангелы и демоны" и "Код да Винчи" читала ?

Lana: Царапка пишет: У Дюма в "Монте-Кристо" та же петрушка. Может, он потому и увлёкся XYII веком, что дворянство с ещё не сломанным хребтом ему было милее? А на меня наибольшее впечатление из всех его произведений произвел революционный цикл Записки Врача, не часть, перегруженная месмеризмом, а "Ожерелье королевы", "Анж Питу" и "графиня де Шарни" дворянство я бы не сказала, что хилое. Наоборот, показан уход благородных. Но Дюма надо читать в юности, тогда запоем кучу его романов перечитала, а сейчас уже сыровато все это. У Стендаля, не сказала бы что дворянство жалкое и вырождающееся. А Золя очень уж любил в мути потерянных душ копаться, думаю от одной "Западни" и "Нана" мерзко на душе долгое время было от всего показанного им общества, которое гоняет муть по кругу.

Царапка: Lana пишет: У Стендаля, не сказала бы что дворянство жалкое и вырождающееся. Стендаль и выскочек-буржуа не щадил :-)

Роза: Царапка пишет: Я пропустила "послереволюционное". В моих глаза очень заметен контраст между французской литературой по 18 век и позже. С юмором стало хуже, с иронией, настроение у писателей мрачное. А куда мы денем "пессиместичных" Рабле, Лафонтена и Бомарше? Куртаузную французскую литературу, наконец? Романтиков 19 века? Ну, я могу долго на эту тему. И сравним с Коллинзом, Диккенсом, Уальдом. Это я на первую вскидку написала. Поскольку люблю английскую литературу, так могу подкопать сюда еще много милых "оптимистичных" авторов. Я к тому, что классическая литература любых стран, это прежде всего художественное осмысление человеческого существования во времени и пространстве. Не существует более веселой национальной лит-ры или там какой-то другой. Существуют жанры. Надо быть любопытными, пытливыми и читать не только авторов, которые на слуху, тогда мир национальной литературы открывается многогранным и интересным. Кстати, что касается изображения дворянского сословия-класса в литературе. Русская классическая являет нам не менее интересные примеры. Когда я читаю Тургенева или Гончарова, мне хочется взять в руки парабеллум.

Falchi: Роза, ППКС по всем пунктам. Я, кстати, обожаю пессимистическую и мрачную французскую литературу, особенно 20 века.

Царапка: Роза: А куда мы денем "пессиместичных" Рабле, Лафонтена и Бомарше?Так они же все до революции жили! Роза: Кстати, что касается изображения дворянского сословия-класса в литературе. Русская классическая являет нам не менее интересные примеры. Когда я читаю Тургенева или Гончарова, мне хочется взять в руки парабеллум. :-) Роза: И сравним с Коллинзом, Диккенсом, Уальдом.По мне, они много жизнерадостнее Стендаля с Бальзаком. Мягкая ирония, юмор, сатира, но ощущение безнадёги, когда я читаю англичан, у меня не возникает.

Роза: Царапка пишет: Так они же все до революции жили! И что с того? Наши классики тоже. Логики в ответе не вижу. Царапка пишет: По мне, они много жизнерадостнее Стендаля с Бальзаком. Еще и Флобер есть, ага. Ну, кому что милее. После твоего ЧиПа и дейла, вся английская литература - жизнерадостный смех ребенка.

Царапка: Роза, я хотела сказать, что, с моей точки зрения, после французской революции заметен перелом во французской литературе. С жизнерадостностью стало сильно напряжнее.

Роза: Falchi пишет: Я, кстати, обожаю пессимистическую и мрачную французскую литературу, особенно 20 века Я тоже. Вообще очень люблю А.Стиля, Клавеля, Триоли и Саган. Царапка пишет: Роза, я хотела сказать, что, с моей точки зрения, после французской революции заметен перелом во французской литературе. С жизнерадостностью стало сильно напряжнее. Диана, так это же отразилось на всей мировой литературе в целом. Французы, как находящиеся в эпицентре и по сути более эмоциональные, отразили свое мировосприятие тоже эмоционально. Англичане всё тоже самое воспроизвели не через сердце, а через мозговое кровообращение. А чтобы самим не рехнуться от себя же, добавили своего тонкого юмора.

Falchi: Роза пишет: Англичане всё тоже самое воспроизвели не через сердце, а через мозговое кровообращение. А чтобы самим не рехнуться от себя же, добавили своего тонкого юмора. Роза, ты седня определенно в ударе. Ну не в бровь, а в глаз же. Вот прям в глазное яблочко Роза пишет: Я тоже. Вообще очень люблю А.Стиля, Клавеля, Триоли и Саган. Саган не жалую, бабское чтиво)) Но в оригинале читать прикольно, все понятно без словарей.



полная версия страницы